Мартиша Риш – Наследство из другого мира (страница 45)
— Благодарю вас, Эрика.
Растерянное выражение сменилось другим. Но каким? Я так и не поняла.
Я поспешила уйти, чтоб не мешать, не смущать и не смущаться самой. Кажется, Мартин вздохнул с облегчением.
Наконец-то у меня появилась время и возможность залезть в буфет, отыскать мамины вещи. Только бы они сохранились! Ну хоть что-то, хотя бы те серьги. Мне кажется, я помню, как она их носила.
— Какие продукты предназначены для меня и Алана? — Мартин пошел следом за мной в гостиную, заметил, что я подошла к буфету.
— Можете брать, что захотите.
— Благодарю за щедрость, хозяйка, — парень перевел взгляд на буфет, — Мы сегодня прибирал посуду, — в лёгкой нерешительности произнес он.
— Что-то нашли?
— Дамские украшения, довольно много. Алан все их отполировал. Я не знал, куда следует их отнести и сложил в супницу.
Я бросилась к шкафу, распахнула створы. Вынула с полки тяжёлый фарфоровый предмет, заглянула в него. Серьги, заколки, браслет, тонкие часики. Ее вещи. Я помню их! Помню, как мама ругалась, когда я рассматривала именно эти часы! Сколько же лет мне тогда было?
Сознаться или нет? Хозяйка милосердна, про разбитое яйцо ничего не сказала. Зильбер бы меня за такую оплошность просто убил. Да и не только он. Я чуть не сбежал из гостиной комнаты, испугался. Вдруг ведьма хватится того документа, который мы с Аланом порвали? Лучше не говорить ей о нем сейчас, не сознаваться в том, что мы что-то забрали из шкафа! Или хоть после ужина. Так хочется нормально поесть. Или никогда. Так ещё лучше.
Я спустился во двор, распалил мангал, принялся раскладывать на решетке мясо. Алан вышел из дома, пошатываясь, весь ещё бледный, бровь наливается кровоподтёком. И во всех своих бедах фернирец сам же виноват. Тот первый раз, когда хозяйку обвинить просто не в чем.
— Чем я могу быть полезен? — парень с большим сомнением посмотрел на мангал, качнулся, ухватился за перила крыльца.
— Отдохни, — я поднял с земли кочергу, чтоб разворошить угли, — Хозяйка дозволила тебе не работать сегодня.
— Я, пожалуй, вернусь в дом. Все еще дурно. Или сесть здесь, на крыльце?
Глава 31
Камни блестят в старинных оправах, тонкие завитушки узоров приятно холодят пальцы. Некоторые вещички я помню, другие вижу впервые. Насколько коварная штука детская память. Калейдоскоп ощущений, не картинок. Часы я помню, мама их теряла несколько раз, а потом ругала меня. Один раз мы их нашли на руке куклы. Тогда мама весело расхохоталась и поцеловала меня. Пообещала сшить Алисе новое платье. Алисе же? Я почти не помню имён своих кукол. Зато хорошо помню, как стрекотала швейная машинка, старая, с колесом. Туда нельзя было совать руки. А ещё в наш с мамой дом приходили разные люди, я помню только мужчин. Может, моя мама была швеей? А над окном нависал каштан. Он барабанил своими растопыренными листьями-пальцами в окна, мама шутила, что дух этого дерева хочет заглянуть ко мне на чай. И я все готовилась, ждала, когда же это случится.
Так дом или квартира? Это было в Шохире или на Земле? Откуда я родом? И что значат все эти украшения, разложенные передо мной на бархатной скатерти? Даже я понимаю, эти оправы камней служили века, их носили самые разные женщины, не только моя мамочка. Но как тогда они попали к ней? Откуда? И что значит вот этот браслет с вензельком? Крупные зелёные камни отражаются в блестящей застёжке. Именно на ней выгравирован вензель, а над ним как будто корона или венец. Неужели у моей мамы был титул? Нет, вряд ли. Хотя? Может быть, это подарок ее ухажёра или жениха, а может, и моего папы. Да с чего я вообще взяла, что все эти вещи принадлежали ей? Может статься, браслет в дом принес Торий? Тот самый жених, которого мне сватал Сильвер. Только бы наша помолвка ничего не значила! Я совершенно не хочу выходить замуж! И тем более за дракона. Если Торий дракон.
Я прокрутила браслет в пальцах, наложила его на запястье, камни засверкали ещё сильней. Нет, не помню я у мамы таких камней. Вдруг камни переползли по моей руке, и замок сам собой защелкнулся. Всю комнату заполнило сияние, по стенам гостиной расползлись зелёные блики, идущие от камней. Я словно вдруг очутилась в гостях Медной горы хозяйки. Не знаю, откуда такое сравнение. Может, от того, что на камнях проявились зелёные жилки, особый узор, чем-то напоминающий чешую? Я тронула замочек браслета, он окутал пальцы и руку теплом, свечением. Раз, и расстегнулся, упал на скатерть обратно. Сияние исчезло, в стенах комнаты вновь отразился лесной закат.
Пожалуй, мне теперь страшно вновь брать эту вещь в свои руки, вертеть в пальцах, черт знает, что она означает.
Нетвердой походкой в гостиную вышел Алан. Черная майка плотно облепила мужское тело, штаны едва держаться на бедрах — слишком они ему широки, даже пояс-тесемка совсем не спасает. Парня немного шатает, он бледен, но глаза… Теперь лев машет хвостом, кажется, он совсем недоволен тем, что я натворила, вот-вот прыгнет, набросится на меня. Да только не в его это власти.
— Как ты себя чувствуешь? — подобает ли мне так обращаться к генералу? Этот парень не раб и никогда не был им, просто очередная жертва, игрушка, по глупости попавшая в руки моего дяди. И относиться к нему нужно иначе, чем к рабу.
— Благодарю, мне уже значительно лучше. Я бы хотел выйти во двор. Мартин сказал, вы разрешили, — трепет ресниц, напряжение в голосе. Гордый фернирец едва может справиться с собой, чтобы изобразить покорность.
— Да, конечно. Только старайтесь никому не попадаться на глаза. Мне будет сложно объяснится с соседями. Решат ещё, что вы нелегальные мигранты, рабочие.
Кажется, я его оскорбила и притом совершенно не специально. Алан поджал губы, чуть поразмыслил и жёстко ответил, словно выплюнул:
— Главное, чтобы соседи не подумали, что вы принимаете на дому разных мужчин!
Я даже не сразу уловила суть этой фразы. Что такого, чтоб пригласить домой кого-то? Ну, скажем, друзей. У нас и в моем детстве дома всегда были гости, я помню их громкие, веселые голоса. Это было тогда, когда мама ещё была со мной. Стоп! Если это происходило на Земле, то все было прилично. А в Шохире? Выходит, молодой женщине неприлично принимать у себя в доме мужчин?
Все время пока размышляла, я так и смотрела в лицо Алана. Наконец парень отвел взгляд в сторону.
— Простите, госпожа, я забылся. И я постараюсь не попасться никому на глаза, чтобы о вас не подумали лишнего.
— Хорошо. Ты не мог бы посмотреть этот браслет. Что значит клеймо на нем.
Алан протянул руку к замысловатому украшению, поднял его со скатерти, покрутил его в пальцах.
— Что вы имеете в виду? Я не вижу никакого клейма.
— Вот же, — я забрала браслет из его руки, ощутив приятную мягкость его ладони. Кожа парня и вправду словно присыпана тонким слоем золотого песка, который так и сияет на смуглой коже.
Браслет в ту же секунду обвился вокруг моей руки, сверкнули камни, распустили зелёные блики по стенам.
Алан смотрит на меня неотрывно, недовольный, хмурый и даже злой.
— Вы решили продемонстрировать мне свое особенное положение? Зачем? Я и так весь целиком нахожусь в вашей власти.
— Что ты имеешь в виду?
— Куда вы отправите меня, Мартина? Допустим, Мартина можно продать. Но становится очевидным, что фернирец вам в доме не нужен. И продать меня тоже не выйдет. Зильбер обратил меня в рабство незаконно, он не оформил ни единой бумаги. Остаётся только убить. Или запереть в подземелье.
— Почему я должна избавиться от вас?
— Драконы очень ревнивы. Вы не знали? Вряд ли ваш жених стерпит двух рабов в своем доме. Думаю, он загрызет вас, а следом меня и Мартина. Если вы не избавитесь от него раньше. И когда же назначена свадьба? Я хочу знать, сколько мне осталось.
— Свадьбы не будет!
Я сорвала с руки чертов браслет. Откуда вообще взялась эта дрянь в моем доме? От Зильбера, откуда же ещё. Как же не вовремя он помер! Могла бы, заставила бы его разорвать помолвку!
— Думаете, я поверю в это? Эрика, вы только что позволили помолвочному браслету застегнуться на вашей руке. Вы однозначно приняли предложение дракона. Я ещё не видел женщины, способной отказать двуипостасному змею. Драконам принадлежит весь наш мир по обе стороны от реки. Шохир, Фернир, все остальные страны и города. Мы платим дань в обмен на защиту. Так устроена жизнь. И вы одна, хрупкая женщина, ведьма без титула решили щёлкнуть змея по носу? Отказать дракону? Он выбрал вас. Вы согласились. Все решено. И моя судьба тоже. Так когда? Когда состоится ваш брак?
— Я скорее прикончу Тория, чем выйду за него замуж. Ну, Сильвер! Теперь даже не получится тебе отомстить. Тьфу! Как же я его ненавижу.
— Вы помолвлены с самим Торием? Зильбер устроил это? — Алан внезапно охрип.
— Это временно. И я никого ни продавать, ни убивать точно не собираюсь. Гадство. Вот только этого мне и не хватало.
В дверь тихонечко постучали. Я бросилась открывать. Кто это может быть? Соседи? Благодарные пациенты дядюшки? Сейчас меня опять проклянут! Бросила бедного старика, оставила одного! Как же! Кто ещё тут бедный?!
Я злобно дернула за ручку. В дом медленно вошёл Адольф. Клюв озабоченно опущен к полу. Кажется, птиц что-то замыслил.
— Не выгорело, не получилось. Рановато зашёл на посадку. Нужно было подождать. Но кто ж знал! Кто знал, что там такие тормоза! А если б он меня сбил? Тьфу! Часики, мои часики, тикаете вы. Стрелочками машете.