Майя Герман – Без права вернуться (страница 8)

Вернувшись в номер, я буквально рухнула на кровать. Отключила телефон. Хотелось исчезнуть, раствориться в тишине. И я уснула, провалившись в короткое забвение.

Проснувшись около шести вечера, я сразу вышла на балкон. Догорающий закат принёс свежее дыхание ветра. Акаба жила своей жизнью — неспешной, яркой, шумной. Я поняла: мне срочно нужно выйти. К людям. Захотелось увидеть город, поужинать где-нибудь за стенами отеля, пройтись по вечерней набережной, вдохнуть морской воздух.

Быстро приняв душ, я переоделась в белое платье. Собрала волосы в пучок и, нанеся на губы каплю блеска, посмотрела в зеркало. Этим вечером мне предстояло реабилитироваться в собственных глазах. Вернуть контроль над телом и мыслями.

Акаба оглушила. Улицы в гирляндах, дикая смесь арабских мотивов, французского шансона и джаза. Всю набережную окутывал фантастический запах специй и рыбы. Толпы счастливых людей. Пары, прогуливающиеся держась за руки. Дети, пускающие мыльные пузыри, — они вспыхивали радужными бликами в свете фонарей. Я шла неспешно, разглядывая лица. Весь этот живой шум постепенно растворял ненужные мысли в моей голове. На душе становилось спокойнее. Море дышало рядом — тёмное, незримое, живое.

Зайдя в понравившийся ресторан с верандой, выбрала столик у перил. Заказала крупную рыбу на гриле, салат табуле и бокал белого вина. Потом — ещё один. Я сидела, прислушиваясь к голосам вокруг. Туристы из Германии, пара из Италии, рядом — семья местных, улыбающиеся дети. Смешение языков, запахов, культур. Всё это напоминало, как огромен и прекрасен мир.

Я пила вино, и с каждым глотком внутри будто отпускало. Вспоминала Халида: его голос, дыхание. Неужели это был просто эпизод? Неужели мы больше не встретимся? Или он действительно… найдёт меня? Ответа не было. Да и откуда мне было его знать.

Возвращаясь в отель, я зашла в маркет — купила бутылку белого вина и пачку сигарет. Я не курила четыре года. Но тогда захотелось. Просто как продолжение этого свободного, чудесного вечера.

Переодевшись в майку и шорты, вышла на балкон. За окном горели огни Акабы, блестело море, доносились голоса. Я открыла вино и закурила.

На удивление дым не душил. Он обволакивал, словно давал право на тишину. На паузу. На размышление.

Я написала маме: «Мам, прости, что не выходила на связь. Мы были в дороге, много переездов. Всё нормально. Целую».

Зое: «За плечами: Амман, Петра, Вади-Рам, прибыла в Акабу. Фото делаю. Всё ок».

Я сделала ещё глоток и прижала колени к груди. Было удивительно хорошо. Свобода. Тепло. Вино. Я и море. Только мы. Семь дней. Я почувствовала, как от этого осознания по телу пробежали радостные мурашки. Наслаждалась моментом, вслушивалась в шум прибоя, в запах соли и жизни.

Ну их, этих мужиков! Что было — то было. Что будет — посмотрим.

И в ту ночь впервые за долгое время я спала как убитая. Немного вина и позитивные мысли излечили мнительную часть меня.

ГЛАВА 9. Предатель

Утром я проснулась неожиданно бодрой, как будто все тревоги и усталость остались где-то в Вади-Рам — в той песчаной пустыне, которую я вчера покидала в разбитом состоянии. Поднявшись с кровати, накинула халат и первым делом распахнула шторы: солнце ударило в лицо ярким светом. Выглянув в окно, вдохнула полной грудью вкусный воздух. Он был насыщен морем, светом и радостным щебетом попугаев. Снизу доносился звонкий девичий смех.

Приготовив кофе, я вышла на балкон. Устроившись в плетёном кресле, обхватила ладонями чашку и любовалась морем. Оно искрилось на солнце, как жидкое стекло. Я сидела и впитывала вибрации этого дня, ощущая, насколько для меня это ценно и важно. Вроде ничего не происходило, а внутри было так спокойно. Позже, накинув льняные бермуды с тонкой бамбуковой футболкой, сходила на завтрак.

Вернувшись в номер, я переоделась в купальник, подхватила панамку с пляжной сумкой и наконец спустилась к морю. Отель располагался на первой линии, пляж ухоженный, с мягким заходом: новенькие белые шезлонги, аккуратные клумбы, пальмы, покачивающиеся от утреннего ветра. Вода — кристально чистая; видно было, как у самой кромки пляшут мелкие рыбки.

Я зашла в море и будто растворилась. Купалась, как в детстве, — с брызгами: ныряла, плавала, смеялась. Долго не вылезала, пока кожа не сморщилась от воды. Потом устроилась на лежаке, заказала себе свежевыжатый апельсиновый сок и тарелку фруктов. Щёлкала виноградинки, смотрела на море. Периодически ловила различные взгляды со стороны: кто-то смотрел с интересом, кто-то — с лёгким недовольством. Но мне было всё равно. Я была наедине с собой, в приватном внутреннем пространстве. А в нём царили спокойствие и гармония.

После полудня, почувствовав голод, я отправилась на обед. Ресторан на первом этаже встречал огромными окнами с видом на море и сад. Внутри стояла спасительная прохлада: мягкие бежевые и нежно-зелёные тона интерьера мгновенно успокаивали после знойной жары. Повсюду за столиками обедали туристы, а официанты в белоснежных рубашках бесшумно скользили между рядов.

Я взяла салат с рукколой и гранатом, нежное филе рыбы в сливочно-лимонном соусе с золотистым рисом и бокал холодного белого вина. А на десерт — кусочек горячей кнафе с тягучим сыром и фисташками. Всё было безупречно: яркие краски на тарелке, свежесть ингредиентов и та самая едва уловимая пикантность специй, которую я уже успела полюбить.

По залу ресторана разливалась спокойная фоновая музыка — звуки флейты и гитары, наполнявшие пространство умиротворением. Люди за соседними столами улыбались, придавая атмосфере абсолютный, расслабленный покой.

Я ела не спеша, погружаясь в эту идиллию, в которой всё было на своих местах: солнечный свет, аромат еды и ощущение покоя внутри.

После плотного обеда я поспешила к бассейну с охлаждаемой водой — в жару это было именно то, что нужно. А позже вновь вернулась к морю. Этот день я будто впитывала кожей, вдыхала каждой клеткой. Мне хотелось испить его до последней капли. Я оставалась на пляже до самого заката, пока солнце окончательно не скрылось за горизонтом.

Вернувшись в номер, почувствовала лёгкую усталость. Выключив кондиционер, сбросила с себя купальник и упала на постель. Обняла подушку и растеклась в блаженстве. Вскоре мой взгляд скользнул на часы — пора собираться. Мне вновь захотелось поужинать за пределами отеля и прогуляться по набережной Акабы.

Душ. Крем. Макияж. Несколько капель парфюма на запястья и волосы. Изумрудное шёлковое платье с открытой спиной на бретелях. Лодочки на маленькой шпильке, клатч, браслет — всё сложилось в идеальный букет. Посмотрев в зеркало, я узнала ту прежнюю Агату. До кризиса в браке. До всего. Мне снова нравилось моё отражение.

Набережная жила своим привычным, шумным ритмом. Я гуляла, наслаждаясь вечером, вдыхала впечатляющие меня запахи. Когда я присматривала себе место для ужина, мой взгляд зацепился за мужчину у входа в один из ресторанов.

Он стоял в классическом чёрном костюме: строгая выправка и до боли знакомое лицо. Шагнув чуть ближе и присмотревшись, я не поверила своим глазам. Это был Ибрагим — тот самый человек со шрамом, верный пёс Халида. Я сразу узнала его. Он смотрел на меня в упор сосредоточенным взглядом, не выдавая ни единой эмоции.

Внутри всё вмиг оборвалось. Если он здесь, то и Халид, вероятно, тоже. Ноги сами понесли меня к входу. Я не думала — просто шла, хотя сердце оглушительно стучало где-то в висках. Прошла мимо Ибрагима с каменным лицом, словно не узнала его.

Ресторан оказался роскошным: золотой свет, зеркала, тяжёлый бархат. Я заняла столик и заказала стейк из говядины с бокалом красного вина. Немного алкоголя, чтобы хоть немного притушить панику. Тревожно сканируя зал, я наконец увидела — его.

Халид сидел в VIP-зоне. Рядом — женщина лет на десять старше меня, эффектная, с волнистыми светлыми волосами и в платье цвета шампанского. На шее сверкало роскошное колье, а на столе перед ней красовался огромный букет белых роз. Я заметила, что Халид проявлял к ней откровенное, подчёркнутое внимание: то приобнимал за плечи, то целовал руку, то нежно поправлял локон за ушком. Он смотрел на неё так, как недавно смотрел на меня.

Голова загудела. Земля под ногами качнулась. Я наблюдала за тем, как он касается этой женщины, как они вместе смеются. Это была не деловая встреча. Это был откровенный флирт.

Я оцепенела. Всё внутри сжалось. От боли хотелось закричать. Незамедлительно встать и уйти. В этот момент Халид повернул голову. Наши взгляды встретились. Он посмотрел немного удивлённо, но спокойно — даже холодно, как будто я была просто случайным посетителем. На секунду я прочла в его глазах укор, как нескрываемое презрение. Потом он снова повернулся к своей спутнице и одарил её тёплой улыбкой. Я едва не задохнулась.

Но всё же, взяв эмоции под контроль, я приняла решение остаться. С чувством собственного достоинства доела этот злосчастный стейк и, допив бокал вина, готовилась попросить счёт. А дальше меня настигло удивление: в этот момент официант сам подошёл к столу с подносом в руках. Принёс фужер красного вина, тарелку с фруктами и одну-единственную большую розу.

— От господина из этого зала, — произнёс он вежливо, протягивая цветок.

И это стало последней каплей! Я резко оттолкнула его руку — роза упала на пол. А фужер, соскользнув с подноса, с грохотом разбился о край стола, разлетевшись на десятки осколков. Белоснежную скатерть мгновенно залило вином, густым и красным, как кровь.