Майк Гелприн – Настоящая фантастика – 2019 (страница 28)
Настоящая Магда все так же спит, в ровном искусственном свете её кожа кажется синюшной. Я наблюдаю за полускрытым волосами лицом, ловлю почти незаметное биение голубой жилки на шее и медленное-медленное движение грудной клетки.
– Расследование недавнего случая на авиашоу, едва не приведшего к трагедии, показало, что причиной падения самолета стали действия пилота, – вещает телевизор: я врубаю его с утра на полную громкость, чтобы проснуться. – Как мы сообщали ранее, за штурвалом находился Ирвин Иво, чьё имя приобрело широкую известность после сомнительного случая в аварийном аэропорту…
Интересно, какая погода сейчас в реальности? Пылевые бури? Кислотные дожди? Жаль, нет веб-камер на поверхности – они портятся в той атмосфере. А я бы смотрела. Тучи там, грязь, пустыня голая – без разницы. Должно же быть в моей жизни хоть что-нибудь настоящее? Хотя бы там, на экране?
– Службой поддержки было установлено, – ведущая с важным видом пялится в камеру, – что данный аватар на самом деле является вирусной программой, внедрённой в нашу виртуальную действительность, вероятно, представителями движения «Альтернатива». Специалисты работают над устранением данной проблемы…
Капитан Иво в дорогущем светлом костюме лучезарно улыбается с экрана. А я помню его хромающим из-за неудобного протеза, сжимающим стаканчик с дешёвым кофе из автомата. И сказанное напоследок: «Не верь».
В офисе – монотонный гул голосов и… да, ламп этих. Сидя за столом у серого окна, я ерзаю, кручу в руках наушники. Неуютно.
– Привет, – проходит мимо Линна, доедая пончик, усаживается в соседнем ряду. И тут я понимаю, отчего мне беспокойно: Эмили нет.
Обычно она не опаздывает. Даже после своих вылазок чёрт-те куда.
– Эй, Лин! – оглядываюсь. – Ты Эмили не видела?
Та качает головой и вытирает сахарную пудру с губ. У неё ещё целый пакет этих пончиков, и пахнут так вкусно, так соблазнительно в это пасмурное утро.
Да, бывают такие моменты, когда я завидую Линне. Очень редко. Однако сегодня мне тоже хочется жевать сладкий, жирнющий пончик и не думать ни о своём виртуальном теле, которое обязательно накопит виртуальный, но не более приятный от этого жирок. Ни об Эмили, которая почему-то опаздывает. У кого-то другого я бы, пожалуй, попросила пончик – угоститься, но Линна бережёт каждую копеечку, у нее просить неудобно.
Обедать привычно усаживаюсь под окно. Телик висит над столами, звук приглушен: как специально, чтобы лучше слышно было стук вилок-ложек о тарелки и сосредоточенное чавканье. На экране какая-то суматоха, мешанина. Я узнаю станцию метро «Озерное». Снуют в голубой форме полицейские, в ярко-жёлтой – медработники.
– Опять альтернативщики что-то взорвали, – бормочет Линна.
Мои коллеги оборачиваются к экранам, прислушиваются, кто-то из сотрудников столовой делает звук громче.
– …по предварительным данным, ответственность за теракт взяла на себя организация «Альтернатива», – звучит за кадром ровный голос диктора новостей. – Теоретически взрывы могут вызвать некоторые сбои системы, но в Службе связи с реальностью нас заверили, что в данном случае нашим телам, ожидающим Дня Пробуждения, ничего не угрожает. Как и телам тех, чьи аватары были уничтожены сегодня. Напоминаю для тех, кто только что к нам присоединился: террорист взорвал себя на платформе станции «Озёрное» в восемь пятнадцать утра…
На «Озёрном» обычно пересаживается Эмили.
Достаю телефон, украдкой, будто делаю что-то постыдное, выбираю контакт из списка, нажимаю «вызов». Но мобильный Эмили «отключен или находится вне зоны действия сети».
– Неймётся же им, – бурчит за соседним столиком девица из отдела кадров. – Если они верят в реальность – лучше бы, наоборот, что-то хорошее делали. Зачем взрывать?
– Не занято? – Вит из админки опускается напротив меня. – Эмили сегодня нет?
– Нет. Заболела, наверное, – отвечаю торопливо. – Она на выходных в походе была, а погода видишь какая…
– Странно. – Вит пожимает плечами. – Уведомления о больничном в чате нет.
– А разве Эмили не через «Озёрное» ездит? – подает голос Линна. – Может, она там была как раз?
И все это спокойно так, дожёвывая булку.
– С ума сошла? Чего бы это она там была? В восемь пятнадцать она уже должна была проехать!
– Да, – соглашается Линна, – обидно было бы. С таким аватаром можно лет до сорока прожить, не парясь.
Вздыхает. А мне чудится злорадство в её голосе.
– Дура!
Я выбегаю из столовой и, не дожидаясь лифта, бегом, бегом вниз по лестнице. До конца обеденного перерыва – тридцать пять минут. Может быть, успею.
Здесь недалеко, всего пара остановок троллейбуса. Пищит контроллер: в неположенное время мой проездной не срабатывает, и автомат снимает копейки со счёта. Вцепившись в поручень, перебираю контакты в мобилке. Эмили всё ещё не отвечает. Номеров её друзей я не знаю. А с родителями Эмили не общается: они из второй волны, вовсю наслаждались виртуальностью, а когда появились последствия в виде «залёта» – спихнули «проблему» в казенный интернат.
Знать хотя бы, вернулась ли она из своего похода!
Возле павильона станции «Озёрное» – оцепление. Пассажиры приникают к окнам, а когда открываются двери, выхожу только я. Озираюсь растерянно и направляюсь к павильону.
– Куда тебе? – останавливает меня полицейский.
– Я… я подругу ищу.
– Там уже всё прибрали. – Здоровяк в голубой форме трет подбородок и прикрывает ладонью рот, пряча зевок. – Завтра появится статистика по аватарам, там и глянешь. Ну или это… позвони ей.
– Телефон не отвечает.
– А, – полицейский кивает, – ну, глянешь завтра…
Ему скучно: медиков не видно, журналисты разъехались. За спинами оцепления остались только коммунальщики. Душно, парит, как перед дождём. Полицейский страдальчески оттягивает ворот рубашки, стирает пот с лоснящегося лица и думает, наверное, о том же, о чем и я: неужели нельзя просто одной строчкой кода…
– Перерыв уже двадцать минут как закончился, – укоризненно бросает вахтер. Но не торопится записать мой номер, чтобы потом доложить начальству, машет – проходи, мол, некогда! И больше не отводит взгляда от телевизора, висящего в холле.
На экране уже не показывают «Озерное»: диктор новостей что-то бодрое рассказывает, улыбается и жестикулирует, мелькает на фоне лого Службы связи с реальностью. Мне слушать некогда – бегу к лифту скорее, уже в кабине пытаюсь отдышаться. Машинально поправляю блузу, приглаживаю волосы.
В конце концов, статистики ещё нет. Наверняка Эмили простудилась, проспала, забыла написать в чат, что берет больничный… Может, застряла в этих своих горах и опоздала на обратный поезд!
Выхожу на этаж – и замираю, оглушённая.
Визг, аплодисменты – из нашего отдела. Мелькает мысль: Эмили вернулась! Но нет, её стол по-прежнему пустует, начальник стоит, опершись на него ладонью, и так же, как вахтер, нетерпеливо машет мне рукой: проходи, не до тебя сейчас. Взгляды присутствующих устремлены на огромный экран, который висит на стене у входа.
– …мы не дадим злоумышленникам омрачить нашу радость! – вещает диктор. – В этот день мы представляем вам новую усовершенствованную версию программы для связи с реальностью! Обновление ПО станет доступно ровно через тридцать секунд. Это новые возможности! Наблюдение с абсолютно иным уровнем детализации! По этому случаю Служба связи с реальностью объявила акции на косметические средства и уходовые процедуры, не пропустите! Заходите в магазины, ловите скидки! Прекрасная возможность позаботиться о собственном реальном будущем! Итак, это вот-вот произойдет! Давайте посчитаем вместе: пять, четыре, три, два, оди-и-ин!
Фейерверк на экране. Ведущий радуется, подпрыгивает, словно мячик, девчонки из отдела уже схватились за телефоны – проверить обновление, но тут же одновременно поступает множество вызовов.
– Служба связи с реальностью. Чем могу помочь? – голоса сливаются в монотонный гул, и только начальник, глядя в телевизор, все ещё хлопает ладонью по столу, на котором, рядом с погашенным экраном, подпрыгивает белая, с пальмой и попугаями, чашка Эмили.
Реальная Магда уже вторую неделю без массажа. Не до нее.
«Чем могу вам помочь?» – отвечает мне парень с каким-то Чингачгуком на аватарке.
«Эмили Ранева ходила с вами?»
«Да».
«Я тоже хочу».
«В ненастоящие горы?» – И смайлик рисует. Наверное, Эмили рассказывала им о том, как я потешалась над её увлечением. А ещё вероятнее: каждый из этих «чингачгуков» проходит через подобное. Попробуй объяснить, отчего тебя тянет переться чёрт-те куда, чтобы там, вдали от цивилизации, коктейлей, клубов и горячего душа, просто пялиться на графику?
Вот и я не объясню, наверное.
«Без разницы».
Имя Эмили появилось в статистике по аватарам на следующий день в списке уничтоженных. Вместе с ним – ещё восемнадцать. Траур не объявляли. Вот когда из-за вируса двух человек в реальности отключило – это было событие. А про взрыв забыли быстро, только альтернативщики на своих форумах перетирали долго, ругались: не они это, мол. Правда, вскоре почти все форумы прикрыли.
Зато выход новой версии софта для наблюдения за реальностью стал настоящей сенсацией. Новости, шоу, обзоры, видеотесты… и полнейший аврал на работе.
Место Эмили заняла новая девушка, мелкая и серая, как мышка. Настоящая, не компьютерная. Хотя… все теперь компьютерные, если верить главным админам.