Марк Орлов – Оркестранты смерти. Часть 2. Песни саванны. Записки военного этнографа (страница 4)
Россия откликнулась, продавила в ООН отмену эмбарго на поставку в страну оружия, и забросила 175 военных инструкторов и 250 бойцов из ЧВК Вагнер, которые абсолютно легально взяли под защиту президента и приступили к переговорам с полевыми командирами различных группировок, параллельно обучая правительственные войска искусству убивать.
И пока на Западе выражали озабоченность нарушениям прав человека, Россия сшивала страну не силой оружия, а силой своих переговорщиков, ученых, специалистов по Африке. Все это принесло результат. Боевики начали массово складывать оружие, более пяти тысяч согласились участвовать в президентской программе ДДР – демилитаризации, демобилизации и реинтеграции.
Главное достижение российского командования – что местные стали воспринимать нас, как посредников в примирении, объясняя боевикам понятные условия для выхода из затяжного конфликта. Начали открываться школы, появилась возможность ездить по стране без риска быть ограбленным и убитым на ближайшем блокпосте. За год работы ЧВК правительством было освобождено и взято под контроль более 30 городов, мы возвращали людям мирную жизнь.
Взамен Россия получила в ЦАР военную базу, важный логистический узел для переброски оружия в соседние регионы, плацдарм в центре континента для влияния на франкоязычные страны. Обиженная Франция назвала это «гибридной колонизацией» и всячески пыталась нам противодействовать. Думаю, что как минимум 50% нападений на наши колонны были организованы местными бандитами по указке французских заказчиков.
Воевали мы немного, это вам не Украина. Но я никогда не забуду свое первое африканское боевое крещение.
Вместе с правительственными войсками мы зажали у излучины реки кочевое племя. Станковые пулеметы бронемашин прижимали кочевников к земле – в теории они готовы были умереть в бою, как подобает воинам, но за их спинами были семьи, женщины и дети, а шальная пуля не выбирает себе жертву по возрасту или полу. Кочевники, полежав мордой в песке минут десять, и потеряв процентов двадцать бойцов, в том числе и своего вождя, решили сдаться.
Тогда передо мной предстало три десятка изможденных мужчин, босоногих, в рваных штанах и майках, вооруженных охотничьими ружьями, ржавыми автоматами без затворной рамы, перетянутые проволокой (слава великому Калашникову), луками и даже кремнёвым ружьем эпохи французской колонизации. Всё это позже сгребли в огромную кучу и сожгли, ружье было жалко, прекрасный экземпляр для музея. Кочевники смотрели исподлобья, зло, будто могли убить взглядом.
А за ними расположился кочевой городок: худые женщины с выпирающими ключицами и грудными младенцами, привязанными к спинам; девочки-подростки с расширенными от ужаса глазами, прижимающими к себе вязанки хвороста (дрова – одна из самых твердых валют в саване), скот – тощие коровы, облепленные мухами, козы с выпирающими ребрами, несколько свиней, похожих на гончих собак. Орущая, воняющая, плачущая, копошащаяся масса живого.
Жестокость этого племени вошла в легенды. Попавшаяся на их пути деревня исчезла с лица земли – хижины сжигались, с крестьян живьем снимали кожу, женщин насиловали. На единичные убийства власти обычно не обращали внимания, но здесь была вырезана целая деревня, и правительственные войска были вынуждены вмешаться.
Но если кочевники были для меня дикарями из прошлого, то ИГИЛ (организация запрещенная на территории РФ) – чудовища настоящего. Группировок, прикрывающихся модным брендом, было сотни.
Вилаят «Западная Африка» (ISWAP, организация запрещенная на территории РФ)) – самая опасная структура «Исламского государства», действующая в Африке. На наше счастье, в 2016 году внутри движения произошел раскол: часть боевиков осталась верна антизападному течению «Боко Харам» (что в дословном переводе означает «западное образование – это грех», организация запрещенная на территории РФ)), а ISWAP, более гибкая в выборе жизненных принципов, взяла курс на универсальный джихад, активно сотрудничая с западными спецслужбами, да порой и с нами, передавая информацию про перемещение «Боко Харам».
«Боко Харам» – одна из самых жестоких религиозных террористических группировок: вербовка смертниц, продажа людей, отравление колодцев, изготовление из частей тел убитых детей «лекарственных средств» на продажу в Китай.
Вооружение у игиловцев далеко ушло вперед от кремневых ружей и луков со стрелами, у них было все, включая танки. Главный источник оружия: захваты у армий Нигерии, Чада, Судана (стрелковое оружие, бронетехника, миномёты, переносные зенитные комплексы), а порой и прямые поставки из Франции, Британии и США под конкретную операцию.
Все подразделения ИГИЛ активно используют вербовку детей, женщин. Это было самое страшное и тяжелое для русского солдата. Каждый ребенок, появляющийся рядом с машиной и просящим глоток воды, мог прятать под рубахой гранату, яд или мину. Он честно просил, честно благодарил, возя грязными ладошками по черной шевелюре, а потом, вспоминая, зачем он здесь, честно выдергивал чеку гранаты, подрывая себя и нас, не забывая прошептать «Аллах Акбар». В первые месяцы существования Африканского корпуса – дети были причиной самых больших потерь, поэтому перемещаться по стране было разрешено только для боевой работы, в составе подразделения и минимальными контактами с местным населением.
Отдельно стоит вспомнить различные ЧВК, для которых Африка – дом родной и источник стабильного заработка. DynCorp – американские пенсионеры из Delta Force, уверенно держат место лидеров на рынке военного наемничества, предлагая самый широкий спектр услуг, от авиаперевозок и логистики до электронной разведки; Bancroft – бывшие американские рейнджеры и морпехи, тренирующие местных военных, параллельно с нами, Omega – южноафриканские ветераны из 32-го батальона, лучше всех приспособленные для боевых действий в саванне, верящие в колдовство и амулеты, защищающие от пули лучше бронежилета.
Все воевали против всех, все сотрудничали со всеми, и это было, и есть норма для этой части Африки. Часто «террористами» могут быть обычными племенами, которым просто некуда деваться. Они присоединяются к террористической организации и подымают ее флаг, чтобы выжить, найти себе союзников среди тех, кто способен защитить племя от настоящих бандитов. Любую информацию о сущности тех или иных групп, поступающую от местных властей и военных, необходимо делить на десять. Нередко под предлогом борьбы с терроризмом могут быть «зачищены» те, кто неудобен по религиозному, территориальному признаку. Поэтому главный критерий действия или бездействия для нас – это только интересы России и приказ командира.
Советский Союз в Африке помнили с благодарностью: у России никогда не было колоний, в СССР боролись за права чернокожих, строили гидроэлектростанции, больницы, создавали вооруженные силы различных государств. На континенте в 70–80-х годах работали сотни тысяч наших геологов, врачей, преподавателей, военных советников, энергетиков, строителей, шахтеров, нефтяников.
Рудник Мфуати в Конго. Ежегодно здесь производилось тысячи тонн свинцового концентрата, часть которого отправлялась в СССР для нужд атомной промышленности.
А в Мали советские геологи и инженеры разрабатывали золоторудное месторождение Калана. 80% добытого золота направлялось в Советский Союз. Это было не просто экономическое партнёрство, а взаимовыгодный обмен, укреплявший связи между странами. И в наше время, одним из главных источников дохода ЧВК Вагнер была охрана алмазных и золотоносных шахт в Мали, ЦАР, Мозамбик, Конго, с добычи которых, структуры, аффилированные с Пригожиным, получали до 25 %. Эти деньги шли на закупку оружия, оплату контрактов, выплаты семьям погибшим, строительства баз. У вас есть еще вопросы, почему разбился самолет с руководством ЧВК?
За многие проекты Россия заплатила кровью своих специалистов. Перед отправкой в Африку нам прочитали несколько лекций о том, куда мы едем. Помню, как меня потрясла история про гибель наших военных советников в Анголе в 1981 году.
После провозглашения независимости Анголы от Португалии в 1975 году страна погрузилась в гражданскую войну, ставшей частью холодной войны США и СССР.
Москва рассматривала Анголу как потенциальный плацдарм для распространения социалистических идей. География тоже имела значение: протяженная береговая линия в Южной Атлантике, контроль над морскими путями вокруг мыса Доброй Надежды, возможность создания цепочки военно-морских баз. Опять же, жажда ничто, имидж – все! СССР – это защитник угнетенных народов. Общие затраты на Анголу составили более 4 миллиардов долларов.
А рядом была Намибия, где южноафриканская армия гоняла в хвост и гриву местных партизан, боровшихся за независимость страны от ЮАР. Когда партизанам становилось особенно тяжко, они пересекали границу и укрывались на территории Анголы, зализывая раны и накапливая силы для дальнейшего сопротивления.
В август 1981 года южноафриканские военные совместно с американскими стратегами, сидящими в прохладных кабинетах Претории, решили преподать урок тем, кто осмелился помогать их врагам, проведя операцию "Протей".
По дорогам Анголы в провинции Кунене двинулись отборные части южноафриканской армии. Им противостояла 11-я пехотная бригада Анголы, оборонявшая город Онджива, и горстка советских советников. Четырнадцать человек, затерянных в Африке. Среди них – пять женщин, приехавших из Союза к мужьям, не ведая, что вместо семейного счастья их ждет смертельная ловушка.