Матильда Старр – Ты – моя собственность (страница 13)

Лишь один угол выглядел так, будто он не пришел из кошмарного сна городского сумасшедшего, а был похож на часть человеческого жилища: невысокий столик, диванчики да и большинство предметов на этом столе были знакомыми.

– Здравствуйте, леди, – раздался голос откуда-то из-за склянок.

Я подняла взгляд и увидела молодого человека с приятной улыбкой и ясными глазами. Не так я представляла себе придворного мага. Он должен быть старше и солиднее, что ли. Кажется, мое замешательство его только порадовало.

– Вы ожидали увидеть кого-то другого? – он улыбнулся. – Позвольте представиться: Бриан, придворный маг. Вашего имени не спрашиваю – конфиденциальность прежде всего.

Я смотрела на него во все глаза. Он совершенно не выглядел как тот, кто начнет срывать с меня одежду и упиваться моими эмоциями. Напротив, он кажется очень милым…

– Очень приятно, – выдавила я.

Я обернулась к королевскому служаке, ища поддержки, но обнаружила, что дверь в странную комнату уже заперта, а человек с изуродованным лицом отсутствует.

Мы с магом здесь одни, и что это для меня значит, я совершенно не представляла.

– Садитесь, – он указал мне на диванчик возле того самого человеческого столика.

Я с легкостью выполнила это распоряжение. Ноги подкашивались от волнения, и мне хотелось присесть.

– Я весьма удивлен, – сказал он, когда я выполнила его просьбу. – Обычно его величество советуется со мной, когда приглашает во дворец… гм… девушек. Но не в этот раз… Видно, тут какая-то ошибка.

Советуется с придворным магом, когда выбирает себе игрушки? Вот уж где странность так странность.

Впрочем (я снова похолодела!) в этом нет ничего странного, если моя первоначальная догадка верна и он действительно выбирает девушек для мага. А этот парень так мил и любезен со мной лишь потому, что еще не знает, что в отличие от других девиц я здесь не по своей воле.

– Ну, да не забивайте голову, – кажется, маг смутился. Может быть, от того, что сказал мне лишнее? – посмотрите предметы на этом столе. Выберите из них тот, что вам больше всего нравится.

Я взглянула. Выбор был простым: я потянулась к колоде карт.

Этот набор разноцветных картинок хорошо знаком и мужчинам, и женщинам. Мужчины играют в игры, женщины раскладывают пасьянсы, а наша с Мираей матушка не просто собирала сочетания, перекладывая карты с места на место – она читала по ним судьбу. Еще маленькая я наблюдала, как она перекладывала картинки с места на место, да растолковывала кому-нибудь из соседок.

– Десятка сердечная – нечаянная радость…

А соседка похохатывала:

– Неужто мой Рой сегодня трезвым придет?

Мама качала головой…

– А вот вижу в твоем доме мужчину.

– Ну, точно, Рой! – торопилась подтвердить соседка.

Но мама возражала:

– Да нет, твой Рой сердечной масти, а этот – крестяной. Да с подарком явится…

Соседка словно бы смутилась:

– Может, брат из деревни приедет да гостинца привезет? Молочка, яиц домашних.

Мама с улыбкой соглашалась:

– Конечно, может.

– Ты мне другое скажи: не заберут ли Сая, кровинушку мою, в гвардейцы?

Мама смотрит в карты и качает головой:

– Казенного дома не вижу. Будь спокойна.

Соседка душевно благодарит и оставляет на столе гостинчик:

– Это вот девочкам твоим. Прими от чистого сердца…

– Хороший выбор, – вырвал меня из воспоминаний голос мага.

Я снова вернулась в реальность, и увидела, что карты уже не у меня в руках. Задумавшись, я разложила их на столе. Замысловатый расклад – тот, который делала мама: сначала через две на третью, дама в центре, потом за спиной, потом впереди, потом – что в голове и что под ногами.

Как толковать карты я понимала уже с младенчества. Мама часто говорила: «А вот десятка черна, печаль принесла. А уж с валетом вдвоем – горе пророчит». И сейчас, лишь бросив мимолетный взгляд на расклад, я увидела все и сразу: и свою неволю, и короля на сердце, и чувства – то ли мои, то ли его, непонятно. Болезненная любовь, пронзающая душу. А еще ухватила впереди черный туз при черной девятке да при черной десятке. Неминуемая смерть!

Я быстрым движением смешала карты. На такое и смотреть не стоит.

– Очень интересно, – сказал маг. – Очень, очень интересно.

Он смотрел на меня не так, как мужчина смотрит на интересную ему женщину. Нет, он смотрел, как ребенок на подарок в коробке, словно был готов разрезать меня, лишь бы посмотреть, что у меня там внутри. От этого взгляда становилось не по себе.

– Я устала и хотела бы вернуться в комнату… – робко сказала я.

– Да-да, конечно, – мне показалось, что он даже не слушал меня. – А теперь положите руки вот сюда, – он подвинул ко мне прозрачный шар.

– Я… я не хочу больше. Отпустите меня.

– Ради всех богов, прекратите капризничать и делайте что я велю! – он повысил на меня голос, но даже это меня не убедило. Касаться шара не хотелось, а еще я чувствовала себя совершенно обессиленной.

– Ну же! – теперь он почти кричал. От приятного молодого человека не осталось и следа. Я закусила губу и спрятала руки за спину.

– Не буду!

Он схватил меня за плечи:

– Делайте, что велю!

21

Я дернулась, затрепыхалась в его руках, стараясь вырваться. Но не тут-то было. Стальная хватка сжималась, лишая последних сил. Всем своим существом я чувствовала опасность, в голове в панике метались мысли. Что хочет сделать со мной этот маг? Зачем ему нужно, чтоб я добровольно возложила руки на шар? А ему точно нужно, иначе-то он просто применил бы темную магию. И что ждет меня за непослушание?

Маг злобно встряхнул меня, так что лязгнули зубы, в глазах потемнело, и я с ужасом поняла, что сейчас потеряю сознание…

Дверь с грохотом распахнулась: на пороге стоял король. Он сверкал глазами и явно был в бешенстве. Ну вот, мало тут было одного сумасшедшего, теперь второй пожаловал.

– Что она здесь делает? – прогремел он.

Маг мгновенно выпустил мои плечи и попятился, я покачнулась, окончательно приходя в себя, и тоже сделала шаг назад. Потому что испугалась. Странно было бы не испугаться… В этот момент король был воистину страшен. Я легко могла бы себе представить, что в следующую секунду он испепелит всех присутствующих одним лишь взглядом. А если вспомнить, что это темный, обладающий магией… От возникшей перед глазами картинки стало еще страшнее. Мне захотелось забиться куда-нибудь в угол и сделаться невидимой. О, боги, да лучше я б в обморок упала…

– Н-н-но эт-то же н-новая девушка… Об-бычная процедура. Ис-с-следования… – залепетал маг, бледнея на глазах.

Он был в таком смятении, что я сразу поняла: королевский гнев обращен не на меня, а на него.

– Довольно! После поговорим, – холодно сказал король, но было видно, что он в ярости. – Не смей даже смотреть в ее сторону!

Король приблизился, схватил меня за руку и вытащил из комнаты. Он размашисто шагал по коридору, я едва успевала за ним. Что-то здесь становится добрым обычаем – таскать меня туда-сюда. А я ничего не могу с этим сделать. Хоть бы понять, что происходит…

Долетев таким образом до моей комнаты, король отворил дверь и практически втолкнул меня внутрь. Видно было, что он все еще клокочет от ярости.

Вот уж совсем непонятно, я-то чем не угодила? Пусть со своими слугами сначала разберется! Не сама же я, в конце концов, рвалась к этому магу! Меня вообще до сих пор трясет!

Обида и только что пережитый страх неожиданно встали в горле большим колючим комком, я отвернулась и прислонилась к стене, мечтая как можно скорее услышать стук закрывающейся двери.

Я думала, король оставит меня здесь и пойдет по своим государственным делам – щупать девственниц, объявлять и прекращать войны, казнить нерадивых магов – что там его сейчас может развлечь?

Но он и не собирался меня оставлять. Вошел следом и задвинул засов.

Не дав мне опомниться или сказать хоть слово, король с силой прижал меня к стене и навис надо мной. Сердце тут же рухнуло вниз и замерло, моментально стало жарко. Я подняла голову, и его глаза оказались напротив моих. Они горели странным огнем, от которого становилось страшно. И чем дольше я в них смотрела, тем больше слабела в его руках.

Если ему все еще кажется, что он меня не касается, то он ошибается. Но, что-то мне подсказывало, что сейчас неподходящий момент для разговоров об этом.

– Вы не должны никуда и ни с кем ходить, – сказал он, склонив свое лицо так низко, что мое и его дыхание смешались, отчего в животе сладко заныло, а вся кожа покрылась мурашками. – Никто не смеет к вам приближаться!