Марта Веснова – Развод. Больно, но я справлюсь (страница 4)

У нас случился большой скандал, а на следующий день Толик сказал, что его отправляют по работе в Анапу. Это было правдой – мы работали в одной фирме и о таких делах я знала.

– Вика, – муж обнял моё лицо ладонями, заставляя смотреть на него и не позволяя отойти. – Мы отлично жили всё это время. То, что ты обо всём узнала, лишь случайность. Давай будем умными взрослыми людьми и сделаем вид, что ничего не произошло. Я по-прежнему твой муж, а ты – всё ещё моя жена. И так останется навсегда.

Я мрачно промолчала.

А Толик улыбнулся и стал наклоняться ко мне с поцелуем.

Глава 4

Я дёрнулась, но муж удержал.

Он был выше, больше, сильнее. Ему не составляло труда крепко держать меня в руках.

Мне даже кричать бесполезно – в здании мы одни.

А даже если кто-то услышит, то что они сделают? Неведов – директор. К тому же, мой муж. Никто не станет встревать, боясь потом остаться крайним.

От этого понимания стало очень горько.

Я была абсолютно беспомощна перед тем, кто клялся любить и защищать.

У меня практически не было никаких вариантов.

И когда губы Толи накрыли мои, я не стала сопротивляться. Я стояла, напряжённая, пока муж пытался протиснуться дальше.

Он умело ласкал мои губы, заставляя меня отрешённо думать: сколько женщин он ими целовал?

Через десяток секунд я сделала вид, что сдалась, и медленно разомкнула зубы и губы.

Толя, ликуя победе, тут же засунул язык мне в рот.

Сколько бы он ни изменял, но привычки и техники у него остались теми же.

Я резко сомкнула зубы.

Ужасно мерзкий резкий вкус ржавчины воспалил мои рецепторы.

Толик резко дёрнулся и громко возмущённо замычал. Его руки больно стиснулись на моём теле, пытаясь меня оторвать.

Я прикусила его язык ещё сильнее и только потом разомкнула зубы.

– Идиотка! – заорал Неведов, отлетев от меня и прикрывая рот рукой.

Мне очень хотелось начать отплёвываться от попавшей в рот крови мужа, но это бы испортило образ кровожадной стервы без тормозов, который я умело поддерживала весь наш разговор.

Я медленно вытерла нижнюю губу подушечкой большого пальца, не отрывая взгляда от перекошенного лица мужа.

– Такие ласки тебе не по нраву? – притворно расстроенно протянула я, скорчив рожицу.

Толик не ответил, вытирая лицо от крови и яростно сверкая на меня глазами.

Я перестала изображать дурочку и мрачно посмотрела на мужа.

– Хочу, чтобы ты понимал. После развода ты лишишься не только крови.

Он сплюнул на пол. Большой, злой, жуткий.

Но мне не было страшно.

О каком страхе речь, когда тебе буквально нечего терять.

Что он мне сделает? Какие его действия могут сделать ещё хуже? Он уже изменял мне, он уже предал меня, он уже опустился ниже некуда.

Что он может?

Оставить меня без всего? Да я на его обеспечении и не живу, сама зарабатываю.

Уволить меня из своей фирмы? Да, это он мог. Более того, я даже не сомневалась, что именно так он и поступит.

Вряд ли я успею уйти раньше по собственному желанию. Да он и не позволит. Вышвырнет, как грязную шавку.

Нужно решить, куда идти. Где искать новую работу.

Удивительно, но я сразу поняла ответ на этот вопрос – у Егора Анекина. У того, кто был директором до Толика.

И, откровенно говоря, Егор справлялся со своими обязанностями куда лучше! Он был адекватным и понимающим, и большая власть его не испортила.

Возможно, у него найдётся для меня местечко. Пусть не сразу директором по персоналу. Пусть не лично у него.

В любом случае, за спрос в лоб не дают. Лучше попытаться, чем вообще ничего не делать.

Хорошо, с работой примерное направление ясно.

Утром я подам на развод, как и сказала. Я не шутила и была уверена, что не остыну. В смысле, что даже на холодную голову я решения не поменяю.

Нужно куда-то переехать. Как-то забрать свои вещи из нашей квартиры. Она принадлежала матери Толика и после свадьбы они не захотели заморачиваться с документами, поэтому мы оставили всё как есть.

Дура. Я, естественно.

Не знаю, как Толик, а его мама наверняка изначально продумала этот момент. Чтобы её сынок в случае чего не остался на улице.

Обидно и крайне неприятно, но я от свекрови иного и не ждала. Эта женщина уже давно пробила дно моральных принципов.

Мысли в моей голове закрутились с бешеной скоростью. На все эти размышления ушло не больше нескольких секунд.

А Толя тем временем недобро усмехнулся и ответил мне:

– И не мечтай меня обобрать. У тебя ничего, помимо красивых глазок, нет. А у меня деньги, положение и всеобщая любовь.

Я улыбнулась. Нежно-нежно.

И протянула так ласково и с любовью:

– Зайка, у тебя деньги, положение и всеобщая любовь лишь потому, что я была рядом с тобой. Без меня ты бы так и сидел младшим аналитиком в общем зале. И питался бы лапшой быстрого приготовления.

Я выразительно вскинула брови, а он со скрежетом сцепил зубы и попытался убить меня взглядом.

Неприятно, да? Но на правду не обижаются. Мои высокие запросы и шило в одном месте вынуждали Толика постоянно шевелиться и развиваться, что в итоге и привело его туда, где он сейчас был.

Или это уже не считается? Таких мелочей мы не помним. Конечно, для мужского эго очень сложно признать, что своей жизнью он обязан какой-то женщине.

Он же теперь директор. Центр вселенной, считай. Ему никто не нужен и он делает, что хочет.

Во всяком случае, он успешно себя в этом убедил.

– Ты слишком высокого о себе мнения, – протянул он медленно и холодно.

Какие неожиданные слова.

Я улыбнулась, в этот раз даже искренне. Приятно понимать, что после всего я всё ещё знала его, как облупленного.

Можно будет использовать.

Неприятным было другое – что мы с родным мужем в одночасье обернулись смертельными врагами. Говорили гадости, язвили, пытались ужалить побольнее.

Я всегда думала, что мы с Толиком навсегда вместе. А если всё же почему-то разойдёмся, то останемся друзьями. Будем и дальше поддерживать друг друга, при необходимости помогать, не останемся чужими людьми.

Но по всему выходило, что мы уже давно перестали быть родными. В тот момент, когда он принял решение ходить налево. Причём на постоянной основе. И говорить мне ни о чём он не собирался.