Мария Воробьева – Наследство (страница 45)

выскользнула из-под одеяла и пошлепала босыми ногами в кухню. Не

зажигая свет, она выудила из «Филипса» бутыль с водой и принялась

жадно пить прямо из горлышка. «Утопив» трепыхающееся сердце в

минералке, Варя наполнила водой стакан и подошла к окну, делая

мелкие глоточки. Девушка оперлась лбом в прохладное стекло.

«Чего я дурочка так напугалась?» – подумала Варя, – «Надо

тяпнуть «Ново Пассит» и идти спать. Завтра дурной денек. Хотя лучше

тяпнуть коньячку...»

Варя прикрыла расслабленно глаза, а когда открыла их вновь, то встретилась взглядом с двумя «желтыми блюдцами». Мерзкая тварь, которая не так давно пыталась разнести ее образцово-показательную

кухню весела напротив, за окном, тихонько помахивая своими ушами.

- 90 -

Варя вздрогнула, дыханье ее перехватило, и в желудок опустился

мерзкий холод, но явно не от выпитой минералки.

Варя попятилась от окна в глубь кухни, отмахиваясь от силуэта

за окном одной рукой. Вторая рука судорожно сжимала стакан с водой.

– Кышь, – тихо и сипло выкрикнула Варя. Внезапно она

остановилась и оглянулась. Из темноты коридора надвигался человек в

болохоне. Это был тот ужасный незнакомец из «Лианы», тот самый, который окатил ее ледяным взором, склонившись над телом

несчастной Оленьки.

«Я сошла с ума» – пронеслось в покидающем ее сознании...

- 91 -

Часть 4.

1

Иногда, наше сознание играет с нами в дурные игры. Как часто

мы не можем, очнувшись ото сна, отличить настоящую реальность от

мира грез. Оцепенение, недоумение, лихорадочно работающие мысли, которые как локомотив поезда начинают набирать скорость, анализируя происходящие с окружающим миром метаморфозы – это то

немногое, что настигает нас после пробуждения. Десяток секунд и все: мы в нашем привычном мире, в реальной жизни, сбросив оковы сна, и

проведя четкую, жирную линию между двумя царствами. Еще через

полчаса царство Морфея тает в небытие, и мы не помним даже смутно, что пригрезилось во сне. И только наша душа хранит воспоминания, она помнит, какие чувства испытывала: страх, боль, радость, любовь.

Душа не забывает никогда то, что пережила. И мы на протяжении

долгого времени можем ощущать на себе действие этой «памяти».

Варвара была погружена в сон, который липкой теплой массой

окутывал ее со всех сторон. Сознание находилось в состояние близком

бреду. Оно кусками выдавало ей окружающую информацию: серые

камни стен, темнота, потом какие-то шевеления у глаз. Веки

приоткрывались на эти шевеления, но глаза невидяще уставились в

сумрак. Вокруг было глухо и липко. Чувствовалось, как волосы

тяжелой колышашейся массой обволакивают шею, спину и грудь.

Волосы как бы жили отдельно от Вари, они перекатывались волнами, скользя по обнаженному телу. Тело было напрочь лишено

одежды – это Варя отчетливо чувствовала, как чувствовала теплую, липкую массу сна, которая обволакивала это тело и высасывала силы.

Сколько она спала так – безразличная и не мыслящая, не

удивляющаяся ничему и безвольная в своем желании проснуться. Хотя, желание проснуться и не было вовсе, оно пропало куда-то и возникать, откуда-то не собиралось.

Дрожащие мелкой нервной дрожью ручонки пробежались по ее

лицу. Веки Варвары открылись, на сей раз, выхватив из темноты пару

светящихся быстрых глаз. Глаза заморгали быстро-быстро, потом

- 92 -

исчезли, послышалась какая то возня, звуки, похожие то ли на разговор

человеческий, то ли на звериное тявканье. Вокруг Вари замелькали

быстрые тени, и она почувствовала, что множество мелких ручонок

вытаскивают ее тело, вырывая из теплого и липкого сна. Варя ощутила

холод от соприкосновения мокрой кожи с воздухом, но холод исчез, как

только на нее накинули теплое покрывало, пахнущее пылью.

Варя почувствовала движение под своим телом. Вернее, почувствовала, что тело ее перемещают. Веки девушки опять

открылись. Глаза принялись наблюдать быстрое мелькание серого

камня на своде. Со всех сторон доносились приглушенные звуки, похожие не то на стоны, не то на стенания, которые смешивались с

шуршанием маленьких ножек под ее носилками.

В голове у Вари пронеслась мысль (первая за долгое время, хотя

и пугающая своей ненормальностью), что и ручонки, и ножонки, и

пыхтение принадлежат одним и тем же существам, которых она

чувствовала, слышала, но не видела, и что эти существа не рода

человеческого.

Свод начал озарятся золотистым светом.

«Где-то

близко

выход