Марк Дуал – Междулистье. Том первый. Первородные инстинкты. (страница 10)

Он дотронулся пальцем до прозрачной оболочки и улыбнулся. Раздался оглушительный хлопок и яркий свет залил помещение.

– Чудеса! – прикрывая глаза ладонью, воскликнул Заурдан.

Зарево схлопнулось в маленькую яркую точку, которая тут же растаяла тёмной струйкой дыма. Они ошарашенно смотрели на место, где только что стоял Фахаги.

– Где он?! – вскричала Яларайя и обернулась, надеясь увидеть парня за спиной.

– Алавианта аклоанта, – шёпотом пронеслись слова над головами парочки.

Девушка широко раскрыла глаза. От книги протянулись призрачные желтоватые струи и сомкнулись над головой Заурдана. Россыпь золотых искр полетела вниз, осыпая макушку парня. Снова прогремел хлопок.

Девушка стояла в одиночестве посреди кузни. Друзья исчезли бесследно. Книга преспокойно лежала на столе и не проявляла волшебных свойств.

– Мало мне приключений на голову! Теперь меня ещё отправят на дальние острова за убийство! – едва не прорыдала девушка, с каждым мигом всё глубже осознавая свою незавидную участь. И тут же сомкнула уста, спохватившись, что её могли услышать.

Островитянка склонилась над книгой и прошептала слова, что буквально только что услышала.

Никакого эффекта не последовало. Даже много раз проговорив слова с разной интонацией и громкостью, она ничего не добилась – всё так же осталась стоять на месте. Как бы ей не хотелось последовать за друзьями куда бы то ни было, книга оставалась неумолимой.

Решив, что ей опасно оставаться в деревне, Яларайя взяла книгу в руки. И осеклась. На столе лежал тряпичный мешочек. Тот самый, который появился на столе в её доме перед бегством. И из него всё так же изливался тусклый свет.

Не отрывая взгляд от внезапно появившейся вещи, девушка медленно отложила фолиант в сторону.

– Уклонта антаба амэи.

Голос, прозвучавший над потолком, имел в себе грозные нотки.

Рука Яларайи сама собой потянулась к мешочку. На ощупь он оказался всё также мягок. Пальцы потянули за туго стянутую верёвочку и ткань опала на столешницу.

Внутри оказалось что-то непонятное. Это напоминало воду, кого-то из морских животных и блики солнц на поверхности морских волн – всё сразу. Это «что-то» и завораживало, и устрашало! Хотелось прикоснуться к удивительному и бежать прочь без оглядки – одновременно! Впрочем, первое желание пересиливало.

Яларайя чувствовала что-то близкое, даже родное в этой субстанции, мерцающей и переливающейся всеми цветами. Словно нечто давно утраченное было возвращено ей.

– Тра-амайа, фьяла эквильери, – сами собой сорвались с губ Яларайи слова, значение коих было загадкой.

Книга на столе дрогнула. Защёлки расцепились, и верхняя часть обложки с грохотом откинулась. Изнутри вырвался белый дым, тут же заполнивший комнату кузницы.

– Тайма Анта, Уллоале Ча-амийта фьери, Яларайя! – раздался голос посреди белой мглы с такой силой, что барабанные перепонки завибрировали, заставив девушку зажать уши ладонями.

По первой слова казались непонятными, но с каждым последующим до неё начал доходить их смысл. И островитянка услышала в этих словах призыв. Кто-то незримый просил о помощи. И именно её.

Дверь отворилась, но увидеть кто вошёл или стоял всё ещё на пороге не представлялось возможным – мгла была слишком густой. Девушка на ощупь приблизилась к столу. Ладонь нащупала сгусток. Она взяла его в руку и подхватила раскрытую книгу.

– Я согласна! – произнесла громко и чётко. И зажмурилась.

Удар сердца. Второй. В следующий миг книга распалась мириадами золотых пылинок. Взметнувшись, они ринулись в бешеный хоровод, спиралью оплетая тело островитянки. Глаза девушки вспыхнули лазурью, а волосы сами собой сплелись в тугую косу на спине.

Субстанция в руке молниеносно впиталась в кожу. Яларайя почувствовала приятное тепло внутри и подняла руки.

– Я принимаю это предназначение! – уже не своим голосом прокричала она.

Это был не девичий хрустальный голос, вовсе нет. В нём теперь сквозило много звериных гортанных звуков. Да никто бы и не сказал, и не поверил, что это человеческий крик.

Кожа на теле Яларайи вздулась и лопнула, осыпавшись на пол серыми ошмётками вместе с тряпьём одежды. Одновременно с тем из тела девушки хлынула белая мгла, стремительно ударившая в стены и мгновенно распластавшаяся по их поверхности. В проёме двери, примчавшись на крики, застыл кузнец. Его взгляд зафиксировал странную картину: посреди комнаты в воздухе висел чёрный овальный сгусток. Он пульсировал, будто живое сердце, с каждым ударом увеличиваясь в размерах. Изнутри доносились приглушённые крики.

В ужасе кузнец бросился наружу и замер в отдалении, онемев от происходящего. Подобного никто из живущих в Авэнии не видывал до этого дня никогда.

Чернота тем временем уже начала выдавливать закопчённые оконные рамы и ломать доски.

А потом мир взорвался. Оглушительный грохот разнёсся по долине и деревне. Кузницу буквально снесло с острова, а её останки щепками, брёвнами и кусками оконных стёкол со свистом разлетелись по округе. Ударная волна, подобно невидимому молоту, достигла кузнеца, сбила его с ног и швырнула в продолжительный полёт. Мужчина отлетел на приличное расстояние и со всей дури впечатался спиной в сарай. Следом пришла тьма. Чернильная мгла заволокла всё окружающее пространство, должно быть накрыв весь остров – или даже больше.

Так как кузница стояла поодаль от основного селения, то особо никто и ничто не пострадали. Только на шум выбежали жители. В их руках тускло мерцали склянки, испускавшие розовое свечение, но те не в силах оказались разогнать чернильную тьму. Да то уже через несколько мгновений не понадобилось.

Чёрное ничто достигло небывалых размеров, переросло любой дом во много раз и скинуло с себя тёмную оболочку. Все зеваки аж ахнули. Вот только от восхищения или от страха? Думается, что у каждого была своя причина.

Посреди разрушенной мастерской восседало существо. Тело его закрывали полупрозрачные крылья, испускавшие настолько яркий свет, что многие островитяне зажмурились. После только что накатившей тьмы это зарево ослепляло.

Глухое сопение и рычание волной заполнило всё окружающее пространство, едва не заставляя резонировать саму реальность. Стены домов задрожали, но выдержали. Следом раздался рёв. То был не просто звук, а сокрушительная волна, полная боли и отчаяния. Она стремительно догнала и поглотила первый гул, рванув в стороны с такой силой, что сбила с ног вообще всех.

Огромные крылья распахнулись. Это был не просто взмах – то был удар стихии. Воздух хлопнул, как парус, и деревья, столетиями стоявшие рядом, оказались буквально вывернуты с корнем, их швырнуло прочь, будто сухие щепки. Теперь, когда свет уже не слепил, все разглядели создание целиком.

Это был дракон.

Его размеры подавляли, не укладывались в голове. Для местных жителей, никогда не видевших ничего подобного, увиденное стало воплощением апокалипсиса. На мгновение воцарилась гробовая тишина – тишина абсолютного, парализующего ужаса. А затем что-то внутри островитян словно щёлкнуло. Люди повскакивали и бросились врассыпную, полностью забыв себя от ужаса, исчезая в ночи с дикими воплями.

Дракон же, казалось, не замечал этой суеты. Он тяжело, почти натужно взмахнул громадными крыльями, толкнулся задними лапами… И его туша с трудом оторвалась от земли. Взмах. Земля содрогнулась от уходящей тяжести. Ещё взмах. Он набрал высоту. Каждое движение рождало новый порыв ветра, пригибающий к земле траву и крыши дальних домов. И вот уже огромный силуэт, набирая скорость, устремился в небесную высь.

И ещё долго на горизонте виднелась яркая точка, что сливалась с звёздным небом в единое целое.

Жители острова Фафанара и не подозревали, что стали свидетелями возрождения Духа Серебряных Лесов, защитника магии миров Междулистья.

Глава третья. Остров Эмири

Неолла проснулась от резкого толчка в бок. Рядом с ней всегда спал Тони, поэтому она подумала, что он снова пинается во сне. Девочка – она лишь немногим была старше – уже решила снова погрузиться в сон, как он толкнул её снова. Когда она повернулась на левый бок, то увидела, что младший брат стоит напротив окна и неотрывно за чем-то следит. Ей не очень хотелось вставать посреди ночи и играть в эти глупые игры, но, несмотря на то что завтра ей придётся ходить в полусонном состоянии весь день, Неолла встала рядом с ним. Всё ещё непривыкшими к темноте глазами она уставилась на двор за окном.

– Тони, если это привидение, пролетевшее над двором, то завтра тебе не достанется ничего из твоих любимых лакомств, – тихо пробормотала Неолла, переступив с ноги на ногу.

– Нео, сегодня их было двое, – прошептал Тони, положив подбородок на подоконник.

Спустя миг, он добавил:

– Сегодня они смотрели на меня так долго, что я даже спрятался под одеяло.

– Послушай, здесь нет никого кроме папы и мамы, – тяжело вздохнула девочка. – Эмири живут на другом конце острова, а Саэгли вряд ли будут расхаживать перед нашим окном ночью.

Её тон смягчился:

– Мне тоже раньше казалось, что ночью отовсюду выползают всякие там чудища, но мама объяснила мне, что их не бывает на свете. Давай лучше спать, а то завтра столько много дел… Да и мама тогда станет нас пичкать всякими травами, если узнает, что мы не спим по ночам.

– Нео, но они и вправду были там!.. – чуть не плача пробубнил Тони и зарылся лицом в лежащие на подоконнике руки.