Майк Гелприн – 13 мертвецов (страница 43)
– Смелей, – прошептал Соломон Пирс с ненавистью.
Скелет отшатнулся. Потеряв интерес к человеку, он плавно двинулся вдоль стены. Он шел на запах Малки, которую посчитал более аппетитной. Клыки скрежетали, когти рыли мох.
«Черта с два!» – Пирс поборол оторопь и страх. Он ринулся за живым – мертвым – чудовищем и вонзил нож между острых лопаток, левее зазубренного хребта. Лезвие провалилось по рукоять. Скелет раскатисто зарычал и ударил противника лапой. Локоть угодил в подбородок Пирса. Челюсть щелкнула. Мир кувыркнулся. Пирс скатился в овраг и увидел луну, а через миг обзор заслонила оскалившаяся морда. Скелет прыгнул на него сверху. Сегментированные пальцы впились в грудь Пирса. Пасть распахнулась клыками наружу: воронка, бездонный зев. И она приближалась, чтобы впиться костяными шипами в лицо человека.
Пирс попробовал оттолкнуть тварь. Уперся ладонями в холодное рыло, захрипел. Выиграл лишь пару дюймов. Он не помнил, куда девался нож, но у него появилась слабая надежда. Пирс перенес давление на правую руку, а левую запустил за шишковатое плечо, словно обнимая чудовище. Пальцы скользнули по ребрам мертвеца и нащупали рукоять. «Грин-Ривер» сидел в спине монстра.
Ужасающие зубы-иглы клацали возле самых глаз. Правая рука сгибалась под весом мертвеца. Вот-вот плечевая кость выйдет из сустава, рука сломается, как хворост, и тогда дьявол навалится и будет пировать. Коротко вскрикнув, Пирс вырвал нож. Приставил его к тощей шее и принялся пилить сухожилия. Плоть разрезалась, словно мерзлая солонина. Ни капли крови не вытекло из раны.
Мертвец, не сознавая того, помог Пирсу. Он сам налегал на нож, не замечая его, а сталь все глубже погружалась в глотку. Заскрежетала по позвоночнику. Неожиданно хватка чудовища ослабла. Что-то хрустнуло, и лезвие прорвало шкуру под лысым затылком. Одним резким ударом Пирс обезглавил чудовище и освободился.
Он вскочил, кашляя и отплевываясь, не веря в то, что спасен.
Но кошмар продолжался.
Окропленная светом волчьей луны, живая мертвая тварь извивалась на земле. Серпы когтей скребли по дерну. Вонь сделалась адской. Из дряблого хоботка в паху твари лилась красная моча, над ней клубился пар.
Пирса осенило.
Он отыскал голову, закатившуюся под рогатину корневища. Мертвяк скрежетал клыками и разевал пасть. Пирс прыгнул; обе ноги приземлились на висок чудовища. Череп лопнул. Мозги, напоминающие клубок червей, вывалились в траву. Они кишели насекомыми. И Пирс с удовольствием растоптал их своими сапогами. Перевел дыхание и оглянулся.
Чудовище затихло в луже едкой мочи. Ныне оно упокоилось навеки. Теперь Пирс мог в подробностях рассмотреть существо. Скелет, будто размягченный немыслимой температурой и растянутый клешнями. Вывернутые ноги. Пролежни, по которым ползали водяные клопы.
Он словно услышал из тьмы голос Дефта:
«Они изменились внешне… зубы заострились… изменения затронули глаза…»
Пирс не мог поверить, что когда-то это было человеком.
«Почему оно сразу не убило меня? Что почувствовало, обнюхивая?»
Запах атласной гробовой обивки? Околоплодных вод, размывающих суглинок под днищем домовины? Запах тьмы, из коей сам Пирс был соткан? Кладбище вместо жизни?
Могло ли случиться, что людоед принял Пирса за мертвеца?
Пирс не знал, но наверняка знала его бабуля.
«Сатанинский отпрыск! – прохрипел поселившийся внутри прокуренный старушечий голос. – Ты такой же, как он! Подменыш, вы из одного племени! Черти забрали моего внука и подсунули в гроб тебя!»
Пирс провел пятерней по заросшей щетиной щеке. Сзади послышались шаги. Малка стояла у края овражка – темный силуэт на фоне луны. Несколько секунд она рассматривала дохлую тварь.
– Это он? Лесной бог, о котором говорил отец?
– Нет, – твердо сказал Пирс. – Это не бог. Эта жалкая нечисть была каннибалом из паствы Девенлопа. – Он пнул раздавленную голову. – Ты открыла дверь?
– Да. Двор пуст, но надо спешить.
Словно соглашаясь с ее словами, по лесу прокатился зловещий рокот.
Около сараев они едва не напоролись на Мердока. Пирс втолкнул Малку в пространство между хибарами и стал наблюдать за подонком, вышедшим из конюшни. Мердок их не приметил. Он вел под уздцы каурую кобылу Эллисона и гнедого жеребца Пирса. Насвистывая, направился к воротам.
«Он выпустит лошадей, – подумал Пирс, – и скажет, что мы с Малкой сбежали. Как Родс и Круз».
– Я сейчас.
Пирс вышел из темноты. Пригнувшись, заскользил через двор. За крупом жеребца его маневр остался незамеченным. Встревоженное фырканье и стук копыт заглушали скрип досок. Чем ближе были ворота, тем сильнее противились животные. Норовистый Золотоискатель встал на дыбы, и Пирс воспользовался моментом. Он вклинился между лошадьми, ударом мыска опрокинул Мердока на тротуар. Запаниковав, Золотоискатель пихнул хозяина задом, копыто лягнуло Мердока в поясницу. Мердок застонал от боли. Пирс отправил его в небытие, обрушив рукоять «Грин-Ривера» на затылок. Затем и сам распластался на земле, следя за французским домом, погруженным в темноту. Шум не потревожил спящих.
При Мердоке были винтовка и кольт. А еще губная гармошка, инкрустированная серебром, с которой никогда не расставался Круз. Вне всяких сомнений, и мексиканец, и простодушный Родс были мертвы – сожраны мертвецом. Или мертвецами.
Пирс проверил обоймы и почувствовал себя гораздо спокойней.
– Все в порядке, мальчик. – Он потрепал Золотоискателя по загривку, снял оголовье и ремнями связал Мердока по рукам и ногам.
– Верни коней в стойло, – велел он Малке. – И разбуди Дефта. Пускай оденется. Ждите меня в гостиной.
Малка нравилась ему тем, что не задавала лишних вопросов.
– Эй, вы!
У крыльца, в гамашах и дубленке поверх сорочки, стоял взлохмаченный Эллисон. Ствол казнозарядного карабина «Шарпс» перепрыгивал с Пирса на Малку.
– На черта ты связал Мердока, Гроб?
– Где Мерфи? – вопросом на вопрос ответил Пирс.
– В доме. Спит, наверное.
– Тогда слушай меня. – Пирс угрюмо поглядел на куртины, за которыми что-то выло, и то был не ветер. – И слушай внимательно.
Мерфи выстрелил сквозь дверное полотно. Эллисон парировал пальбой из «Шарпса», превратив древесину в лохмотья. Коридор заволокло пороховой дымкой.
– Эйб! – крикнул бывший лейтенант. – Нас тут четверо.
– Все, все, – сдавленно буркнул Мерфи. – Я сдаюсь.
Пирс пинком распахнул дверь.
Главарь банды сидел на кровати, зажимая рану рукой. Пули срезали его ухо и пропахали плечо. Залитый кровью, Мерфи казался усталым и смирившимся. Он даже улыбнулся визитерам.
Пирс забрал длинноствольный револьвер и перепоручил его Малке. Индианка с отцом отошли в угол. Эллисон замер на пороге, не сводя с Мерфи карабин. Пирс присел на стол возле кровати.
– Говори, – бросил он.
Мерфи, кивнув, набрал в легкие побольше воздуха.
«– Не было никакого коммивояжера. Про Ад я узнал от Руфуса Пламмера. Руфус был моим кузеном и правой рукой Генри Олкотта – практически его пасынком. Мы не виделись много лет, но весной меня занесло в Техас, графство Каунти. Я знал, что Руфус, поскитавшись по стране, вернулся на ранчо родителей.
Мы встретились. Руфус выглядел неважно. Он прикрывал физиономию платком и так низко нахлобучил шляпу, что видны были только глаза. Мне стало не по себе от его взгляда. В доме плохо пахло, я сразу заподозрил неладное. И был к нему готов.
Когда Руфус накинулся на меня с тесаком, я выстрелил и ранил его. Потом обошел ранчо и нашел в корале его предков. Они висели на крюках, как свиные туши. Всюду были мухи.
Короче, у меня появились вопросы.
Руфус не юлил и сразу выложил карты на стол. Только морфия попросил. Он понимал, что помирает. Пуля застряла в кишках. А его рожа… братцы, я даже усомнился, что это мой Руфус. В язвах, в нарывах. У него зубы росли двумя рядами, сверху и снизу. Все небо в зубах…
Давайте про Олкотта, да? Олкотт был странным малым. Ходил в цилиндре, опоясанный патронташами крест-накрест, с настоящим томагавком, доставшимся от черноногих. Он был мулатом: папаша – работорговец, а мамаша – рабыня-негритоска. Его боялись.
Олкотт узнал про Лост-Лимит от индейского шамана. Мол, есть такая дыра, где можно пересидеть суматоху. Где никто тебя не найдет. Но главное, это место… оно делает человека сильным. Равным индейским богам. И если попадешь сюда хоть раз, будешь возвращаться снова и снова.
Но был подвох, не без этого. По словам шамана, в лесах вокруг форта живут демоны. Люди, пристрастившиеся к каннибализму и потерявшие человеческий облик. Чтобы защитить себя, нужно заплатить им. Что-то отдать за возможность находиться в крепости.
Да, Эллисон, ты догадливый малый. Не зря читаешь эти книжки. Олкотт и Руфус отправились в Ад и взяли с собой одного неграмотного ирландца. Ночью они вышвырнули его за ворота. Сами залезли на вышку. Демон пришел из чащи и забрал того паренька, а Олкотта и Руфуса не тронул.
Второй раз они поехали в крепость с компанией легочников. Грабанули филиал Миссурийской меховой компании, деньги сыпались из задниц. Руфус сказал, их тянуло в Ад. Спать не могли.
Каждую ночь они отдавали демонам причитающееся. А одного доходягу убили и съели. Мне тоже мерзко, братцы. Руфус сказал, их надоумил священник в пустой церкви. Но ведь Руфус бредил, да? Они слопали того беднягу, и им стало очень хорошо.
Вот только демоны захотели большего. Их аппетит разгулялся. В третий приезд Руфуса сюда они сожрали свой ужин и потребовали добавки. Между Олкоттом и Руфусом завязалась драка. Руфус победил.