Мария Воробьева – Наследство (страница 43)
расплатится за расшатанную психику, здоровье и тем более жизнь?
– Денег не надо, хотя спасибо. А вы не в чем не виноваты, Геннадий Александрович. Не стоит себя винить. Лика взрослый
человек и во всех своих бедах виновата сама. Сама должна и отвечать
за содеянное.
Иван смотрел Тотоше в глаза.
– Где я не доглядел? – Тотоша сокрушенно обхватил голову
руками.
Иван вышел из гостиной и через некоторое время вернулся со
стаканом воды в руках.
- 86 -
– Вот, выпейте, полегчает.
Тотоша покорно принял стакан, выпил и поднялся на ноги.
– Ладно, пойду. – выдохнул он. – Если какие проблемы, то
звони мне на сотовый.
Геннадий Александрович протянул визитку.
6
Прошло два дня. Все это время Варя спала, кушала, читала и
снова спала. Утром третьего дня Ваня не выдержал и, посчитав, что
выглядит и чувствует себя Варвара хорошо, решил завести разговор на
волнующую тему.
– Варя, ты зачем устроила бардак на кухне?
– Она неспешно отставила чашку с липовым чаем:
– Ты знаешь, я уже над этим вчера думала. Это не я.
– А кто? Я?
– Вань, я тебе скажу кое – что, но ты только обещай, что не
будешь смеяться и не испугаешься за меня.
– Во заявочки, что это ты мне сообщишь, что даже не
представляешь моей реакции?
– Ну, в общем, я думала, что мне приснилось, но боль то от
царапин настоящая. Ты когда в тот день ушел, я уснула. Проснулась от
грохота в кухне. Я на кухню когда вошла, там эта гадина с глазищами
на меня кинулась. Я когда ее только увидела, испугалась, думала крыса
сидит. А потом она полетела...
– Стоп, стоп...– замотал Иван головой. – Ты хорошо подумай.
Сама то слышишь, что сейчас говоришь?
– Я уверена в том, что сейчас говорю.
Варя ответила серьезно и Иван, знающий ее не первый день, поверил.
– Ты точно уверена, что это не глюки? – уточнил он на всякий
случай.
– Я тоже сперва думала, что все – моей головушке трындец
пришел. Но ты сам подумай, не я же себя расцарапала.
– Что это за крысы – мутанты у нас завелись? Опиши их по
- 87 -
подробней.
– Ну, размером, наверно, с кошку. Я особо не разглядывала, времени было в обрез. Голова лохматая и большая и глазища – во...–
Варя поддела крышку от сахарницы и покрутила ее в воздухе. – Вот
такущие глазища, и уши большие. Они их сперва к голове прижимали, а потом одна ими замахала и в воздух поднялась.
– Погоди, – прервал Варю Иван. – Кто это они? Их, что много
было?
– Трое.
– И что тебя все трое царапали? – Ваня содрогнулся, на секунду
поверив в правдивость, истории.
– Нет, только та, которую я первой увидела. И лапы у нее
четыре, а когти острые на таких птичьих пальцах.
– Варька, ты отдаешь отчет в том, что сейчас тут мне говоришь?
– Ага, – кивнула Варя. – Я тоже по первости думала, что надо в
больничку сдаваться, а вчера ничего – свыклась...
– Свыклась она...– фыркнул Иван. – Слушай, ты в последнее
время ничего странного не замечала больше?
– Ты имеешь в виду пляшущих чертиков?
– Харе придуривать. Я переживаю за нее, а она тут идиотку
ломает из себя.
– Нет, Ванечка, – посерьезнела Варя. – Ничего подозрительно
странного я не замечала, хотя после того дня у меня все странно...
– В смысле?