Мартиша Риш – После развода. Одна в ином мире (страница 5)

— Фууух! Как все, оказывается, просто!

Я неаккуратно раскрыл шкатулку, что стояла посередине стола. Мигом все разноцветные, немного пушистые шарики застывшего меда разлетелись по комнате. Если не присматриваться особо, они похожи на шмелей или кусочки застывшего янтаря, а может, крупные стеклянные бусинки. Хотел сунуть один такой за щеку, да вот как-то не получилось. Что ж, пускай горничные с утра порадуются, все одно, мне эти сласти не переловить.

Уже завтра я расспрошу неизвестного колдуна! Только бы он помнил, в какой из миров отправил мою эльтем, мою милую Анну. И можно будет не бояться ее бабушки — эльтем Эстель. Вот только отцу своему я пока ни слова не скажу. И даже о том, что в наш мир вновь явилась эльтем, точнее, даже две эльтем, я ничегошеньки не скажу. Путь для него это станет сюрпризом. Представляю, что с ним станется, когда он узнает, что чуть не обрек на гибель внучку хозяйки всех этих земель, замка этого, да и целого мира!

Я улыбнулся и поспешил в свою спальню. Грифон неохотно поднял голову и проследовал за мной. И только Феникс остался греться на углях камина. Нет бы проводить по тонущей во тьме лестнице! И опять мне пришлось зажигать светлячок на руке.

Проснулся я от покашливания над собой. Раскрыл глаза и чуть не запустил пульсаром в ту, что стояла у моего ложа. Красное лицо, ненавидящий взгляд, колотушка для масла в руках. Кажется, вместо сливок сейчас меня самого взобьют этой штукой!*

— Ну вы и… — существо издало не то вздох, не то рычание, — ваше сиятельство! Чтоб вас драхт сожрал! Вместе совсем семейством!

— Драхт — это ты?!

— Ыыыы! — прорычало нечто глухим басом, — Я ваша горничная, Селеста!

— Ее было значительно меньше.

— Вам, как магу, следовало бы знать, что на меня еще в младенчестве наслали проклятие. Я раздаюсь даже от ложечки мёда. Зачем только вы оставили столько сластей летать по дому?!

Девушка всхлипнула и мигом вылетела из комнаты. Зато экономка вошла. Весьма суровая дама из тех слуг, которые помнили мою Анну и точно догадались о том, что с ней случилось. Вот и теперь я поймал на себе пустой, но все же ненавидящий взгляд этой женщины. Сколько лет она служит моему дому? Пятнадцать! Именно столько прошло с того дня, как я покинул замок, поселился отдельно в городе. Неужели придется избавляться от экономки? Когда Анна вернется, экономка может ей все разболтать.

— Сиятельный, ваше зеркало лопнуло. Девушки собирают осколки.

— Это я его разбил во время одного ритуала, — улыбка сама по себе наплыла на мои губы. Этой ночью я видел Анну! Живой видел! Говорил с нею.

— Вам не следовало поднимать в воздух сласти над осколками. Служанки могли израниться, не заметив их, — женщина перешла на громкий шепот, такой, что я точно услышал, — Впрочем, вас это бы только порадовало.

— Что ты сказала?

— Вам почудилось, сиятельный.

И почему я ее никак не уволю? Должно быть, из-за этой ненависти ко мне, как к убийце Анны. Тем-то она и ценна. Эта экономка полюбила Анну особенно сильно, прониклась к ней заботой. Я помню, как она скорбела, когда узнала, что девушки больше нет. Едва ходила по дому, будто бы до этого перетащила на своей спине не один сундук золота.

— Ступай, займись делом. Да вели привести дом в полный порядок. Я скоро жду гостью.

— Вы решили загубить кого-то еще? Сделать своим цветком папоротника, я имею в виду.

— Ступай. Ты слышала, что я велел.

Я оделся и быстро спустился в конюшни, дал распоряжение своим конюхам. А уже в обед меня дожидались колдунья со своей дочерью. Их доставили тайно, да заперли в кладовой для сыров. Очевидно, та, что постарше, и есть моя спасительница. Спущусь, поговорю, вызнаю все, что нужно. И наконец-то смогу увидеть любимую! В какой же мир ее занесло, в какой дом, если там столько зеркал? Наверное, к богачу в особняк, или в замок. Кажется, Анна сказала что-то о том, что замужем? Пошутила, наверное. Замужняя женщина никогда не станет работать, иначе зачем вступать в брак? Да и как бы работать женщине, у которой хозяйство, дети, корова? Еще и обшить всю семью надо. Нет, моя любимая точно не была замужем. _____ * Колотушек для масла существует несколько видов. От простой бутыли или бочонка, который клался под ноги хозяйки. Та занималась своим делом — шила, беседовала, одновременно перекатывая ногой по полу емкость со сливками. К концу вечера в бутыли появлялось масло. И даже сейчас в деревнях используют этот метод. Только вместо специальной бочки сливки заливают в стеклянную банку и катают ее под бормотание телевизора. Другой тип колотушек делают из макушки от небольшой елочки. Новогодняя как раз подойдёт) Вершинка срезается вместе с одним ярусом веток, снимается кора, ветки подрезаются под размер бочонка и вот он — кухонный венчик. Часа два работы и масло точно получится.

Данный текст был приобретен на портале (№ 85106208 12.06.2026). — новая эра литературы

Глава 4

Анна

Свекровь меня поймала прямо у входной двери. Стоит на табуретке, возвышается над квартирой, словно над полем сражения. Разве что в пальцах вместо шпаги зажат костяной гребень с резным узором. Волосы Клавдии Семеновны уложены наподобие треуголки. Такая одомашненная копия Наполеона, да и рост в целом похож, и характер. Повезло участковому уйти живым, очень даже повезло. Думаю, он даже не догадался насколько. За своих наш "домашний Наполеон" кого хочешь разорвет в клочья.

А я теперь, кажется, стала почти своей у моей бывшей свекрови. Как жаль, что ей нельзя всего рассказать. Так хочется выложить правду всю как есть, чтобы узнать, нужна ли я дальше ей буду. Сама по себе, не как жена Ромы. Наверное, не нужна, да и бывший запретил его мать волновать, всё-таки сердце у нее неважное. Да и зачем мне знать правду? Легче-то точно не станет. Вряд ли я хоть кому-то нужна. Хорошо хоть ленты в руке у свекрови красные, очевидно в знак победы над участковым, ну или надо мной? Я постеснялась спросить, предпочла обогнуть Клавдию Семеновну по дуге, уже почти протиснулась вдоль стенки ко входной двери.

— Стоять!

Не вышло незаметно исчезнуть. Жаль! Я так старалась, да тут ничего не поделать. Как сказала Ира с работы: «Свекровь — это от бога». Это или подарок, или кара, тут уж как повезёт, но в любом случае принимать приходится со смирением. Лучше капельно. А еще лучше по праздникам через звонок по видеосвязи!

— Что такое, Клавдия Семёновна?

Тут главное — голос сделать спокойным, но без сахарных ноток. Тогда есть шанс все уладить миром и быстро унести ноги, чтобы не опоздать на работу. Ну не на таран же мне идти? Хотя, если бочком?

— Деточка, ну как же ты так пойдёшь, вся седая? Давай, я тебе хоть косы-то заплету? Поди меньше будет видно. Что же ты так? Бедная ты у меня бедная, доченька моя, хоть и не родная.

От медового голоса я потеряла бдительность и даже позволила себе повернуться к свекрови спиной. Впрочем, а что я теряю? Ничего. Да и седина эта больше похожа на блонд, просто такой, ну очень глубокий.

Свекровь провела ладонями по моим волосам. Руки у нее широкие, натруженные, и пахнет от них теплом и заботой, домашними пирогами, чуточку специями. Этот запах мягким котенком вкрадывается в душу, наводит покой. Прикосновения почти невесомые и в то же время торжественные, словно я королева или ребенок, которого боятся побеспокоить лишний раз. Один плетешок косы, второй, и вновь она проводит пальцами по моим волосам. Как же хорошо. Пожалуй, за такое удовольствие можно забыть о мелких ссорах. По крайней мере, до следующего раза. Вот только я отчего-то знаю наверняка, что косу мне лучше не заплетать, будто бы с ней что-то может случиться. Глупый страх? Может, это из детства?

— А ты точно не красилась?

— Точно, а что?

— Странная седина. Такой не бывает. Зайди-ка ты на обратном пути в парикмахерскую, уточни, что с волосами. Может, Женек что в шампунь твой долил? Вы не ладите, но это мой внук сотворил, конечно же, не со зла. Просто внимание решил к себе привлечь, возраст такой. Ты должна понимать. Будь мудрее, чем он, Женя еще совсем ребёнок.

— Мы не ладим? Совсем ребёнок?! — я искренне изумилась.

Парень ко мне первой после школы бежит хвастаться оценками, если есть чем хвастаться, да и вообще. Мне кажется, я стала очень хорошей мачехой. Нет, ну я честно стараюсь. Да и привязалась уже за все эти годы, если честно. Только на ребенка Женька уже совсем не похож — у него щетина на щеках начала пробиваться. Самый возраст, на мой взгляд, чтобы отправить мальчика куда подальше в крестовый поход. Пусть бы там бился с врагами, а не дома и не с нами. Я честно обещаю скучать!

— Ну, да. Ты слишком строга с ним. Именно поэтому он и сбежал из дому. Нужно быть мягче.

— Я строга!??

Я чуть не поперхнулась. Куда уж мягче с этим баловнем? Он же вообще ничего не хочет делать, ни из уроков, ни тем более дома.

— Хорошо, что ты соглашаешься, может, и поладите. Вот Ромочка приедет, обрадуется. Сходите вместе куда-нибудь. Только ты и он. Интересно, что Ромочка тебе привезет из командировки? Наверняка хороший подарок. Сын у меня такой.

Сама того не зная, свекровь ударила по самому больному. Роме я не нужна больше, да и никому не нужна. Разве что вот — свекрови да пасынку, больше и нет никого во всем мире. Ни родных, ни друзей. И совсем никто меня не искал после аварии, будто бы я и не нужна им была. С кем-то же я общалась, кто-то же должен был беспокоиться, хотя бы с работы? Так нет. Ощущение такое, будто я возникла из ниоткуда и сразу очутилась под колесами джипа.