Мария Устинова – После развода. В его плену (страница 113)
Замираю, а затем удаляю сообщение и блокирую номер.
К машине возвращается Влад.
— Инга, ты готова? — открывает дверь машины. — Идем, следователь ждет.
Выбираюсь на холодный ветер.
Я так и не решила, что скажу.
Глава 29
Влад Диканов
— У меня просьба, — заявляет он следователю, прежде чем войти в кабинет. — Моя супруга беременна. Помягче с ней, хорошо?
Мужчина кивает.
— Мы можем дать отсрочку, если ваша супруга плохо себя чувствует.
Он бы вообще ее не приводил.
Но с Сабуровым нужно закончить быстрее.
Он и адвокат будут рядом.
Все хорошо пройдет.
Влад оглядывается: Инга ждет на стуле в пальто, с повязанным платком, взгляд в пол. Губы такие сладкие…
Беременна…
Это расстраивает и успокаивает одновременно. Он что, боялся, что она уйдет, что он ее потеряет? Точно так же, как боялся когда-то, что сбежит с Глебом? Когда-нибудь эта птица, что стремилась к нему со сломанным крылом и искала защиты — придет в себя, и улетит.
Поймет,
Что это
Что рано или поздно — через год или два, но она расправит крылья. И не захочет быть рядом с тем, кто вечно будет напоминать об этом времени.
А ребенок…
Если это его сын — он их свяжет. Она всегда будет в нем нуждаться. Навсегда останется.
Если же беременна от Луки…
Об этом даже не хочется думать.
Чтобы сделать аборт, нужно заявление в полицию о насилии. А она сюда еле пришла.
В груди давит, он впервые думает, что пора к врачу. Последняя неделя по сердцу бьет.
Нужно сосредоточиться на деле.
Решать по одной проблеме.
Иначе не вывезет.
— Милая, пойдем, — он заводит Ингу в кабинет следователя. Говорить будет он. — Покушение на нас совершил бывший муж Инги, Эдуард Сабуров.
Следователь хмыкает.
Пока слушает, не перебивает.
Глаза становятся заинтересованными, когда Влад продолжает:
— Водитель Инги — Глеб Варнак — пришел ко мне и подтвердил, что Сабуров, действуя через него, пытался найти исполнителя убийства. Сейчас он дает показания.
— Мотивы знаете?
— Не хочет делить имущество при разводе.
Инга постепенно расслабляется.
Так боялась, но ничего страшного не случилось, и говорят с ним. Он косится на жену — беременную жену — и думает, что это правильно.
Есть какая-то мудрость в том, чтобы ограждать женщин. Их дело вынашивать, рожать и быть женами.
Их нужно защищать от мира.
После дачи показаний освобождаются к полудню.
Самое трудное позади.
Влад сажает Ингу в машину, а сам остается перетереть с адвокатом. Тот пытается раскурить на ветру сигарету:
— Мы все сделали правильно, — сигарета подпрыгивает во рту при каждом слове. — Нужно дождаться постановления на арест. Это займет время. Но процесс работает на нас.
— Что с Варнаком будет?
— Пока не знаю. Должен пойти как свидетель. Против него говорит то, что он не сообщил о покушении своевременно.
Влад кивает.
— Когда ждать ареста Сабурова?
— От многих факторов зависит, — юрист выигрывает бой с ветром и неторопливо выпускает дым. — Бюрократическая машина не быстра. Настраивайся на долгий срок. Схема такая, после предъявления обвинения Сабурову, мы подадим запрос на его арест в Дубае. Постараемся ускорить.
Да, это время, но зато запущен процесс. Рано или поздно этот урод окажется в одном из столичных СИЗО, под его контролем.
Тогда можно будет говорить на другом языке и с ним, и с семьей…
Но это месяцы.
А она беременна.
Влад смотрит на Ингу через стекло. Она в легкой дымке. Прячет нос в меховом воротнике. Такая задумчивая в последнее время, но как будто даже собралась. Стала сильнее.
За это время ребенок подрастет…
Если малыш от него — пусть рожает.
Он облизывает губы, отводит глаза.
Внутри какое-то мужское удовольствие: приятно смотреть на беременную от
Делить ее с Лукой не будет.
Инга — его жена.
И отдана была ему.
— Работайте, — на прощание бросает он и идет к машине.
Хочется побыть с ней наедине после такого трудного дня. Он сам садится за руль.
Инга даже не смотрит в его сторону.
Так и сидит, задумчивая.