Марцин Подлевский – Возвращение (страница 91)

Но это было только начало неприятностей.

Вспыхнувшие обломки «Пропорции» полетели в сторону пиратской станции. Первый врезался в ее внешний обод, тут же расколовшийся на две части. Второй ударил по центру в красный глаз, нарисованный на поверхности станции. Серия взрывов вспыхнула на гравированной плоскости гигантской станции С-класса, а само Око начало крениться, ударившись об один из стыковочных обручей, крутящихся вокруг него, как черный ореол. Вокруг воцарился настоящий хаос. Неповрежденные корабли, пристыкованные к станции Палиатива, и вращавшиеся вокруг Ока, начали активировать свои форсажные двигатели. Некоторые направились к навигационным буям: первобытный, понятный рефлекс, чтобы спастись; но другие начали судорожно выстраиваться в оборонительный строй против ошеломленного К-флота.

В какой-то момент кто-то выстрелил; трудно сказать, кто именно. И разверзся настоящий ад.

***

— Это же очевидно! — Пикки Тип был в ярости. — Мы все еще в Ободе Федерации!

— Эта операция никогда не была военной, — возразила появившаяся в виде голограммы, одетая в доспехи Лиги фемина Хапенут. — Суперкрейсер Контроля всего лишь осуществлял тактический контроль над ней.

— Теперь ты хочешь спорить?! — Пикки позволил себе хлопнуть кулаком по стазис-навигаторской консоли «Грома». — Крейсер Лиги все равно сильно поврежден! И кто-то должен, чертова Напасть, им командовать!

— В таком случае командование должна взять на себя не Федерация или Лига, а Штаты, — объявил цензор Юсаку Годай с «Аватара», видимый как возмущенная тень по обычаю своего Обода, делающего ставку не только на высокий уровень слежки, но и на необходимость скрывать высокопоставленных правительственных чиновников. — «Гром» потерял значительную часть своего магнитного поля, а «Улыбка», как соизволил заметить капитан Пикки, серьезно повреждена. Силы Штатов находятся в наилучшей форме. Я готов возглавить всю операцию.

— Каждая симуляция указывает на необходимость немедленных действий, — огрызнулась голограмма стрипса Вальтера Динге. — Противник начал наступательную операцию.

— Противник не сможет с нами справиться, — презрительно усмехнулся Пикки. — Им конец. Они пираты и преступники. Нам нет до них никакого дела. Нам важна Машина. И Грюнвальд.

— Они могли погибнуть при взрыве, — заметила фемина Хапенут.

— «Лента» все еще в доке, — напомнил Годай. — Она уцелела.

— Я отправляю десант, — заявил Пикки. — Вы, ребята, делайте, что хотите. Все, что нам остается, — это вместе защищать Кооперативный флот. — Он бросил взгляд на неостекло, за которым уже виднелись приближающиеся к ним корабли, все еще сотрудничающие с Палиативом или просто инстинктивно защищающие то, что осталось от его станции, а значит, и свои прежние жизни.

— Гегемон никогда не согласится на то, чтобы Федерация захватила Машину, — холодно объявил Юсаку и растворился.

— Я тоже окажу поддержку, если получу ее, — объявила Хапенут. Тип кивнул, и фемина отключилась.

Остался Стрипс, который, казалось, все еще анализировал ситуацию.

— Они атакуют! — неожиданно вмешался первый пилот «Грома» Геб Гутовски. Его братья на позициях второго и третьего пилотов, похожие как две капли воды Роберт и Хамт, кивнули головами в знак согласия.

— Выпускайте мух, — приказал Пикки. — Очистите передний план для приземления ТПК. Мне нужен этот чертов прыгун!

— Сотрудничество, — артикулировал Стрипс, — необходимо.

После этих слов он тоже исчез.

— Дайте мне Аму Терт — приказал Тип. — Она будет защищать проклятый десант.

— Вас понял, — ответил человек, отвечающий за связь. Тип слегка кивнул.

— Если и в этот раз она потерпит неудачу, — пробормотал он, наблюдая, как голоэмиттер начинает отображать силуэт капитана «Терры», — она горько пожалеет не только о том, что родилась, но и о том, что прошла обучение в Космической Академии.

***

Анна не могла поверить в случившееся.

В одну минуту она общалась с «Божественной пропорцией», согласовывая условия передачи Грюнвальда и его корабля, а в следующую вдруг стала свидетелем взрыва ядра суперкрейсера и крушения станции.

Это даже не невозможно, признала она, к своему изумлению сохраняя трезвость мысли и рассудка. Это просто какая-то долбаная шутка.

— Все кончено, старушка, — вздохнул Артур, повиснув в паучьем коконе вооружения. — Он больше не испытает удовольствия от дис…

— Заткнись, — шипела Анна, и стройный оружейник закрыл рот. Все с напряжением следили за тем, как обломки, в которые превратилась «Божественная пропорция», бомбардируют Око. — Петрова?

— Это взрыв ядра, — подтвердила компьютерщица, присутствовавшая в сердце «Кармазина». Что-то лопнуло: очевидно, жевательная резинка, которую она жевала, что подтвердило небольшое голо, показавшее миниатюрную голову девушки в черных очках. — Никакой атаки извне.

— Лигенза?

— Подтверждаю, — признал второй компьютерщик. — Что-то грохнуло, и не сильно, но, похоже, разнесло их изнутри. Конец Палиативу.

— Мы отчаливаем, госпожа капитан? — трезво спросила первый пилот Доминика Век. Анна медленно покачала головой.

— Нет, — пробормотала она. — Пока нет. Попытаемся захватить «Ленту». Клетка?

— Мамушки здесь нет, капитан, — заметила одна из девушек, присутствовавших на борту: молодая, немного вздорная Кант.

— Что значит «нет»?

— В последнее время она была у механика.

Анна нажала кнопку интеркома.

— Лил? Лил? — спросила она. — Ты здесь? Клетка с тобой?

— Клетки здесь нет, — услышали они голос Подгрудного. — Она сидела на станции в качестве офицера связи, как приказала госпожа капитан…

— Проклятая Напасть! — шипела Анна, прерывая связь. — Хорошо. Сделаем это втягивателем. Век?

— Да?

— Ты пролетаешь над доком Червяка, пока он полностью не разрушился, — объявила Анна. — Располагаешься над «Лентой». Уничтожаешь сцепки и засасываешь прыгун втягивателем. Выдвигайся немедленно.

— Есть!

— Артур Олдер, Соника Флейт — капитан «Кармазина» повернулась к оружейникам, висящим в своих соединительных комбезах. — Артур: щит, Соника: сцепки. Соника?

— Да, капитан? — отозвалась стройная, почти бесплотная девушка, запутавшаяся в паутине сцепки.

— Сделай это аккуратно. Точечный огонь, лазер. У меня такое чувство, что если ты все сделаешь правильно… — она прервалась, глядя на стремительно приближающуюся станцию, — мы получим больше, чем от любой сделки со старым бессмертным.

***

Ама Терт восприняла команду Пикки Типа относительно спокойно.

Последние реакции капитана «Грома» она могла охарактеризовать как «шизофренические», если не сказать хуже. Еще в Тестере, приняв решение открыть огонь по «Ленте» прямо перед носом «Грома», она поняла, что может попрощаться со своей карьерой, если прыгун сбежит. Теоретически Тип не мог ее ни в чем обвинить: она публично призналась, что переняла от него стратегию «огненной стены». Тот факт, что эта «стена», скорее всего, должна была обречь «Терру» и ее экипаж на бой с превосходящими силами противника и уничтожение, чтобы у «Грома» было время захватить прыгун, уже не имел значения с точки зрения Типа. В конце концов, Ама, находясь на грани мятежа, выкрутилась из затруднительного положения и теоретически не могла быть ни в чем обвинена, кроме, пожалуй, слишком рьяного исполнения своих обязанностей. Однако Пикки знал, как все было на самом деле.

Он знал, что ее решение не было основано на глупости. В тот момент она предполагала, что Тип попытается добиться ее перевода. Она не могла сама подать заявление о переводе, ее положение в целом было не очень хорошим. Но он этого не сделал. После событий в Тестере он проглотил поражение с видимым достоинством, а когда его допрашивали адмиралы Сил Федерации, он с легкостью опровергал любые аргументы, которые могли бы выставить его в дурном свете. Что касается Амы, то он подготовил особенно язвительный рапорт о ней, но не хотел, чтобы ее переводили. Сам документ изображал ее вспыльчивой и некомпетентной, но к тому времени, когда дело окрепло и против нее были выдвинуты обвинения, пошли слухи о создании К-флота. Стоило Пикки узнать об этом, как он отозвал критический рапорт, будто намереваясь дать Аме еще один шанс.

Вот только ей этот шанс был совсем не нужен. У нее было ощущение, что Пикки прекрасно об этом осведомлен.

— ТПК пошел, — сообщил ей второй пилот «Терры», веснушчатый рыжий Доминик Крептов. Сидевший чуть поодаль за пультом второй пилот, худощавый Яврез Хутана, только кивнул.

— Хорошо, — пробормотала Ама. — Оружейники, мы не ввязываемся ни в какие стычки. Нас интересуют только ТПК.

— Это может быть сложно, капитан, — услышала она слова оружейницы, недавно поступившей на службу Аманды Тротц. — Там становится очень жарко, — добавила она, но комментарии были излишни.

Над медленно распадающимся Оком разворачивался настоящий ад.

Навстречу силам К-флота двинулось множество кораблей, размещенных на станции: частные прыгуны подозрительной конструкции и с не менее подозрительным вооружением, фрегаты, раскрашенные в причудливые рисунки, столь же необычные эсминцы и — как уже с некоторым беспокойством отметила Терт — два небольших крейсера. Самые крупные корабли союзных Палиативу сил выглядели так, словно их собрали из разных частей, не особо заботясь о цветах, характерных для конкретных Ободов. Кроме того, вокруг находилось несколько кораблей стрипсов ржавого цвета и — что уже казалось совершенно загадочным — несколько серебристых прыгунов Жатвы.