Марси Коннолли – Сад похищенных душ (страница 27)

Мистер Родан выпрямляет спину, отчего его фигура кажется ещё более внушительной:

– Она забрала моего сына. Я пришёл, чтобы вернуть его. Она украла детей всех людей, которые стоят рядом со мной, – он обводит рукой весь отряд, – и мы не собираемся с этим мириться.

Настроение толпы вдруг странным образом меняется. Все как один люди подходят ближе словно по заранее отрепетированному сценарию.

– Мы любим и чтим нашу леди! Любому, кто не разделяет наших чувств, не место в Циннии!

– Мы любим леди! Мы любим леди!

Скандирование, от которого пробирает холод, волной проносится по толпе.

Я ни на секунду не сомневаюсь, что все эти люди находятся под действием каких-то чар. Похоже, Ноя, на лице которого читается страх, посетила та же мысль. Он касается моей руки:

– Если они зачарованы, я вряд ли смогу расколдовать столько людей за один раз. – Его руки дрожат.

– Не бойся, – говорю я. – Нам пора уходить.

Он явно рад это слышать.

Толпа катится вперёд, и я увожу остальных детей. Главное сейчас – добраться до Сада и с помощью Ноя освободить тех, кто там томится; взрослым придётся самим о себе позаботиться.

Как только теневое облако ускользает из поля зрения стражников, мы все бежим к потайной двери и вскоре, тяжело дыша, уже стоим перед ней. Я нажимаю три точки, как показывала Дара, и дверь распахивается.

И тогда мы выходим на тропу, отмеченную цветочными знаками, которая ведёт в Сад, где леди держит свои самые драгоценные цветы.

Глава двадцать шестая

Ивот перед нами внушительный особняк леди Эшлинг. Он окружён стальным забором с причудливым узором. С внутренней стороны забор опоясан густой живой изгородью, и увидеть, что находится за оградой, невозможно. Внутрь можно заглянуть только через главные ворота – это, насколько мы понимаем, единственный вход, – за ними видна длинная мощённая камнем дорожка, также обрамлённая живой изгородью. В конце дорожки можно разглядеть крытую галерею с большими белыми колоннами, просвечивающими сквозь листву. Тени здесь насыщенные и необычные, и они шепчутся вокруг нас на ветру, маня меня за собой.

Лукас, Дара, Дойл и много других жертв томятся где-то за этой изгородью.

Но, похоже, найти Сад будет не так просто, как я надеялась. Никто из нас его не видел, поэтому Перла не может туда переместиться.

– Ты можешь перенести нас за эти ворота? – спрашиваю я её. Судя по всему, все стражники отсюда были вызваны к главным воротам, чтобы уладить поднявшийся переполох. Перла тут же кивает, и мы все берёмся за руки. Когда странное щекочущее ощущение охватывает меня, я закрываю глаза, а открыв их, уже оказываюсь с другой стороны ворот и вижу перед собой дорогу, на которой мы стояли секунду назад.

Тенями громоздких изгородей я укрываю нас, и мы крадёмся по краю дорожки в надежде отыскать путь внутрь. Сад, скорее всего, находится за изгородью, но даже вблизи нельзя понять, насколько у неё толстая листва. Рядом со мной Ной изо всех старается сдерживать рвущуюся наружу разрушительную силу. Хотела бы я, чтобы ему это давалось с меньшим трудом, хотя у него получается уже намного лучше, чем день или два назад.

Наш план прост. Найти Сад, с помощью Ноя отменить заклятия, превратившие одарённых детей в растения, и с помощью Перлы быстро сбежать, всё это время находясь под прикрытием моих теней. Надеюсь, что, когда мы освободим одарённых, найти Миранду, Альфреда и всех остальных, кто попал в когти леди Эшлинг, будет проще.

И это бремя лежит целиком на наших плечах.

Груз ответственности пригибает меня к земле. Я попалась на глаза прислужникам леди Эшлинг и позволила Даре погрузить в кому её посланника. Я убежала из дома – и тут же встретила Лукаса, поставив под удар всю его семью. Я лишилась всего, что любила – моего первого дома, моего нового дома, моей приёмной семьи, даже моей собственной тени, – из-за того, что вела себя глупо.

Но в центре всего этого стоит человек, на котором вины больше, чем на мне: леди Эшлинг. Каждый день она забирает и поглощает всё хорошее, что встречается на её пути. И хотя я обладаю всего одним даром, я буду применять его какими угодно способами, лишь бы одолеть её.

Мы проходим уже половину мощёной дорожки, когда впервые слышим этот звук: скрип сапог на камнях. Мы все замираем, не дыша и вжавшись в обочину, и я сгущаю тени вокруг нас. Мимо проходят два гвардейца в зелёных плащах. Они идут молча и с каменными лицами.

Как только стражники удаляются на достаточное расстояние, мы идём дальше – медленно, проверяя каждый дюйм изгороди по обеим сторонам дорожки – на случай, если там окажется потайная дверь. Я слежу за движением солнца по небосклону, при этом упрямая луна по-прежнему неподвижна. Она так близко, что кажется, стоит только протянуть руку, чтобы коснуться её. Полдень давно миновал, близится вечер, и холод ползёт у меня по спине. Если мы сейчас потерпим неудачу – какие ещё беспорядки начнутся на небе? Я прошу солнце двигаться быстрее: чем скорее тени спустятся на землю, тем легче мне будет укрывать нас.

Наконец мы доходим до конца длинной дорожки и стоим в тени перед огромным белым крыльцом – колонны на нём толщиной со ствол древнего дерева. Многие из них украшены резьбой, чтобы сделать их ещё более похожими на деревья, переплетения каменных ветвей и листьев образуют крышу. Мы осторожно проходим мимо колонн и направляемся ко входу в особняк.

Живая изгородь тянется вплоть до красной кирпичной стены дома. Нам остаётся только зайти во входную дверь, и это само по себе не предвещает ничего хорошего. Под защитой лишь своих теней я проникала во многие места, где мне не положено было находиться, но я никогда не делала это так нагло. Мои тени держатся крепко, хотя руки у меня дрожат.

Нельзя допустить, чтобы нас поймали. Ни одного из нас не должны схватить.

Мы всем отрядом замираем в нерешительности перед широкой витражной оконной нишей рядом с внушительными двойными дубовыми дверями. Перла заглядывает в окно.

– Горизонт чист, – сообщает она.

Перла переносит нас в громадный зал с сияющими стенами красного дерева, причудливыми ткаными гобеленами и картинами цветов и садов, полных жизни. Мне вдруг становится не по себе. Всё это напоминает дом, в котором я выросла. Когда-нибудь мне придётся вернуться туда, чтобы всё исправить и найти лекарство для человека, которого Дара погрузила в кому. Но это станет возможным, только если мы преуспеем сегодня.

– Нам нужно разделиться, – говорит Кэри, – чтобы быстрее исследовать территорию. Это огромный дом.

Хотя идея Кэри мне не по нутру, в её словах есть смысл. Судя по этому залу, особняк действительно гигантский. В дальней стене нет окон, только двери, так что неизвестно, как далеко тянется здание.

– Перла, Ной, ищите Сад, – говорю я. – Если найдёте, освободите всех, кого сможете, и уведите их отсюда.

Я оглядываюсь на Кэри, которая отвечает мне решительным взглядом.

– Мы с Кэри идём искать родителей Лукаса и других похищенных взрослых, а также Лукаса с Дарой.

Ной нервно переминается с ноги на ногу:

– Ты действительно считаешь, что это хорошая идея?

Кэри выпрямляет спину, чуть не оказавшись за пределами сферы теней, которую я тут же расширяю.

– Это единственный способ, если мы хотим найти всех.

Перла пожимает плечами:

– Мы будем в безопасности, Ной. Если нас кто-то заметит, я просто перенесу нас. Я не боюсь.

Уверенность Кэри и Перлы слегка воодушевляет меня:

– Тогда решено. Мы разделяемся и встречаемся здесь примерно через час, если никого не найдём.

Если исходить из того, что родители Лукаса должны быть в этом здании, а Лукаса и Дару ещё не обратили в цветы. Роданы полагали, что леди Эшлинг будет держать их при себе, чтобы под действием чар при необходимости было проще узнать у них все нужные сведения. Меня пробирает дрожь.

Если Роданы правы, леди Эшлинг уже всё известно обо мне и обо всех других одарённых детях, которых скрывала Сеть. Миранда и Альфред отвечали за подготовку новых домов на территории всех трёх провинций. Вот почему у них был тот список и пачка документов, и это объясняет, как леди Эшлинг нашла стольких раньше нас.

Мы с Кэри идём по коридору налево, надеясь, что он ведёт на нижние этажи особняка, а Перла и Ной покидают охранную сферу теней и направляются в правый коридор. Думаю, Перле хватит ума переместиться раньше, чем их заметят, в случае если они наткнутся на леди Эшлинг или кого-нибудь из её слуг.

Мы выбираем самые тёмные закоулки и самые густые тени. Мы так и не увидели ни одного окна, но в задней части дома они должны быть. А вот картины по стенам стали, на мой взгляд, необычнее. В большом зале на полотнах изображены сады и пейзажи, а здесь – люди.

Одарённые люди.

Картины выглядят старыми, возможно, они тех времён, когда люди почитали тех, кто владеет магией. Мы проходим мимо портретов огнедышащих, плавильщиков камней, оборотней, зелёных магов, даже одного певца света, собрата Лукаса. Все картины яркие и красивые, но у этих людей пронизывающий взгляд, как будто они видят будущее, видят, что задумала леди Эшлинг, и скорбят по своим потомкам.

Я на цыпочках прохожу мимо нескольких комнат, на всякий случай заглядывая в каждую, и в итоге мы находим лестницу, совсем неприметную в тенистой нише. Мы с Кэри не теряем времени и ступаем в радушную тьму.