Мария Высоцкая – Навязанная жена (страница 7)
Дядя Ильяс замолкает. Бросает растерянный взгляд на моего деда.
Тот неподвижно сидит несколько секунд, а потом бросает на меня испепеляющий взгляд.
— Все! — выдает сурово. — Хватит этого представления! Ты выйдешь замуж, хочешь ты этого или нет! Дури сколько тебе заблагорассудится — это ничего не изменит!
Гимаев, тот что Ренат, ухмыляется.
Ему снова весело?
Я его уже ненавижу. Искренне. Пылко. Я готова придушить его голыми руками в эту самую минуту!
— Ах так! — вскакиваю из-за стола. — Хорошо! — ошпариваю деда взглядом. — Тогда… тогда… тогда я запишу видео о том, как в наше время меня насильно выдают замуж, и запощу его в сеть! Все-все расскажу, ясно тебе?!
Дед закатывает глаза и берет со стола рацию, по которой общается с охраной.
— Миша, забери у Софьи из комнаты всю технику и не забудь про телефон. И да, с этой минуты у нее усиленная охрана и домашнее обучение. Чтоб без моего ведома она и шагу из дома не сделала!
— Ты тиран! — выпаливаю, задыхаясь от возмущения.
— Ренат, Ильяс, давайте пройдем ко мне в кабинет и подпишем договор.
— Я ничего не подпишу! — визжу на всю комнату.
Дедушка устало подкатывает глаза с негромким вздохом, а потом, махнув на меня рукой, поднимается из-за стола и направляется в свой кабинет.
Я остаюсь одна за огромным, накрытым столом и, плюхнувшись обратно на стул, тихонечко всхлипываю.
Ненавижу их.
Их всех! Платье давит, слезы льются уже рекой, а закрученные в пружинки локоны падают в тарелку. Кончики пропитываются маслом от утки.
Я чувствую себя униженной. Разбитой.
Во мне так много злости, а еще растерянность.
Я не знаю, что мне делать. Я не знаю, как расстроить эту свадьбу.
Я даже сбежать не могу. Вздрагиваю и со всех ног бегу в комнату. Когда попадаю внутрь, Миша уже убирает в карман своего пиджака мой телефон, оставленный на кровати. Еще два охранника выносят компьютер, планшет и ноутбук.
— Я не разрешаю! Не позволяю! Верните все на место! Это мои вещи! — кричу на весь дом, но охрана упорно меня игнорирует.
Нарыдавшись в подушку, снова сбегаю на первый этаж и, прочесав анфиладу комнат, врываюсь в дедулин кабинет.
Эта троица все еще сидит там и неторопливо попивает коньяк. Празднуют, сволочи!
— Я. Тебя. Ненавижу! — смотрю на Гимаева, подскочив к креслу, на котором он сидит, а потом бездумно хватаю со столика бокал и выливаю янтарную жидкость прямо на голову этому придурку. Порывом. — И тебя тоже! — кричу на деда. — Никогда тебе этого не прощу. Никогда! Ты мне больше вообще не родственник, слышишь?!
Очаровашки, в рамках нашего литмоба "Твоя_по_договору"<br> приглашаю вас в историю Марии Летовой<br> (НЕ) ПОДХОДЯЩИЕ<br> ссылка: https://litnet.com/shrt/Pehb
6
Отступаю на два шага назад и стыдливо прячу руки за спину. Я повела себя как ребенок, знаю. И от этого мне некомфортно. Правда, длится это состояние от силы минуту, потом я вспоминаю причину такой своей реакции и складываю руки на груди, провокационно приподнимая бровь, мол, и что вы мне сделаете?
Гимаев стряхивает с волос и пиджака коньячные капли, а потом поднимается на ноги. Выглядит при этом так, будто ничего не произошло.
Дядя Ильяс и мой дед смотрят на него во все глаза и… злятся. Оба.
Я чувствую их ярость, а вот эмоций Рената не ощущаю. Совсем. Их словно нет.
Он живой вообще?
В этот момент хочется заглянуть ему в глаза, чтобы удостовериться: он вообще человек?!
До боли прикусываю нижнюю губу, ожидая от этой каменной глыбы хоть какой-то реакции, но ее нет, ни через две, ни через пять минут, когда он удаляется в гостевую ванну, чтобы привести себя в порядок.