Майкл Стоун – Новое зло. Особенности насильственных преступлений и мотивации тех, кто их совершает (страница 52)
Возможно, что, несмотря на исчерпывающее представление 22 категорий лиц, совершающих насильственные действия, предложенных доктором Стоуном, читателю все же покажется несколько сложным использовать шкалу «Градации зла» на практике, особенно с учетом того, что такие понятия, как ревность, ярость, психопатия, эгоцентризм, психоз и пытки, являются определяющими критериями сразу в нескольких категориях.
Чтобы упростить использование шкалы, мы разработали нижеприведенный алгоритм, позволяющий более плавно перемещаться между категориями при рассмотрении действий преступника и установленных мотивов. В процессе разработки восемь отдельных экспертов (четверо без образования в области психологии или психиатрии, двое со степенью магистра психологии, один со степенью доктора философии в области клинической психологии и один доктор медицины, специализирующийся в области психиатрии) изучили истории ряда преступников, после чего попытались определить с помощью приведенного алгоритма наиболее подходящие для них категории по шкале «Градации зла». Это упражнение помогло выявить проблемные области и неоднозначные моменты в конкретных вопросах и позволило постепенно усовершенствовать методику до тех пор, пока все участники не стали приходить к одному и тому же результату. Вместе с тем мы должны подчеркнуть, что данный алгоритм не проходил эмпирическую проверку и не предназначен для применения в клинической или юридической практике, а, скорее, представляет собой базовое дерево решений, облегчающее применение предложенной доктором Стоуном классификации.
Обратите внимание, что практически невозможно использовать алгоритм и, более того, саму шкалу «Градации зла», если не знать, демонстрирует ли человек черты личности или поведение, частично или полностью отвечающие психопатии. Данный фактор играет важнейшую роль, поэтому необходимо приложить все возможные усилия для определения этого аспекта. При наличии хотя бы некоторых психопатических черт, например лживости или поверхностного обаяния, оптимальным действием будет выбрать «Некоторые черты присутствуют» в разделе «Психопатия» в самом начале алгоритма. При наличии малейших сомнений лучше всего будет выбрать «Определенно нет или неясно», так как в данном случае для принятия окончательного решения потребуется ответить на все вопросы раздела «Мотивы».
Мы, конечно, понимаем, что у преступников иногда бывает множество различных причин для совершения убийств или других насильственных действий. Тем не менее, изучив сотни получивших широкую огласку случаев, мы пришли к выводу, что практически всегда имеет место ключевая движущая сила, преобладающая над всеми остальными. Эта движущая сила может служить толчком для других, например, когда нарциссизм порождает неудержимую ярость. Задача заключается в том, чтобы на основе всей доступной информации определить наиболее значимый из различных мотивов индивида, насколько это возможно. Разумеется, выводы могут быть неоднозначными. Так, разные люди могут расходиться во мнении по поводу того, какой движущий фактор стоит на первом месте в действиях того или иного преступника. Вместе с тем мы отметили, что, хотя результат порой и может отличаться, разброс редко составляет более одной-двух категорий. В качестве простого правила при наличии нескольких явных мотивов следует использовать мотив, связанный с более высокой категорией шкалы.
Читателю, желающему стать опытным пользователем шкалы доктора Стоуна, мы настоятельно рекомендуем пересмотреть примеры, приведенные в предыдущих главах, и применить приведенный алгоритм для каждого из них. Это поможет ему разобраться в том, какие решения необходимо принимать, выбирая одну из 22 категорий шкалы, а также усвоить их отличительные особенности. Кроме того, во второй части будут приведены другие примеры, которые также можно изучить.
Часть II. Эпоха «нового зла»
12. Культурные изменения, оказывающие влияние на паттерны насилия в мирное время
Историки любят напоминать нам, что обычно довольно трудно определить и охарактеризовать эпоху, в которую мы живем, до тех пор, пока не пройдет достаточно времени, чтобы эта эпоха подошла к концу. Затем она уступает место какой-то новой модели, что позволяет нам, оглядываясь назад, прикрепить соответствующий ярлык к предшествующему периоду времени. Мы также склонны определять «эпоху» или «период» в соответствии с какой-то доминирующей темой. В области политики мы говорим, подразумевая нашу собственную страну, о колониальном периоде, периоде Войны за независимость, периоде Реконструкции, Великой депрессии, эпохе Вьетнама и так далее. Мы говорим и о культурных периодах: эпоха Просвещения, начавшаяся в середине XVIII века в Западной Европе, и романтический период, с конца XVIII и до середины XIX века. Пожалуй, ярчайшим примером романтического периода стал роман Гете «Страдания юного Вертера» 1774 года, история одержимости и безнадежной любви: герой кончает жизнь самоубийством, решив не вмешиваться в жизнь своей возлюбленной Лотты и ее нового мужа Альберта.
Этот период, в свою очередь, совпадает с «классическим» периодом в музыке, охватывающим такие фигуры, как Бах, Гендель, Гайдн, Моцарт, Бетховен, Шуберт, Шопен, Шуман и Брамс. В области психологии мы отмечаем викторианский период: последние две трети XIX века, закончившиеся смертью королевы в 1901 году, которая произошла через год после публикации главной работы Зигмунда Фрейда о сновидениях, который вместе с его «Тремя очерками по теории сексуальности» ознаменовали начало эры психоанализа. Ее главная особенность заключалась в том, что теперь особое внимание уделялось эмоциональным проблемам обычных людей, что сильно отличало ее от психиатрии XIX века, где в центре внимания был психоз, изучением которого активно занимались Вильгельм Гризингер, Эмиль Крепелин и Эйген Блейлер. Сам Фрейд развивал традицию, связанную с интересом к обычным людям, которая началась с Антона Месмера и его последователей, Амбруаза-Огюста Льебо, Арно-Мари-Жака де Шастене, маркиза Пюисегюра, Джеймса Брейда, Огюста Фореля и Ипполита Бернгейма, который делал акцент на гипнозе. Именно Фрейд обнаружил, что раскрыться и вылечиться человеку могут помочь свободные ассоциации, что нет необходимости вводить пациента в состояние измененного сознания. И все же, оглядываясь назад, мы замечаем, что красной нитью через «неврозы» – эмоциональные проблемы обычных, непсихотических мужчин и женщин эпохи Фрейда, которая включала в себя эпоху пионеров психоанализа первой трети XX века, – проходило «торможение», о чем говорится в эссе Фрейда 1926 года Hemmung, Symptorn und Angst («Торможение, симптом и страх»). Это «торможение» часто принимало форму проблем в сексуальной сфере: импотенция или недостаток уверенности в себе у мужчин; фригидность у женщин, многие из которых, по мнению Фрейда, испытывали «зависть к пенису» или представляли себя «кастрированными мужчинами». Фрейд подчеркивал роль отцов пациентов, как в случае с маленьким Гансом или с Шребером, и уделял меньше внимания влиянию их матерей. Позже это было исправлено Мелани Кляйн и еще позже Джоном Боулби в его работах о привязанности и потере.
Фрейд был продуктом викторианской эпохи, в которой не только торможение и самоограничение были главными психологическими проблемами, но и роль женщины была ограничена – в значительной степени, как мы бы сейчас оценили, – традиционными ролями Kinder, Kirche, Kliche: дети, церковь, кухня. Конечно, в окружении Фрейда были женщины, например Лу Андреас Саломе и графиня Мария Бонапарт, которые не были столь сдержанными в самовыражении. Фрейд все же задавался своим знаменитым вопросом: «Чего хотят женщины?» – но он оставался без ответа. Тем не менее некоторые женщины могли бы дать Фрейду ответы, которые он искал. Наиболее известной среди них была Сьюзен Б. Энтони. Родившаяся в семье массачусетских квакеров в 1820 году, она прожила бо́льшую часть своей жизни на севере штата Нью-Йорк. Выступая за трезвость и отмену рабства, она сосредоточила свою деятельность вокруг женских прав. За четыре года до рождения Фрейда ей не позволили выступить в обществе сторонников трезвости, потому что она была женщиной. Уже через несколько лет, вместе со своей коллегой Элизабет Стэнтон она основала Женскую лояльную национальную лигу, аболиционистскую организацию и Американскую ассоциацию равных прав, которая проводила кампанию за равные права и оплату труда для женщин и чернокожих. В 1872 году Энтони была арестована в ее родном городе Рочестере, штат Нью-Йорк, за попытку проголосовать на президентских выборах. Помимо этого, ее высмеивали за попытку «разрушить институт брака». Это обвинение проистекало из ее выступления в 1857 году за совместное обучение мужчин и женщин на всех уровнях, включая колледж, что мужчины того времени считали «огромным социальным злом» и «чудовищем социального уродства». Так чего же хотели и хотят женщины? Равенства в сфере образования, возможностей, оплаты труда, признания их независимыми человеческими существами, достойными уважения за их личные взгляды и мнения, а также права голоса. Нет никаких признаков того, что Фрейд когда-либо слышал об ответе Энтони на этот жизненно важный вопрос, хотя любопытно, что в 1899 году, за два года до своей смерти, сама королева Виктория приняла в Виндзорском замке Третий международный совет женщин, основанный Энтони в 1888 году. Фрейд и его коллеги в начале XX века освободили нас от более дезадаптивных аспектов сексуального торможения, однако зачатки для расширения женских прав и свобод зародились еще в первые годы его жизни, пробужденные вспыльчивой революционной американкой и одобренные благожелательной английской королевой.