Мария Цветкова – Город-сказка. Душевные рассказы о Рио-де-Жанейро (страница 3)

– Здравствуй, Инасио, – с непривычным спокойствием поздоровалась Роза-Мария.

– Доброго утра, сеньора. Надеюсь, я не разбудил вас. Ваш супруг просил передать, – почтальон протянул цветы.

«Розы для розы, – подумала хозяйка. – Почему я встречаю утро юбилея своего брака вот так? Без супруга и с букетом цветов, которые терпеть не могу».

Попрощавшись с Инасио, Роза-Мария позвонила мужу. К её удивлению, он тут же ответил. Удивление возросло в разы, когда, вместо того, чтобы объяснить, почему Азеведу так и не прилетел, он принялся спрашивать, как дела дома. У Розы-Марии было немало вопросов.

– Я так и не дождался рейса. Прямо в Гуарульюсе мне позвонило начальство и сказало, что я не могу улететь – появились неотложные дела. Знаешь, мы заключаем контракт с одной фирмой, и возникли проблемы с оформлением документов…

Азеведу продолжал что-то говорить, но Роза-Мария не слушала. Ей было горько от того, что потребовалось встретить праздничное утро в одиночестве, чтобы понять, как сильно изменилась жизнь, и как она отчаянно старалась этого не замечать. Она могла бы продолжать заваливать Азеведу вопросами, причитать, говорить, как ей больно и плохо, но она уже не видела в этом смысла. Однако было то, о чём Роза-Мария не могла спросить.

– Пусть так. Объясни мне только одно: я прожила с тобой тридцать пять лет. Почему за всё это время ты так и не запомнил, что мне не нравятся розы?

Азеведу не отвечал, и Роза-Мария представляла себе, как он сидит с поражённым видом и не знает, что ответить.

– Ты никогда не говорила, что они тебе не нравятся, Роза.

– Говорила, и много раз. Но ты не слушал. Точнее, делал вид, что слушаешь.

Азеведу молчал. Роза-Мария прекрасно знала, что он хмурится и думает о том, как сменить тему.

– Почему ты молчишь? – спросила она. – Ты оставил меня одну, хотя клятвенно обещал прилететь. Сколько времени ты не появлялся? Неужели, ты не хочешь извиниться?

– Я извинился в начале, Роза, – холодно заключил Азеведу.

Женщина молчала.

– Хорошо, хорошо, – вздохнул Азеведу. – Если дело в розах, я больше не буду дарить их тебе. В таком случае, какие цветы тебе нравятся?

Роза-Мария опешила. Как же так? Муж прекрасно знал, что ей нравится. К чему сейчас она получает от него этот вопрос?

– Ты же помнишь, что я люблю фрезии. Совсем недавно я получила от тебя два букета.

– Какие букеты?

Роза-Мария ничего не понимала. Неужели, с возрастом у её мужа настолько ухудшилась память?

– Те два букета фрезий, которые ты прислал мне около месяца назад.

– Роза, я ничего не понимаю, – недоумённо ответил Азеведу после долгой паузы. – Я ничего тебе не присылал.

Роза-Мария вздохнула поглубже и устремила глаза к потолку. Она хотела сказать что-то ещё, но передумала и положила трубку. Спустя три минуты в дверь снова позвонили. За дверью был Фелипе. В руках у него был букет свежих, ароматных фрезий.

– Доброе утро, Роза, – с улыбкой сказал Фелипе. – Сегодня у вас праздничный день. Примите это от меня в качестве небольшого подарка, – он осторожно протянул цветы Розе-Марии. – Я желаю вам и вашему мужу ещё столько же лет совместной жизни.

Роза-Мария смотрела на Фелипе, не моргая.

– Не правда ли, замечательно, что в постоянно меняющемся мире есть место для чего-то неизменного? Для семьи, для любви, – продолжал Фелипе. – Я случайно встретил вашу дочь сегодня. Раньше у меня не было возможности встретиться с ней лично, но мы познакомились и немного поболтали. Вы во многом похожи. Я рад, что у вас такая чудная родня, Роза. Желаю отличного дня и больше не задержу вас.

– Бернарда сказала вам про праздник?

– Нет.

– А кто?

– На самом деле, я помнил об этом дне.

– Как? – этим утром Роза-Мария изумлялась всё больше и больше.

– Я помню тот день, когда вы с супругом обручились. Об этом говорила вся округа. Я тогда, как и ваш муж, ещё учился в университете. Многим из местных мальчишек, включая меня, нравилось наблюдать за вами, вы ведь всегда были такой красавицей, да ещё и очень умной. И даже когда прошло немало времени, я всё ещё помнил. Погода в день вашей свадьбы стояла жаркая, солнечная. Собралось много людей и было очень шумно. Наверное, поэтому я и запомнил. Люблю помнить о радостных моментах. Знаете, когда люди счастливы, и всё такое, – улыбнулся Фелипе.

Ноги едва держали Розу-Марию. Если бы не букет цветов в руках, она бы обессиленно опустила их и уселась на крыльцо.

– Фелипе, те букеты фрезий, которые я получила месяц назад, – опустошённо начала Роза-Мария, – Это вы подарили их мне?

– Я, – опустил голову Фелипе.

– Почему вы дарили их мне?

– Я знал, что они вам нравятся.

– Когда я успела об этом сказать?

– В юности мы жили совсем рядом, помните? Наши родители были соседями. Мне хотелось сделать что-нибудь приятное, хотя я и знал, что вы помолвлены. Тогда вы и сказали мне, что любите фрезии. Кажется, упомянули, когда планировали уставить ими весь зал регистрации…

Роза-Мария посмотрела Фелипе прямо в глаза:

– И вы помнили об этом все тридцать пять лет?

– Да, – просто ответил Фелипе. – Помнил.

На следующий день Бернарда завтракала в одиночестве. Через два дня она улетит обратно в Форталезу, и ей было грустно от того, что она так и не увиделась с отцом, который, к тому же, сильно расстроил маму. Вероятно, Роза-Мария ушла гулять. Так и было – выйдя из дома, она тут же отправилась по адресу, который, к собственному удивлению, всё ещё помнила. То было рядом с домом её родителей, который давно им не принадлежал. На его месте была другая постройка, но здание рядом тем не менее сохранилось. Подойдя к нему, Роза-Мария позвонила, оповестив о своём приходе. Ей открыл Фелипе, который явно не ожидал увидеть дону Карвалью душ Сантуш на пороге своего дома, да ещё и утром. Не ожидал, но был рад.

– Доброго дня, сеньорина. У вас что-то стряслось?

На мгновение Роза-Мария пожалела о том, что пришла, но тут же отогнала от себя неприятные мысли.

– Я знаю, что вы начинаете работу в восемь. Я пришла раньше, извините.

– Nada7.

– Я тут подумала, – Роза-Мария нервно теребила край своего платка на шее, – Не хотите прогуляться? Может, завтра, или послезавтра.

– Давайте сегодня, – с улыбкой кивнул Фелипе.

Роза-Мария выдохнула.

– Я думала, сегодня вы работаете. Я могу прийти и завтра.

– Думаю, лучше сегодня.

– Почему?

– Потому что завтра вы можете уже и не прийти. А я не хочу терять возможности прогуляться с вами.

Она оба засмеялись.

– Только, пожалуйста, отведите меня в какое-нибудь подходящее место. У меня есть одно платье, которое обязательно нужно выгулять. Вот только я не знаю, куда.

– Пойдёмте в музей. Вам нравится архитектура?

– Не сказать, чтобы разбираюсь. А вам?

– Не то слово. Раньше я занимался проектированием.

– А сейчас?

– Сейчас уже нет. После смерти супруги всё как-то перевернулось, знаете. Концентрация потерялась, руки тряслись. Я ушёл с прежнего места. Потом, когда всё было позади, решил, что уже поздно возвращаться.

Роза-Мария кивнула.

– Но хотели бы? – спросила она после недолгого молчания.

– Конечно, – Фелипе смущённо потёр руки.

– А может, всё-таки вернётесь?

Фелипе с просыпающейся надеждой взглянул на Розу-Марию.