Марьяна Сурикова – Между Призраком и Зверем (СИ) (страница 24)

– Здесь существует своя система, если освоить её, можно избавиться от наряда минут за десять, а если наловчиться, то еще быстрее.

– То есть милорд не знаком с этой системой? – невинно поинтересовалась я.

– Он просил ему не рассказывать, – заговорщицким шепотом поведала горничная.

«И смех и грех», – вздохнула про себя. Хотя с такой защитой до греха, возможно, больше не дойдет.

Убедиться в собственной правоте выпало позже, когда старательная горничная от мадам Амели обрядила меня в женские латы, замаскированные под красивое платье. Одев, она еще долго кружилась вокруг, восхищаясь умением своей хозяйки и ее чудесным вкусом, рассуждая об именитых клиентках, которые бы убили за такую диковинку.

– Даже троюродная племянница его императорского величества не пользуется таким расположением мадам Амели, как милорд Кериас, и вынуждена ждать своей очереди. Его же заказ изготовили необычайно быстро.

– Тронута заботой мадам и милорда, – нехотя отозвалась, устав уже от болтовни словоохотливой девицы. Как мне сейчас не хватало общества моих лучших друзей – книг, которые разговаривали со мной в блаженной тишине. Еще очень хотелось проведать отца, подержать за руку, узнать о самочувствии, но визита к нему я не могла себе позволить. Рассказывать о единственном родном человеке дознавателю даже не собиралась, не хотелось давать дополнительных ниточек контроля в его руки.

– А теперь можно идти к милорду.

– То есть? – я так погрузилась в воспоминания об отце, что не сразу поняла фразу горничной.

– Милорд Кериас вас ждёт. Он просил спуститься в его кабинет, когда вы будете готовы.

Он что, собрался проводить испытания?

Ответ на вопрос мог дать только сам дознаватель.

С огромным нежеланием я спустилась на первый этаж и остановилась возле лестницы, вспомнив, что не знаю, где находится кабинет хозяина. Пришлось искать какое-то время, исключив те комнаты, в которых я уже побывала.

Открыв очередную дверь, я замерла под внимательным взглядом темных глаз. Как-то разом накатило смущение, и чем дольше Кериас смотрел, тем сильнее хотелось убежать.

– Заходи, Мышка, не бойся, – нарушил мужчина затянувшееся молчание, – я тебя больше не съем.

Щеки запылали так, что я ощутила покалывание на коже.

– Мыша-ханжа, – забавляясь, протянул Кериас.

– Вовсе нет, – поспешно возразила, лишь бы что-то сказать и избавиться от чувства снедающей меня неловкости.

– Что же прячешься в норке, словно произошло нечто, из ряда вон выходящее?

– А не произошло? – тон его голоса и насмешки вызвали волну возмущения в душе.

– Поскольку ты ещё девственница, все в полном порядке.

– Ну, знаете! – и как ему не надоест подтрунивать над моей неопытностью, – подобных оправданий собственной развращенности я еще не слышала.

– Скорее раскрепощенности, Мышка, – с улыбкой парировал наглый императорский родственник и отодвинул для меня кресло.

Я уселась с самым гордым и независимым видом, на какой была способна, стараясь даже не смотреть в сторону дознавателя, но удержаться от издевки не смогла.

– Значит, в порядке? Полагаю, даже в порядке вещей. С вами, похоже, подобное происходит каждый день.

– Очень редко, Мышка! – Кериас положил ладони на спинку кресла и склонился ниже, чтобы прошептать, – лишь когда держу в объятиях обнаженную женщину, которая свела с ума ещё при первой встрече.

Я переложила руки на правый подлокотник и отклонилась как можно дальше.

– А таких женщин вы встречаете с завидной регулярностью?

Зверь хмыкнул, но ничего не ответил.

– Зачем вы меня позвали? – мне уже хотелось уйти.

– Затем, чтобы проверить работу Амели. Давай, Мышка, рассмотрим все внимательно, только не сгори от смущения.

– И не подумаю, – поклялась скорее себе, чем ему. Правда, когда поднялась из кресла и повернулась к мужчине, запал чуточку поутих. В глазах Зверя светилось предвкушение. Возможно, ему было интересно проверить собственную выдумку в действии, но с ним никогда нельзя было знать наверняка.

– Изумительно, – улыбнулся он, окинув меня взглядом с ног до головы, – Амели, как всегда, на высоте.

– Ой! – это уже я воскликнула, поскольку не ожидала следующего манёвра, когда широкие ладони уверенно провели по гладкому блестящему шелку, огладив меня сверху донизу.

– Ай! – снова вскрикнула, когда Кериас таким же способом принялся изучать то, что было надето под платьем, то есть чулки и кружевные шортики.

Движения были четкими, быстрыми, словно на досмотре, но меня прикосновения все равно смутили.

– Что вы делаете?

– Проверяю, насколько ткань отличается от обычной на ощупь.

– Вы лапаете меня в очередной раз!

– Какая проницательная Мышка, не хочешь на меня работать?

– Я уже на вас работаю.

– Еще и наблюдательная, – хмыкнул дознаватель и искренне восхитился, – Богиня!

Последнее утверждение адресовалось не мне, так как мужчина добавил:

– Я готов расцеловать Амели.

– Используйте такую возможность, когда она будет лежать обнаженная в ваших объятиях, – не упустила я шанса съязвить.

– У маленькой Мышки растут зубки? – изломил бровь Кериас и плавно поднялся с колен. Ухватив меня за подбородок, он коснулся большим пальцем нижней губы и слегка оттянул, рассматривая зубы. Я не смогла удержаться и куснула наглого дознавателя.

Он отдёрнул пальцы и тряхнул укушенной рукой, а потом стремительно обхватил ею мой затылок, привлек к себе и прижался к губам. И хотя отпустил почти тотчас же, но было ощущение, словно ураган сбил с ног. И не успела я перевести дух после неожиданного нападения, как мужчина достал нож. Глаза у меня стали шире чайного блюдца, и я поспешно попятилась.

– Вы этим проверять собираетесь?

– Угадала, – кровожадно оскалился Зверь, сделав шаг ко мне.

– Ой, а можно…

– Не можно.

– Вы сейчас очень похожи на Призрака. Просто одно лицо.

– Неправда, – дознаватель продолжал наступать, – у меня лицо жгучего брюнета, а он невзрачная моль.

– Нож в ладони придает вам сходства. Ох!

Кериас ухватил за запястье, подтащил меня к себе и развернул спиной.

– Материя очень прочная, я верю мадам на слово, – я попыталась отобрать у мужчины край юбки, но услышав многозначительное: «Не дергайся», – тут же замерла. Просто когда ощущаешь, как острый кончик кинжала оттягивает край чулок, совершать лишних движений совсем не хочется.

– Наточенный, – шепотом прокомментировала скольжение холодного оружия вдоль полупрозрачной материи.

– Прочная, – ответил на это дознаватель и очертил указательным пальцем кружевную тесьму чулок. Я едва сдержалась, чтобы снова не дернуться, но устояла, так как нож переместился к подвязке. Внутри невинных на вид бантиков, которыми крепилась упругая лента, крылись металлические крючки, поэтому недостаточно было просто потянуть за кончик, чтобы распустить. Нож со скрипом скользнул по эластичной материи, и подвязка спружинила обратно, а я вздрогнула.

– Не больно? – поинтересовался Кериас, легонько проводя пальцами вверх по бедру почти до кружевных шортиков.

– Нет, – я повела плечами и уточнила, – а можно не гладить меня?

– Почему? – пощекотало ушко горячее дыхание.

Ну хотя бы потому что сочетание подобных ласк с прикосновениями холодного металла слишком уж… чересчур.

– Вы собирались проверять прочность ткани, а не моей кожи.

– Тогда у тебя самые неподходящие ножки на свете, Мышка.

– Неподходящие для чего?