Маша Шилтова – В постели монстра: Месть невинной (страница 7)

Насколько я могла судить, был уже вечер, когда я услышала шаги. Сначала я подумала, что мне это снится, потому что к тому времени впала в какое-то такое состояние, что перестала нормально воспринимать реальность. То мне казалось – всё это происходит не со мной, а на самом деле я сижу на парах и, как всегда, выдумываю всякое. То, наоборот, я до боли чётко ощущала, что живу последние часы в этом мире. То вообще лежала безо всяких мыслей.

Но шаги похоже, были реальны. Потому что дверь открылась, в комнату вошёл Марат и остановился у двери, глядя на меня.

Я собрала все силы, всё ещё не до конца поверив своим глазам, и попыталась сесть на кровати. У меня это с трудом получилось, и я тоже всмотрелась в него, пытаясь понять, настоящий ли он или нет.

Осознать этого до конца я так и не смогла. Я растерялась, мне стало ещё страшнее – оттого, что я не понимала, что есть на самом деле, а что только кажется. Я впала в отчаяние, закрыла лицо руками и зарыдала. Вернее, рыдания вырывались из моей груди, но слёз уже не было.

Он тут же быстро подошёл к мне и сказал:

– Вставай!

– Я не могу… я очень плохо себя чувствую, – губы пересохли и были как будто не мои.

– Я тебе помогу, гадина проклятая! – Он схватил меня за растрепанные волосы и стянул с кровати.

Я попыталась сесть на пол, но он заставил стать перед ним на колени, придерживая за волосы.

– Можно мне немного попить? – Попросила я.

Он ударил меня по голове. Зазвенело в ушах.

– «Марат Олегович» добавляй! И разве я разрешал тебе обращаться ко мне с просьбой? Запоминай правила, идиотка, если хочешь жить! Я ненавижу тупых шлюх, таких как ты, придушу не задумываясь! – Он ударил ещё раз.

Меня заколотило от страха. Он почему-то был сегодня настолько страшен, что я без колебания поверила, что он убьёт меня, если я сделаю что-то не так. Прям чувствовалось, как в нём клокотала какая-то внутренняя ярость.

– Я поняла, всё поняла, Марат Олегович, – стараясь говорить тихо и почтительно, сказала я.

– Проси у меня прощения, сука, – напряжённо сказал он.

– Пожалуйста, Марат Олегович, простите меня! Пожалуйста! – Умоляюще сказала я. Я не хотела умирать!

– Расстегни ремень на моих штанах, – уже спокойнее приказал он.

Опять будет бить? Ремнём? За что? Я ничего не сделала! Он же видит, в каком я состоянии, почему он делает всё это со мной? У меня и так всё болит!

– Ну! Я долго ждать буду? – Прикрикнул на меня Марат.

Я сразу стала расстёгивать ремень. Я не знала, как это делается, сильно нервничала, мои ободранные руки дрожали. В конце концов Марат дал мне подзатыльник, но не сильный, и сам расстегнул и вытащил ремень.

– Ширинку! Надеюсь, хоть на это способна?

Моё сердце забилось. Теперь я поняла, что должно произойти. Вернее, что я должна буду сделать дальше. Лучше бы он побил меня! Я стояла перед ним на коленях и моё лицо находилось прямо перед… Боже, я этого не смогу! Это очень стыдно! И противно! Я так не могу!

Он больно дёрнул меня за волосы.

Я сильно трясущимися руками потянулась к пуговице и змейке. Мне не хватало воздуха. Как я это сделаю? А ведь я должна буду сделать! А если меня вырвет, что он сделает со мной?

– Доставай, сука!

Я сглотнула. Я боялась и сделать так, как он приказывает, и попросить его не заставлять меня делать это.

– Марат Олегович! Я не умею этого, – сказала я как можно более просительно сказала я.

– Тут большого ума не нужно. Каждая подстилка умеет это. А так как у них всех мозгов нет, значит научиться легко. Давай, доставай, или я должен тебя уговаривать?

Я всхлипнула, но повиновалась. А что мне оставалось делать? Приспустив штаны и запутавшись в его трусах, я… сделала так, как он сказал.

Я держала его прямо перед своим лицом, опустив глаза, чтобы не смотреть на него. Отвернуться я боялась – а вдруг Марат обидится? Я знала, мужчины относятся к этому… чувствительно. Но и смотреть мне было страшно – я… не видела никогда.

Я просто замерла, держа его в руке. Он тоже ничего не предпринимал, но я чувствовала, как его взгляд обжигает меня.

Наконец он накрыл мою руку своей и стал ею двигать сверху вниз.

У меня загорелось лицо. Стоять на коленях было ужасно неудобно, больно. Смотреть куда-то в никуда, ощущать его в своей руке, а сверху его горячую ладонь… от унижения я снова стала всхлипывать, но сопротивляться я не могла никак.

Дёрнув меня за волосы, он поднял моё лицо вверх.

– Открой рот.

– Марат Олегович, пожалуйста! Я себя плохо чувствую, и никогда такого не делала! – Взмолилась я в отчаянии.

– Сейчас сделаешь. А ты думала, просто так можешь морочить мне голову? Нет, сучка, будешь теперь за всё отвечать! И старайся – мне должно понравиться. И ещё – вздумаешь укусить… очень не советую. Будешь умирать долго, мучительно и без зубов. Я хочу, чтобы ты запомнила – твоё место теперь вот здесь, где ты сейчас стоишь, а единственная цель в жизни – чтобы я был доволен тобой. Старайся.

Я открыла рот. Он сунул мне туда… я ощутила его… внутри – языком, и.. всем остальным. Вдохнула мужской запах.

– Не спи! – резко сказал он и сунул его ещё глубже. Я подавилась.

Он тут же вытащил его из меня, отпустил мои волосы и сильно ударил по голове. Я упала, и он ударил меня ногой по голени. Я свернулась в клубок, а голову закрыла руками. Он ещё несколько раз пнул меня по ногам.

– Не надо! – Взмолилась я, – Марат Олегович, простите, я буду стараться, пожалуйста! Не убивайте меня! Просто я не умею! Но я буду стараться!

– Смотри, шлюха тупая! Я тебе сразу сказал – старайся! Что тут сложного? Вставай!

Я с трудом поднялась снова на колени. Всё тело болело. Я еле удерживалась от слабости. Мне уже было всё равно. Я просто должна выполнить всё, что он мне приказывает. Иначе я умру.

Я взяла его член, и сама засунула его себе в рот. Стала внутри облизывать его языком. Так продолжалось какое-то время, а потом он раздражённо сказал:

– Ну? В чём теперь дело?

Я вопросительно посмотрела на него, не выпуская член изо рта.

– Чего вылупилась? – Сказал он грубо, – хватит его мусолить, начинай уже!

– Что начинать? – С отчаяньем спросила я, мечтая о том, чтобы всё это скорее закончилось. Мне было ужасно противно, прям тошнило.

– Ты серьёзно? – Недоверчиво спросил он.

– Да, – устало сказала я.

Мне показалось, что атмосфера вокруг нас внезапно изменилась. Он снова положил свою ладонь на мою руку, снова засунул его мне в рот и стал двигать ею, как в первый раз.

– Ты должна сосать его, – внезапно спокойно объяснил он, – чупа-чупсы пробовала? А подтаявшее эскимо? Что ты делала, чтобы оно не капало? Делай то же самое, и одновременно продолжай работать языком, как и до этого.

Я стала выполнять все его указания. И вскоре почувствовала, что он становится менее напряжённым.

Я старалась всё делать так, как он сказал. Марат обеими руками вдруг собрал мои волосы на затылке в обе руки и мягко подталкивал мою голову в такт моим движениям. Я слышала его тяжёлое дыхание.

Он застонал. Этот стон неожиданно вызвал у меня какое-то возбуждение. Я тоже могу вызвать у мужчины такие чувства, которые сама испытала в тот раз? Но не успела я это подумать, как он вытащил член у меня изо рта и отпустил волосы.

Я осталась стоять перед ним на коленях, не понимая, что происходит.

Он взял с кровати ремень со своих брюк.

– Чёртова сука, ты опять за своё? Провоцировать меня вздумала? – Он ударил меня по спине. Боль обожгла меня. Удары последовали один за одним, оставляя горящие следы.

Каждый из них вырывал у меня стон, но я терпела. Почему-то вспомнилось, как он ласкал меня. Мне сразу же захотелось, чтобы он дотронулся до меня сейчас. Но я боялась об этом просить, помня, как он отнёсся к моей реакции на побои. Но я прям не могла просто так терпеть это желание. Мне хотелось как-то почувствовать его. Я охватила руками его бёдра и снова взяла его член в рот. Удары прекратились. Я продолжила делать так, как он меня научил, но уже не принудительно. Я теперь сама почему-то отчаянно этого хотела. Чтобы прекратить боль. Чтобы почувствовать его в себе. Чтобы он снова наказал меня за это.

Сначала он замер на какое-то время. Потом снова стал бить меня ремнём. От безумной смеси боли, унижения, желания его прикосновений и ощущения его во мне я потеряла контроль над собой и стала громко стонать, не переставая продолжать то, чего он требовал от меня.

Он выронил ремень, обнял руками мою голову и зарычал. Я почувствовала в своем рту солёную жгучую жидкость и поняла, что он кончил. Я всё проглотила, но всё равно не могла отпустить его бёдер.

– О боже! – Прохрипел он, прижимая моё лицо к своему паху. Я тёрлась о него головой. Его руки дрожали, а я старалась дотронуться до них лицом. Я ничего не соображала, кроме того, что хочу чувствовать его тело.

И я сразу ощутила смену его настроения. В воздухе стало сгущаться напряжение. Марат снова схватил меня за волосы. Потом как бы через силу оторвал мою голову от себя.

– Ты что делаешь, блядь?! Ты что делаешь? – Спросил он с таким бешенством, что у меня кровь застыла в жилах.

Он снова ударил меня так, что я упала. Я поднялась на руках и бросила на него взгляд из-за растрёпанных волос. Он возвышался надо мной, глаза его прям пылали ненавистью, а кулаки сжимались. Я стала медленно отползать в сторону.