Майя Фар – Попаданка в законе, или развод с драконом (страница 9)

В бедовой голове, конечно же, сразу мелькнули неприличности – настолько провокационно прозвучал вопрос. Но я подавила их и сказала:

– Я готова учиться и работать.

Мистер Мердок хмыкнул.

«Вот точно специально так сформулировал вопрос провокационно, чтобы заставить меня попасться, но не получилось», – улыбнулась я мыслям.

– Молодец, Матильда, – похвалил меня мистер Мердок, – у вас отличные задатки. И я действительно предлагаю вам учиться.

Я заинтересованно посмотрела на работодателя.

Мистер Мердок продолжил:

– Я веду лекции в местном филиале университета, вечерние, и там есть одно место.

Я вдохнула, чтобы крикнуть: «Да», но вдруг поняла, что надо задать вопрос.

– А сколько это стоит?

– Место бесплатное, – сказал мистер Мердок, – я, как преподаватель, могу взять одного студента, и я предлагаю это место вам.

– Я согласна, – тут же сказала я.

Лицо мистера Мердока стало серьёзным.

– Но я буду с вас строго спрашивать и там, и здесь. Вы же понимаете, что я не просто так вам предложил обучаться. Мне нужен такой помощник, как вы, и чем больше вы будете знать, тем лучше и мне.

Я сразу поняла, что детей я буду видеть редко, и уточнила:

– А сколько лет длится обучение?

Мистер Мердок слегка кивнул, как будто получил какое-то подтверждение.

– До пяти лет можно учиться, но система модульная, и вы можете закрывать модули раньше. Скажу так: при должном усердии и желании вполне можно получить диплом за три года.

Я улыбнулась:

– Я сделаю это!

– Но вам придётся работать, это обязательное условие для обучения; и требование не только моё, но и университета.

– Я согласна, – повторила я.

– Отлично, – сказал мистер Мердок, – тогда завтра с утра можете задержаться. Съездите в университет и подадите документы, а потом – сюда. Я хочу вас привлечь вас к этому непростому делу, с которым к нам пришла мадам Гольштинер.

***

Документы я подала на следующий день, и как только я это сделала, у меня словно упал груз с плеч, ведь я снова вернулась в те дни, когда передо мной был открыт весь мир.

Весь новый мир.

А потом мы с мистером Мердоком поехали в столицу. Путь наш лежал в офис господина Гольштинера.

Конечно, мы перешли порталом, всё же наша клиентка хоть и рисковала остаться без всего, но, видимо, на услуги адвоката средства у неё были.

Офис «алмазного короля» напоминал огранённый алмаз, этакая башня с изломами из стекла и металла. Я спросила мистера Мердока:

– Это магия? Или теперь научились так строить?

– Матильда, а как давно вы не были в столице? – с удивлением спросил мистер Мердок.

Я смутилась и хотела сказать, что вот как раз совсем недавно была, когда проводился ежегодный юридический бал, но мистер Мердок вдруг уточнил:

– Просто чтобы погулять, развлечься, провести интересное время с семьёй, с детьми,

И я ответила:

– С семьёй я не была ни разу, мистер Мердок, в последний раз я здесь гуляла, когда поступила в университет и училась на первом курсе.

Губы мистера Мердока сжались в тонкую полоску, но он никак не прокомментировал, и я была ему за это благодарна: этот вопрос и так породил во мне новую обиду, причём на саму себя.

Ну как можно было быть такой клушей?! Я даже не заметила, что меня никуда не водили, что у меня в гардеробе нет новых нарядов, а на туалетном столике не стоит флакон духов от мэтра Ванилла. Я вообще себя никак не ценю? Выходило, что так.

Но спрашивал меня про столицу мистер Мердок не для того, чтобы я расстроенно вспоминала, что меня привело к разводу, а чтобы рассказать и показать, как изменился город.

– Да, это частично магия, но частично и технологии. Смотрите, вот эта алмазная обработка стекла так, что оно выглядит драгоценным камнем, конечно, магия, а вот само здание – это уже технология, – объяснил мне мистер Мердок и добавил: – И я очень этому рад.

– Почему? – удивилась я.

– Иначе мы бы так и остались древними драконами и продолжали жить в пещерах, если бы полагались только на магию, – ответил мне мистер Мердок.

Мы вошли внутрь. Конечно же, внутри было не менее шикарно, чем снаружи: огромные, казалось, что тоже из драгоценных камней, люстры освещали большой, отделанный белым мрамором холл. За стойкой сидели несколько служащих, один из которых вежливо поинтересовался у нас, в какой отдел мы направляемся и что у нас за вопрос.

– Мы к господину Гольштинеру, – сказал мистер Мердок.

– Вам назначено? – спросил служащий.

– Да, – ответил мистер Мердок и протянул свою карточку.

Я удивлённо посмотрела на начальника: и когда он успел?

Но нам действительно было назначено. Нас пропустили и отвели к отдельному лифту, которым пользовались только те, кто приходил на личную встречу с господином Гольштинером.

Про этаж, на котором находился кабинет господина Гольштинера, следовало бы сказать отдельно. На большой высоте с этого этажа было видно всю столицу, и даже императорский дворец, казавшийся меньше, возможно, за счёт преломления света в алмазном стекле.

Перед кабинетом господина Гольштинера бы стол, за которым сидел… сидела личная помощница алмазного магната.

Я подумала: «Может, она вундеркинд? Бывает же так, что лет немного, а голова работает лучше всех».

Девушка, сидевшая за столом помощника, была молода, явно моложе мадам Гольштинер, но из той же породы женщин, которые очень красивы, знают об этом и умеют этим пользоваться. Наверное, в возрасте мадам Гольштинер она будет так же хорошо выглядеть, как и супруга господина Гольштинер. И где он их находит?

Ещё одним отличием, помимо возраста, между супругой господина Гольштинера и его помощницей было то, что у помощницы на лице читалось превосходство. Такое бывает, когда вдруг из грязи – и в князи, и очень быстро, когда ещё не успел адаптироваться. Вот у мадам Гольштинер такого выражения не было, она привыкла к тому или родилась с тем, что она имеет больше, чем остальные, и не считала это своим достижением.

Мистер Мердок почему-то попросил меня обождать в приёмной и в кабинет господина Гольштинера пошёл один. И я сначала присела, а потом вдруг до меня дошло: он же не просто так меня здесь оставил – он меня оставил здесь, чтобы я разговорила свидетеля.

И я попросила кофе.

Глава 12

Я попросила кофе. Помощница господина Гольштинера взглянула на меня так, будто я была говорящим горшком, и не двинулась с места. Я, честно говоря, опешила: ну как-то не ожидала. А потом я переформулировала вопрос:

– Простите, пожалуйста, а как в этом прекрасном офисе можно получить чашечку кофе? Наверняка он здесь самый лучший.

Помощница господина Гольштинера поджала губы, отчего вдруг стала похожа лицом на утку. Вот только что сидела красавицей, а с поджатыми губами стала похожа на утку. Чудеса.

– Кофе для гостей этажом ниже, – всё так же неприветливо сказала она.

– А какой кофе пьёт господин Гольштинер? – решила я не сдаваться.

– Господин Гольштинер кофе не пьёт, – получила я в ответ.

И ещё раз убедилась, что господин Гольштинер, если он решил развестись с супругой из-за этой девицы, ох как не прав. Потому что у этой девицы не было того лоска, тех манер, магнетического тембра голоса, который был у мадам Гольштинер, даже тогда, когда она плакала.

– А что пьёт господин Гольштинер? – продолжила я доставать личного помощника алмазного короля.

– П-послушайте, дамочка, – вдруг совершенно базарным голосом сказала мне помощница.

И мне почему-то показалось, что сейчас она продолжит в духе уличных разборок.