Мария Судьбинская – Ряженье (страница 86)

— Ну ты совсем с ума сошел.

— Вика, ну пожалуйста!

Она призадумалась.

— Ну если встанешь на колени. И свой ноут мне на месяц отдашь.

Вахрушин прошел через все стадии принятия: злился, торговался, вставал на колени и умолял. Дальше начались настоящие шпионские игры. Вика на цыпочках пробралась в прихожую, к шкафу. Тайком она перенесла с кухни табуретку, прошмыгнув мимо родителей, и обыскала весь шкаф с головы до пят. Обуви Саши в нем не было. На ее поиски было потрачено неприличное количество времени. Обувь оказалась за коробками с новогодними игрушками, на балконе. Несколько раз Вика попалась родителям на глаза. Пара филигранных отмазок спасли ее шкуру.

Потом они перешли к части с канатом. Вахрушин надел какую-то старую, нетипичную куртку, перетащил канат, который они с Викой крепко привязали к ножке кровати, сделав пару сложных, сомнительных узлов.

Вика подёргала за канат с видом эксперта — держалось.

Из окна ревел холодный ветер.

— Ну все. — Сказал Вахрушин взволнованно. В груди похолодело. — Я пошел.

Он подошел к окну, сел на подоконник. Еще раз посмотрел на канат, на Вику, которая придерживала его будто формальности ради.

— Ты даже ничего не скажешь? — Спросил он.

— А чего тебе говорить?

— Ну не знаю. Например, что-то типа: «Нет, ты что! Это слишком опасно! А если ты сломаешь себе ноги, братец?» — Он сказал это так наигранно-театрально, как мог.

Вика покрутила пальцем у виска.

— Надеюсь, ты сломаешь себе ноги, братец.

Вахрушин вздохнул:

— Никак не дашь мне почувствовать себя героем.

— Где тут героизм? Повтори-ка вслух, зачем ты это делаешь? Если мне не изменяет память, причина звучит как-то типа: «мой недоношенный друг-зек делает ИИ-порнуху с одноклассницей, я слишком тупой, чтобы позвонить ему, поэтому мне нужно сбегать из окна, как дебилу, чтобы набить ему морду». Не вижу тут героизма. Только клоунаду.

— Так! — Оскалился Вахрушин. — Все! Ты вообще ничего не понимаешь. Позвонить я не могу, не потому что я тупой. А потому что я жертва клоунады. Клоунады Олега. И вынужден играть по его правилам.

— Да прыгай уже, господи!

Вахрушин напоследок послал ее, а она пригрозила, что отвяжет канат. Ее угрозы его не напугали, и он, вцепившись в свой импровизированный трос, перешагнул подоконник. Солнце уже садилось, но было еще не темно, так что Вахрушин, прежде чем слазить, выглянул по-воровски и убедился, что на улице нет свидетелей: ни бабушек на лавках, ни детей, ни таксистов. Спускаться нужно было быстро и осторожно.

Когда стоишь на первом и глядишь на второй — высота кажется незначительной. Но когда наоборот — кровь в жилах стынет, особенно, если тебе предстоит спускаться по скрипящему детскому канату.

Вахрушин уперся ногами в дом и заскользил вниз. Канат кончился на середине соседских окон, которые, благо, были зашторены. Он побоялся хвататься за решетки — не дай бог еще поломаются, и, побоявшись, что слишком долго думает, опустился максимально и спрыгнул.

Приземление было не мягкое. Он упал на полусогнутые ноги, не удержался, и повалился на землю. Вахрушин негромко застонал и выругался, потом привстал и стал оттряхиваться.

Вика выглядывала из окна:

— Сломал ноги?

— Не знаю пока. Все. Тяни канат. Спрячь за кровать. Потом снова сбросишь, когда вернусь.

— Ты не дотянешься.

— Я… Я по решеткам соседским.

Прогресс‑бар маячил у самого конца, и Святкин ждал, нервно обкусывая ногти. Солнце медленно закатывалось за горизонт, а ветер всё усиливался — девятку продувало насквозь. Машина скрипела и подрагивала. Святкин давно перебрался на заднее сиденье: здесь было просторнее — можно поджать под себя ноги и обхватить коленки руками. В руке он держал бутылку пива. Холодная она была ужасно, и он неосознанно перебирал пальцами, стуча по пластику.

Прогресс‑бар улиткой дополз до конца, а потом ноутбук привычным образом задумался. Экран побелел, замигал, и в центре медленно закрутилось проклятое колёсико

— Ну же… Ну же… — шептал Олег, не отрывая взгляда от экрана, — давай же…

Наконец видео загрузилось. Святкин тут же кликнул на пробел. Смотрел, не моргая.

Тридцать секунд хронометража — и всё идеально.

Сначала он не поверил своим глазам. Перемотал на начало, вглядываясь в каждую деталь, выискивая косяки. Потом пересмотрел ещё раз. И ещё. С каждым новым просмотром на лице его разрасталась страшная, почти безумная улыбка.

На шестой раз он так и замер: видео закончилось, а он всё смотрел в экран, будто боялся упустить что‑то важное. Неожиданно для себя он всхлипнул. На глазах от счастья проступили слезы.

Он радостно завопил, выпрыгнул из машины. Обогнул её пару раз, размахивая руками, и закричал в пустоту, посылая Копейкина на все четыре стороны, дрожащим от восторга голосом.

Вдруг послышался рев мотора. Святкин испугался, пригнулся за капотом, а когда разглядел в просвете знакомую фигуру на мопеде удивился ещё больше.

Вахрушин остановился и осмотрелся, вглядываясь в тени кузовов. Не увидев никого, он тронулся дальше.

Олег не выдержал и выглянул:

— Эй! — Закричал он раздраженно и испуганно. — Ты почему не дома!? Ты должен быть дома!

Вахрушин спрыгнул с мопеда и небыстрыми шагами направился в его сторону с чрезвычайно серьезным видом. Он остановился метрах в пяти от девятки.

— Наслышан о твоих успехах. — Сказал он ровно, без приветствий. — Есть продвижения?

Святкин рассмеялся и ответил гордо:

— Продвижения? Я закончил! Frosya project the final! Посмотришь!?

Вахрушин побледнел:

— Ну давай сюда свой Frosya project.

Святкин поманил его рукой и запрыгнул на заднее сидение девятки.

— Серьезно? — Вырвалось у Вахрушина. — Олежа, девятка?

Олег лишь пожал плечами, схватил ноутбук и бутылку и тут же подвинулся. Вахрушин с опаскою сел рядом.

— Ты еще и пьяный… — Прошептал он почти рассерженно.

— Заткнись, а? Смотри…

Вахрушин с большим трудом перенес экскурс по материалу. Он посмотрел все, что Олег ему показал — от «неудач» до нашумевшего «frosyaprojectthefinal».

Этот кошмар не мог оставить равнодушным.

Олег же принялся рассказывать о дальнейших планах.

— Тест по просмотренному?.. — Спросил Вахрушин, вжимаясь в сидение. Он тяжело перенес экскурс по материалу, но старался не показывать ужаса, чтобы точно сойти за своего.

Святкин кивнул:

— Это не сложно. Сделаю сейчас сайт, растяну видео на весь экран, и немножко здесь напишем…

— Я даже не знаю, как спросить. Какой тест можно составить вот по этому?

— Ну, не столько по материалу… Нужно заставить его думать и прилагать усилия. Начнем с простых: «сколько тебе лет?», «кто на видео?»… Было бы славно, если бы за каждый неправильный ответ, громкость увеличивалась.

— И какие будут варианты ответов?

— Ну, по поводу второго, например: «Фрося», «моя сестра» и «шлюха»…

Вахрушину представился Копейкин, открывающий злосчастную ссылку под видом очередного школьного опроса. Как на экране разворачиваетсяэто.

Саша резко махнул рукой и с тяжёлым усилием оторвал диск от провода. Святкин отреагировал моментально: он не потратил ни секунды на то, чтобы бессмысленно завопить или растеряться, а рванулся вперёд, ударил Вахрушина и вцепился в него мёртвой хваткой. Пытался повалить прямо в салоне, затолкать между сидений.

Вахрушин тоже не медлил. Он со всей силы пнул Святкина ногой. От удара они оба сместились, и атака Олега пошла не по плану: Вахрушин налетел на дверь. Она с треском отвалилась и рухнула на землю. Они вывалились из машины кубарем, приземлившись прямо на слетевшую дверь.