Марта Веснова – Развод. Больно, но я справлюсь (страница 3)

Это было месяцев девять назад.

Я сложила руки на груди, не веря своим ушам.

– Хочешь сказать, что твои измены – это моя вина?

Толик лениво пожал плечами, выдыхая новый дым.

– А чья же ещё? – спросил он мрачно. – Уж точно не моя.

Глава 3

Я в шоке покачала головой.

– У тебя потрясающая логика, – едкие слова слетели с губ. – И почему же я не могу устроить то же самое?

Пальцы Толи сильнее сжали сигарету.

– Потому что у тебя есть нормальный муж, – твёрдо и мрачно сказал он, пронзая взглядом мои глаза.

Я резко вскинула брови.

– То есть у тебя жена ненормальная?

Он шумно выдохнул и страдальчески закатил глаза.

– Что за тупая привычка переворачивать каждое моё слово? Я не так сказал.

– Нет, ты так сказал! – упорствовала я, повысив голос. – Ты только что сказал, что изменяешь, потому что у тебя нет нормальной жены!

Анатолий мрачно выругался сквозь зубы, затушил в пустой чёрной пепельнице сигарету, которую едва ли скурил наполовину, и выпрямился.

Он мгновенно стал выше и больше меня. И он точно осознавал свои физические преимущества.

– Успокойся, – жёстко приказал Неведов. – Всё, что здесь произошло, не больше, чем недоразумение. Поезжай домой и ложись спать. Завтра я извинюсь, и мы всё забудем. Что ты хочешь? На море? На горнолыжную базу? Новую машину?

Я потрясённо качала головой, не веря ушам.

Вот так легко и просто? Он собирается дорогим подарком заткнуть мне рот и закрыть глаза?

– Ты правда думаешь, что меня можно купить? – тихо и тоскливо спросила я.

И ощущение такое, будто я впервые в жизни увидела человека, за которым была замужем больше пяти лет.

Толя подавил тяжёлый вздох, бросил усталый взгляд куда-то в сторону и снова посмотрел на меня.

– Ты же не дура, Вика. Ты знаешь, что иногда нужно затолкать гордость в задницу, чтобы не потерять всё, что имеешь.

– Это угроза? – я зло сощурилась, стискивая кулаки в бессильной ярости.

Он с деланным безразличием пожал плечами и вновь вытащил пачку сигарет.

Резким ударом руки я выбила коробку из его пальцев. Та со шлепком упала на пол в стороне.

А Толя стиснул зубы до проступивших желваком и обжёг меня разгневанным взглядом. Я ответила ему тем же.

– Ты не имеешь никакого права мне угрожать, – почти прошипела я, уже из последних сил сдерживая разрывающую меня на части ярость. – Ты вообще никаких прав на меня не имеешь.

– Прекрати этот спектакль, – он неприязненно скривился. – Набиваешь себе цену? Тебе не идёт.

Моя рука повторно дёрнулась и в этот раз со звоном опустилась на лицо Толика.

Ладонь обожгло сильной болью, а голова мужа дёрнулась в сторону.

Он замер, окаменев всем телом.

– Ты последняя падшая сволочь, – сквозь зубы прошипела я. – Мерзкий ублюдок, вот ты кто. Присовываешь другим бабам и обвиняешь меня в своих похождениях налево. Не знаю, что ты там себе напридумывал, но я это терпеть не стану. Я завтра же подаю на развод.

Толя всё же посмотрел на меня, резко повернув голову.

– Дурой не будь, – тихо и жутко приказал он.

На его лице алел отпечаток моей ладони. Саму руку пекло от боли. Но сейчас я была даже рада ей. Здорово почувствовать физическую боль, когда тебя от душевной выворачивает наизнанку.

– Не буду, – пообещала я пока ещё мужу, – поэтому и подам на развод.

Я попыталась развернуться и уйти, но Неведов дёрнулся вперёд и сомкнул пальцы на моём запястье. Он дёрнул меня на себя, сильно и резко. Я пошатнулась и упала в мгновенно стиснувшие руки мужчины.

– Отпусти! – зашипела я.

– Ты никуда не уйдёшь, – он сжал меня ещё сильнее, пытаясь пресечь сопротивление. – Подумай, что скажут люди!

– Плевать мне на людей! – я продолжала дёргаться в его стальных объятиях, пытаясь отвоевать себе свободу.

– Мне не плевать! – рыкнул Анатолий мне на ухо. – Я не дам тебе опозорить меня!

– Ты сам себя опозорил, когда пошёл мне изменять!

– Я – мужчина! Это не позор, а почёт!

Я так и застыла от изумления.

– Что? – выдохнула в шоке.

Исходящий от Толика горьковатый аромат сигарет и сладковатый моих любимых духов забивался в нос и душил. Я хотела отойти, ещё лучше – выбраться на свежий воздух.

Но он сжимал меня так крепко, что я с трудом могла дышать.

– Что ты только что сказал? – потребовала я, когда он промолчал. – Какой ещё почёт в грязной измене?!

Мышцы его тела напряглись, причиняя мне физическую боль. Но он тут же опомнился и чуть ослабил хватку. Однако меня не отпустил.

– Я мужчина, – холодно и ровно заявил Анатолий. – Для нас изменять в порядке вещей. Все знают, что от этого семейная жизнь становится только лучше и ярче.

Я содрогнулась всем телом и задрожала в объятиях родного мужа, которые сейчас были до тошноты омерзительны.

– Как давно ты мне изменяешь? – вопрос вышел тихим и надтреснутым.

– Не забивай себе этим голову, – раздражённо велел Толик.

– Как давно?! – почти закричала я.

Он глубоко вздохнул, шумно выдохнул и нехотя сказал:

– Уже давно. Несколько лет точно.

Кто-то невидимый со всей силы ударил меня в солнечное сплетение.

Я содрогнулась и начала задыхаться, тщетно хватая воздух открытым ртом.

Несколько лет. Несколько лет.

Голова заболела, мозг разогнался до сумасшедшей скорости, прокручивая события назад. Когда это началось? Когда случился первый раз? Когда он...

– Командировка в Анапу? – неживым голосом догадалась я.

Мы тогда поругались. Как обычно – из-за матери Толи. У неё потрясающая любовь пихать свой длинный нос в чужие личные дела. Я раньше времени вернулась с работы и увидела, что эта женщина заявилась в нашу квартиру и рылась в наших вещах.

В тот день я выставила её за дверь и высказала мужу всё, что об этом думаю. Свекровь тоже ему нажаловалась, выставив себя бедной и несчастной, а меня – последней тварью.