Марцин Подлевский – Натиск (страница 26)
— Он спас меня, — сказала она. — Если бы не доктор, я бы до сих пор лежала в АмбуМеде.
— Не спорю, что он был полезен. И я ему за это благодарен. Поэтому я подумал о быстром и гуманном конце. Не думаешь, что это был бы акт милосердия?
— Нет, — твердо ответила она. Но трансгресс еще не закончил.
— Ты неправильно подходишь к вопросу. Позволь мне облегчить тебе задачу. Представь, что у тебя, например, больной пес. Ты знаешь, что такое пес?
Пинслип покачала головой. Она смотрела уже не на Единственного, а на Джонса.
— Ну, тогда какое-нибудь другое любимое домашнее животное. Допустим, оно неизлечимо больно и, вероятно, страдает. Ты не подвергнешь его эвтаназии?
— Люди не животные… — слабо проговорила она. — Мы же можем пристегнуть его к стазис-стойке, как ты говорил. Тебе не нужно его убивать. Пожалуйста…
— Не знаю. — Он пожал плечами. — Но у меня есть идея, — сказал он. Он отвернулся от Джонса и снова подошел к интеркому. Нажал кнопку. — Тански?
— Да?
— Все уже в стазисе, как я просил?
— Да.
— Отлично. Пожалуйста, переключи на жесткий стазис оружейника. Он не должен быть воскрешен после прыжка. Понятно?
— Да… господин капитан.
— Тогда быстрее. И сам подключись. В обычный стазис, на пять минут, как и остальные, — закончил он и отпустил кнопку интеркома. — Дело само собой разрешилось, не так ли? Миртон столкнется с проблемой, когда все успеют с ней освоиться. Это должно отсрочить проблему. По крайней мере, на время.
— Пинслип… — довольно отчетливо прошептал Джонс. Пин посмотрела на него: прямо в усталые, старые глаза доктора. — Пожалуйста…
— Ну же, — решил Единственный. — Не будем затягивать.
И прежде чем Пинслип успела отреагировать, он подошел к Харпаго и быстрым, простым движением сломал ему шею.
8
Понимание
Я все еще не получил ответа c Эдема по поводу использования Длани. Я понимаю, что элитные силы Императора могут быть вырваны из безвременья только в исключительных случаях, но эта кощунственная кампания выходит из-под нашего контроля! Мятежный лорд Ниротос и его последователи несут свои слова все большему числу миров! Правда, их Черная Длань была изгнана из окрестностей сверхновой Кеплера, но большая часть армады все еще нападает на системы малых родов на окраинах галактики! И я хочу напомнить, что Черная Длань — одна из величайших бывших Дланей Императора! Наше положение с каждым днем становится все более отчаянным!
Я умоляю Его Императорское Величество выслушать меня. Мы не можем допустить, чтобы взгляды Ниротоса на всеобщее использование императорской амброзии нашли больше сторонников! Жизнь — это ценный дар, это правда. Но право на ее продление должно идти рука об руку со здравым смыслом и объективным суждением, потому что только это позволит выжить тем, чье существование наиболее ценно для всей Галактической Империи.
Что-то менялось. И, похоже, менялось к лучшему.
Яр Ворон, наследник Великого Рода Воронов и один из ведущих кандидатов имперской Ксенопрограммы, заметил это почти сразу, как только переступил порог Купола Мыслителей. Прямо за его спиной приземлились последние капсулы ликторов — запущенное Просветленными электромагнитное поле заставило погаснуть свет на террасах Купола. Возможно, Мыслители не имели оружия, но программное отключение вооружения с имперской блокировкой имело побочные эффекты и для остального оборудования.
Наверное, поэтому пропала связь с Пин Вайз. С Мыслительницей, о которой он начинал все больше беспокоиться.
Пока он бежал по коридорам Купола, думая, успеет ли. Девушка упомянула что-то о Лекторе Сети Тролте — что именно? Неизвестно. Одно было ясно: она хотела, чтобы Ворон попал в Центр. Поэтому он должен был туда добраться — и как можно скорее.
Что-то коснулось его примерно на полпути, когда Персональный Машинный Опекун внезапно задрожал и замер. Машина замедлилась, словно впав в какой-то странный ступор. Яр повернулся к ней с удивлением, глядя, как человекоподобная фигура устройства пытается сделать еще один шаг, прежде чем внезапно остановиться. Что…
Орбисы, понял он сразу. Небольшие летающие шарики ликторов, которые были ничем иным, как излучателями поля; он слышал о них несколько раз. Просветленные, должно быть, впустили их первыми в комплекс, усилив действие электромагнитного поля, излучаемого капсулами. Сам он ничего не почувствовал, но его Машина, должно быть, попала в зону воздействия одного из них. Ему пришлось оставить ее, похоже, другого выхода не было.
Он ускорился. Без помощи Опекуна было немного сложнее, но он более или менее помнил дорогу. По крайней мере, надеялся, что помнил. Только не знал, сможет ли пройти. Часть дверей включила автоматические замки, другие были распахнуты. Казавшийся простым маршрут превратился в лабиринт, из которого он должен был выбраться.
Быстрее, подгонял себя мысленно. Быстрее!
Он знал эти проходы. Помнил, куда вела его в самом начале Машина-шар. К тому же начал встречать людей. Мыслители и технический персонал выглядели испуганными и неохотно отвечали на вопросы, но — что оказалось решающим — бежали в противоположном направлении. Они собирались выбраться из Купола и, чего они, вероятно, не знали, попасть в руки ликторов.
Что ж, подумал он, пробегая по очередному узкому коридору в направлении Центра, рано или поздно они наткнутся на них. Или увидят только белый, убийственный свет имперского очищения. И я тоже его увижу… если не найду Вайз и каким-то чудом не проскользну через имперскую блокаду.
То, что шансов на это мало, он понял через пятьдесят метров.
По сути, он почти добрался до Центра. И что-то перестало сходиться. Он еще не знал, что именно, пока не остановился и не посмотрел с удивлением на окружающую обстановку.
Что-то прорастало на стенах Купола — как пульсирующие жилки, покрывающие их неровной паутиной. Немного изменилась и структура пола, который показался ему мягким. Яр присел на корточки и протянул руку. Пол был теплым. Он только не понимал, почему. Это Паломники? Они пересекли условную границу, установленную в первом раунде переговоров, и вышли с изменением среды за пределы фрагмента Центра? Если, поправился он мысленно, были какие-то переговоры. Может, предварительные договоренности, основанные, кстати, на некой условности, полностью расходились с целью, поставленной Лектором. Может, Чужаки решили, что для того, чтобы преодолеть Парадокс Восприятия, нужно захватить Купол…
Нет, подумал он. Это абсурд. Зачем им это делать? Они же установили связь, а их корабль все еще был над комплексом. Какой смысл в такой стратегии? Нужно быстро экстраполировать эти изменения. Только вот…
Вайз. Я должен как можно скорее найти Вайз.
Ворон встал, бросив предварительный анализ, который начал медленно раскрываться перед ним, как веер. Там что-то было: на заднем плане, уже не скрытое Парадоксом Восприятия. Он мог бы это увидеть, если бы только…
В десяти метрах от него стоял имперский ликтор.
Наверное, он пробрался через какой-то боковой проход или просто был одним из первых Просветленных, которые приземлились и вошли в Купол. Яр с трудом сдержался, чтобы не сглотнуть слюну. Ему не хотелось, чтобы так называемый в надъязыке Палец Длани Императора сразу уловил его страх.
Сам ликтор, как он и ожидал, выглядел персонажем из легенд — забытым солдатом, сражавшимся на стороне Императора в те времена, когда Великий Род Воронов был, вероятно, одним из младших родов, пытавшихся завоевать расположение Трона Эдема. Одетый в ликторский
— Кто ты? — спросил ликтор. Тяжелый и сухой голос. Некоторые считали, что пребывание во вневременности и постоянное употребление амброзии могут лишить Просветленных человечности, и, по мнению Яра, голос ликтора подтверждал это. — Кто ты? — повторил он механически, и Ворон понял, что третьего вопроса не будет.
— Яр Ворон, — быстро ответил он. — Наследник Великого Рода Воронов, кандидат Ксенопрограммы Империи. Я близкий сотрудник Мыслителя Первой Степени Лектора Сета Тролта, управляющего ИКП. Я хотел бы…
— Тихо, — приказал ликтор. Он по-прежнему стоял неподвижно, хотя немного наклонил голову со странно мертвыми глазами. Скорее всего, прислушивался к приказам, хотя было трудно сказать, откуда они доносились. Неужели его подключили к Галактической Сети? — Ты нужен, — добавил он через мгновение, снова глядя на Ворона. — Тебя нужно доставить в указанное место.
— Я не знаю, где это. Я ищу Пин Вайз. Она Мыслительница, которая…
— Молчи. Приказ дан. Ты пойдешь в…
— Послушайте меня! — перебил его Яр. — Я должен найти Мыслительницу Пин Вайз. Можно…
Он так и не закончил фразу. Ликтор только мелькнул. В один момент он стоял в нескольких метрах от него, а в следующий — уже рядом с Яром. На долю секунды Ворон заметил бледное и изрезанное десятками шрамов тело ликтора.