Майкл Стоун – Новое зло. Особенности насильственных преступлений и мотивации тех, кто их совершает (страница 84)

Отец в данном случае имел сильное сходство с доминантными самцами, иногда называемыми альфа-самцами, которые составляют около 5 % мужчин в любой культуре: это мужчины с лидерскими способностями, обычно с сильным сексуальным влечением, некоторые также наделены харизмой, благодаря чему оказываются крайне привлекательными для женщин, особенно молодых. Колин Уилсон в своей монографии о мессиях-изгоях[1040] упоминает об эволюционной ценности доминирующего самца и его превосходной способности производить доминантное и здоровое потомство. «У доминантных мужчин часто есть гарем» – вспоминаем османских султанов – сродни доминантному самцу льва, который захватывает прайд и убивает предыдущего «повелителя» и его детенышей, прежде чем завести с львицами новую партию предположительно более эволюционно приспособленных детенышей. На самом дальнем конце спектра мужского доминирования зачастую можно столкнуться с парадоксальной ситуацией: мужчины, которые становятся отцами очень большому количеству детей, при этом совершенно не справляются с ролью отца. Эти мужчины оказываются неспособны относиться к женщинам иначе, кроме как к средству для получения сексуального удовольствия и для рождения детей, а также не способны воспринимать детей как самостоятельных личностей. Со временем женщины в их жизни, которые, как и женщины в целом, обладают большей эмпатией и способностью относиться к другим как к личности[1041], часто устают от того, что их ценят только как сексуальный объект, и просят развода. Еще одна странная особенность мужчин, доминантных и не только, которые психологически настроены на секс ради секса, а не рассматривают секс как приятное дополнение к гармоничным супружеским отношениям, – это склонность к деятельности, направленной на секс, но лишенной интимности. Под этим я подразумеваю сексуальные парафилии, часто называемые в народе извращениями, такие как эксгибиционизм, фетишизм, вуайеризм, трансвестизм и тому подобное. Отец в приведенном выше примере, помимо пристрастия к порнографии, также занимался вуайеризмом, в рамках которого рассматривание привлекательных и безымянных женщин сопровождается сексуальным возбуждением и становится самоцелью.

Изрядная доля мужчин-кинозвезд относится к этому самому типу доминирующих мужчин, составляющих 5 % от всех лиц мужского пола. Некоторые из них славятся, помимо актерского мастерства, своими многочисленными браками и романами. Их жизнь – это одиссея, в которой они путешествуют от одной соблазнительной женщины к другой.

Возвращаясь домой из Трои, они отказываются заткнуть уши, и их завлекает чародейка Цирцея и ее подруги-сирены. Этих доминирующих мужчин изображают на обложках киножурналов, продающихся на кассах супермаркетов: им завидуют многие рядовые мужчины, однако при ближайшем рассмотрении их жизнь зачастую оказывается неполноценной и поверхностной – позолоченной, а не из чистого золота.

Большинство отцов в моих делах, которые получили опеку несмотря на то, что были менее достойными ее, можно отнести к категории доминирующих мужчин. Многие из них приставали к маленьким дочерям в возрасте от 5 до 11 лет, прикасаясь к их влагалищу, однако, что примечательно, никогда не доводили дело до проникновения и не испытывали при этом оргазма. В одном деле отец поощрял своего сына подростка заниматься инцестом с их дочерью-подростком, однако сам отец к девочке не прикасался.

Как и следовало ожидать, с точки зрения классификации личности доминантные мужчины обычно имеют нарциссический склад характера. Вместе с тем обратное неверно. Отнюдь не все нарциссические мужчины являются «доминантными», однако одним из элементов нарциссизма является забота о себе в значительно большей степени, чем о других. Неудивительно, что доминантный/нарциссический (и гетеросексуальный) мужчина может испытывать сильное влечение к женщинам, особенно молодым и привлекательным, и будет вступать с ними в сексуальную связь, при этом, однако, особо не рассматривая их как уникальных, индивидуальных личностей. Они ему необходимы, но в то же время являются «расходным материалом».

В следующем примере рассказывается о сексуальных домогательствах со стороны отца, которому тем не менее удалось добиться опеки над ребенком. Отец был из тех мужчин, что воспринимают женщину как объект для собственного сексуального удовлетворения, а не как личность. В этом смысле его можно называть нарциссическим, однако, в отличие от отца в предыдущем примере, он не был доминирующим мужчиной.

Менее достойный опеки отец, стремящийся избежать скандала

Место действия – Техас, большое ранчо, принадлежавшее пожилому вдовцу, которым номинально управлял его сын. Ему было за 50, и он носил титул «администратора», но фактически никакой работы не выполнял. Всем занималась большая компания рабочих, водителей, бухгалтеров и менеджеров, которые не давали ранчо разориться, в то время как сын наслаждался своей номинальной должностью и солидной зарплатой. У него остался сын от прошлого брака, который теперь служил в армии. Вторая жена родила ему близнецов – сына и дочь, которым на момент моего участия в деле в качестве свидетеля-эксперта на стороне матери было по шесть лет. Женщине было 28 лет, она развелась с их отцом за год до того, как обнаружила доказательства того, что ее дочь подвергалась сексуальным домогательствам с его стороны. Девочка пришла к матери в слезах и сказала: «Папа засунул палец мне в пипиську», кроме того, в этом месте была болезненность, покраснение и несколько капель крови, что подтвердил педиатр сразу после случившегося. В это время она подала иск о полной опеке над детьми и предоставлении отцу права видеться с детьми только под присмотром, что рассматриваемый инцидент имел место и что растление продолжалось, поскольку отец, который решительно отрицал обвинения, свободно посещал детей, ожидая решения суда. Сотрудница службы опеки доложила о ситуации своему начальнику, но тот, как утверждается, предупредил ее, что, независимо от слов девочки, она должна заключить, что доказательств недостаточно. Если в этом сценарии и был какой-то доминирующий мужчина, то это был дед по отцовской линии, на которого окружение смотрело как на настоящего «босса» ранчо и который стремился защитить своего сына от публичного позора и клейма растлителя малолетних. Отец, конечно же, хотел избежать подобных слухов и пользовался поддержкой общества, в частности полиции, следователей и работников суда, защищая влиятельную семью. Что касается матери, то ее обвинили в том, что она подвергает свою дочь стрессу, сообщая властям о домогательствах, словно пытаясь настроить ребенка против отца. На основании этого обвинения суд постановил, что мать должна видеться с детьми только под надзором в присутствии социального работника. Помимо эмоциональных трудностей для матери и детей – особенно дочери, – имелись также и финансовые трудности, так как ни у нее, ни у ее семьи не было достаточно средств на длительную судебную тяжбу, в отличие от состоятельной семьи ее бывшего мужа.

Менее достойный опеки отец с гебефилическими наклонностями

Когда сексуальное возбуждение зависит в первую очередь от влечения к подросткам любого пола, такое состояние официально называется гебефилией. Это состояние, одна из парафилий, получило свое название от имени греческой богине юности Гебы, которая была дочерью Зевса и Геры. Богиня Геба обладала, как утверждалось, способностью возвращать молодость старикам. В обиходе педофилия используется как общий термин для обозначения тех, кто ищет сексуального удовлетворения с несовершеннолетними лицами, однако термин «педофил» более применим к людям, которые ищут сексуального контакта с детьми допубертатного возраста, в то время как «гебефил» применим к тем, кто испытывает влечение к подросткам, не достигшим совершеннолетия. В деле об опеке над детьми участвовала недавно разведенная пара: женщина 25 лет и ее бывший муж, который был вдвое старше ее. У него никогда не было длительных отношений с женщиной, пока он не встретил свою жену. До этого его сексуальная жизнь состояла из коротких эпизодов в массажных салонах или подобных заведениях, где девушкам на самом деле было по 15–16 лет, хотя они и утверждали, что совершеннолетние, чтобы оградить клиентов от проблем с законом. После женитьбы он настоял на том, чтобы его жена прошла процедуру депиляции, в результате чего волосы у нее остались только на голове, и она стала походить скорее на подростка, чем на молодую женщину. Он сильно увлекался порнографией, отдавая особое предпочтение сценам группового секса с участием трех юных девушек. На втором году брака у пары родилась дочь. Он продолжал предаваться своим теперь уже внебрачным похождениям, в результате чего заразил свою жену несколькими венерическими заболеваниями. Из-за этих болезней и вспышек гнева мужа она развелась с ним, когда дочери было пять. Несколько раз он применял физическую силу во время ссор с женой и однажды сломал ей ребро. В течение нескольких недель после этого она принимала лекарства от боли и тревоги. Это стало проблемой во время последующего спора об опеке. Жена, которая была любящей и преданной матерью, просила об опеке по месту жительства, так как отец уже переехал довольно далеко от того места, где они до этого жили. Назначенные судом эксперты посчитали, что мать в силу своего кратковременного употребления этих лекарств, является «наркоманкой», которой «опасно» доверять дочь. Отцу удалось одержать победу, получить опеку и забрать дочь к себе в другой город – достаточно далеко, чтобы мать не могла часто навещать девочку. Это дело было насквозь пропитано предвзятостью: суд, включая судью и назначенных судом экспертов, слишком легко согласился с мнением менее достойного опеки родителя, обладающего большей властью и финансами, тем самым отказав в опеке над пятилетней дочерью ее матери, которая была бы более эмпатичным, заботливым и доступным родителем.