Мария Устинова – Рабыня Рива, или Жена генерала (страница 37)

— Лиам сейчас на флагмане. Злой. Сильно разочарован, что не смог увезти твою жену и ты опередил его. Говорят, все крушил в бешенстве. Позволь дать совет: сиди тихо.

— Твое дело — возить информацию и товар, — заметил Шад, не обидевшись, и протянул парню горсть алмазов. — А не советы давать. Узнай о его перемещениях, сколько можешь. Надо знать, куда летает, его расписание.

— Это не просто, Шад, — усмехнулся парень. — Пока мне доверяют, но надолго ли? Не хочу лишний раз рисковать. Нераскрытый я важнее. Между посидеть тихо и узнать побольше, всегда выберу первое.

— Я не тороплю. Мне будут нужны документы.

— Это без проблем, — пожал тот плечами.

— Документы, способные пройти приграничный контроль.

— Чуть сложнее, но реально. На нее тоже?

Он кивнул на меня, и я обернулась к Шаду. Профиль мужа стал неподвижным и задумчивым.

— Шад? — позвала я, не понимая, в чем заминка.

— Она здесь останется, — наконец сказал он.

— Щад! — непонимающе повторил я.

Он бросает меня? Улетает один? Почему со мной не обсудил это? Я не понимала, что он задумал, но здесь не место задавать вопросы. Не на глазах у парня. Не стоит при посторонних показывать раскол в семье.

— Только мне, — повторил Шад, и я бессильно обмякла на стуле.

Что ж, спрошу его потом… Они перекинулись последними новостями и слухами, и мы распрощались. Задумчивая больше обычного, я вышла с мужем на площадь.

Он шел впереди, я немного отстала с тяжелым цветком. И схватила его за рукав, чтобы подождал.

— Что происходит, Шад? Ты улетаешь?

Я не хотела оставаться одна на чужой планете, пусть и прижилась здесь. И о клумбе нужно заботиться… Я только привыкла и все бросать снова. Да, какая-то часть сердца хотела остаться. Но и без мужа страшно. У меня здесь никого нет, зато существует опасность, что могут раскрыть.

Да и после того, что между нами было…

У нас только начало что-то складываться. Что-то настоящее. Но, как настоящий григорианец, он бросает меня ради войны с Лиамом.

— Не сейчас, — выдержав паузу, признал он. — Я должен выследить Лиама. Тебе нечего там делать со мной. Вместе нас быстрее раскроют. Разумнее, если ты останешься здесь, а я решу проблему.

— А ты не подумал, что я не хочу оставаться одна?

Глупый вопрос.

Сейчас скажет: есть интересы выше личных… Слышала уже.

— Подумал, конечно. Но выбора ведь нет, Рива. Слышала, что мы в розыске? Зато позже у нас будет много времени.

— Если ты вернешься, — заметила я, как настоящая григорианка.

Если…

Кто сказал, что он с Лиамом справится? А если нет? Останусь одна на чужой планете без средств к существованию и в вечном страхе быть пойманной. Неизвестно, что хуже — быстрая казнь или долгое ее ожидание.

Шад отвернулся, что-то пробормотав неразборчиво. Запахнулся в плащ.

Кажется, у нас произошла первая семейная размолвка.

Он тоже знает, что может не вернуться. Но я обещала ему, что поддержу его и разделю путь. Обещала верить. Клятву давала.

— Прости, — сказала я с грузом на сердце. — Лети, если должен. Дождусь тебя здесь.

— Понимаю твои страдания, — сказал он. — Но я покину тебя не скоро. В составе группы наемников, по торговому поручению. Меня не раскроют. Все будет хорошо, Рива. Не тревожься за меня, я все продумал.

Наверное, Эдетт он тем же тоном разъяснял, что разрывает помолвку, чтобы связать себя узами брака со мной.

— Я не могу не тревожиться, — отрезала я. — Даже не проси.

Дома я занялась цветами, конечно, о покупке нужно позаботиться, но были и другие причины. Хотела побыть одна, вдали от Шада. В глубине души я уже знала, что смирюсь с его отъездом и буду ждать возвращения.

Сиреневая красотка удобно устроилась с новыми соседями.

Я закончила с клумбой, ополоснула и вытерла руки, размышляя, что документы сделают не скоро, и время есть. Успею примириться с Шадом.

И оказалась права.

Следующие недели были такими мирными и спокойными, что я начала забывать о том разговоре. Солдат на планете не стало больше, полиция и мэр ни в чем нас не подозревали. Я стала больше гулять, занималась домом, ходила за покупками, полностью перестроившись на новый образ жизни. Занималась клумбой, добившись небывалых успехов. Цветы я всегда любила и, получив возможность вплотную заняться ими, полностью погрузилась в хобби. Добилась равномерного цветения питомцев, а сиреневая красавица из далеких туманных краев дала стрелку и расцвела еще пышней.

Соблюдая осторожную дистанцию, познакомилась с местными женщинами. Рассказывать о себе много я не могла, но с удовольствием ходила с ними по магазинам и обсуждала новости. Пару раз нас с Шадом приглашали в гости, так что, когда торговец, нанимавший Шада, пригласил нас на ужин, я ничего не заподозрила.

О нем я и думать забыла. Даже не смогла вспомнить — если вообще его знала. Собираться к нему прекрасным воскресным вечером совершенно не хотелось.

— Обязательно к нему идти?

— Увы, Рива.

— Он тоже тебе не нравится? — рассмеялась я, прикладывая наряды к себе по очереди.

Я колебалась между двумя платьями и выбрала в пользу нового: ярко-зеленого, красивого, со шлейфом до пола. Шефа и его подружку должно впечатлить.

— Я к нему нанялся для легенды. Работа на него позволит мне покинуть планету, не привлекая внимания. Лиам никогда не заподозрит в наемнике григорианца, которого знал генералом.

— Почему?

— Потому что это позор, — коротко ответил он, хотя расстроенным не выглядел.

Верно, это веди хитрость. Тактический ход, а не падение.

Я повернулась к Шаду спиной и сбросила домашнее платье. Осторожно надела зеленый наряд: просторный и широкий, но с тканью следовало бережно обращаться. Осталось прическу сделать и плащ надеть. А Шад… Он вообще всегда готов.

Последние приготовления я делала уже без улыбки. Разговор напомнил о его планах. Я успокоилась и смирилась, но ведь расставаться все равно не хочется…

— Кроме нас он пригласил команду, — предупредил Шад.

— А ничего, что я с тобой иду?

— Все придут с женами, рабынями. Это нормально. Знакомство в неформальной обстановке.

Я не нервничала, положившись на мужа. Когда мы прибыли к торговцу, нас с почтением встретили у дверей рабы и проводили в шикарные апартаменты. Обстановка вокруг кричала о роскоши. Здесь были диковинки из разных мест и все, как одна, дорогие. Девушка из приемной обрадовалась, увидев меня, мы обменялись улыбками. Пришли первыми, и хозяин пригласил нас выпить охлажденного чая с травами и фруктами.

— Не представляешь, как рад, что ты принял мое приглашение! — поделился тот, отхлебывая напиток. — Под охраной двух григорианцев груз точно будет под защитой. На обратном пути попрошу вас еще об одном поручении…

— Двух? — переспросил Шад, прищурившись.

Я ощутила тихий голос нехорошего предчувствия.

— Думаю, тебя обрадует твой пилот и напарник, григорианцев-наемников мало, а я нанял сразу двух! — рассмеялся он. — Надеюсь, тебя обрадовал сюрприз…

В коридоре позади зала раздались шаги — тяжелые, их чеканили по-военному. Раб вел нового гостя. Шад взволнованно обернулся, настороженно, как волк в ловушке. Я привыкла вычислять нюансы его поведения: чуть пригнул голову, подобрался, ладонь на кинжале.

Шад ждал, кто войдет в зал.

Двери распахнулись, я вздрогнула, увидев тонкую фигуру, замотанную в плащ.

В проеме стояла григорианка.

Выждала с секунду, словно глаза привыкали к темноте, что не так: они прекрасно видят, скорее, она оценивала опасность. И направилась к нам, печатая шаг. Я обернулась к Шаду, пытаясь понять, как себя вести.

Муж не реагировал, словно не встретил соотечественницу.