Мария Судьбинская – Ряженье (страница 71)

Они вели какой-то простой, неинтересный разговор всю дорогу. Фрося тоже вклинилась, и старалась говорить ни больше, ни меньше.

Остановились они сбоку гаража и притаились. Фрося проверила время:

— Две минуты, и у него обед. Выйдет сам — отлично. Если нет — то ждем пять минут и заходим сами.

Эти две минуты тянулись целую бесконечность, но ровно в положенный срок из-за гаража выпрыгнул Майский. Он завернул за угол, кажется, направляясь в ближайший магазин, и тут же наткнулся на их компанию. Увидев близнецов и Каролину, он не замедлил шага, не кивнул, не поздоровался, и собирался идти своей дорогой, но Фрося с Каролиной одновременно выпрыгнули перед ним.

— Привет! — Сказали они хором, немного неловко.

Майский смотрел на них скорее «никак», чем недружелюбно, и все-таки его отстраненность пугала. Он мельком глянул на Копейкина и тут же обратился обратно к девочкам.

— Что? — Спросил он. — Вам что-то нужно.

Каролина выдохнула и, не отводя взгляда, сказала чётко:

— Да. Нам нужно посмотреть, какие шины к вам привозят. Коммунальные. По отцовскому тендеру.

Майский чуть склонил голову:

— Зачем?

— Затем. — Вмешался Копейкин, отходя от стены. — Просто покажи, где они. От нас-то нечего скрывать.

Майский посмотрел на него также холодно, как и Копейкин на него, и неожиданно продолжил свой пусть, обойдя девочек.

— У меня обед, я в магазин.

Фрося и Каролина пошли за ним, Миша вздохнул презрительно и тоже нагнал их.

— Паша! — Крикнула Фрося, — Ну хорошо, а потом?

— А потом — у меня работа.

— Майский! — Окликнул его Миша. — Цена вопроса вполне себе количественная. Можешь назвать свою.

— Ого, — равнодушно бросил он, — даже так? Зачем же вам, с вашими количественными ценами, смотреть на какие-то шины?

— Просто… надо. — Ответила Фрося.

— Не хочу вас разочаровывать, но сейчас в мастерской нет никаких шин.

— Это понятно… — Сказала Каролина, осторожно подбирая слова. Она нервно крутила кольцо на пальце. — Сейчас-то может и нет. Но когда новые привезут… ты мог бы сфотографировать их?

— Ещё интереснее стало. Получается, от меня требуются ещё и действия? Я должен выслеживать машины и тайком щелкать? Это уже не «посмотреть», это — целое дело.

— Да, Майский, — ответил Миша, перехватывая инициативу, — и за него тебе полагается денежное вознаграждение.

Майский громко, нарочито фыркнул.

— Да иди ты со своим вознаграждением. Принимать денежное вознаграждение от вас — себе дороже.

— И почему это?

— Потому что наличие денег сразу выдает, что вы занимаетесь чем-то странным. Что гнилью пахнет. Не хочу я в вашей маниакальной херне участвовать, в которой вы вечно плаваете. Особенно когда дело касается моей работы. Короче говоря, вопрос ваш изначально дебильный, и вы мутите нечистое. Вы вечно мутите нечистое.

Фрося замешкала, хотела что-то сказать, но Миша резко двинулся вперед, закрыв их с Каролиной собой, и громко ответил:

— Иди ты к чёрту, Майский! «Нечистое» ему! Сиди и меняй свои шины, хоть до потери пульса, если больше ни на что не годен!

— Поугрожайте мне еще, что меня уволят. — Ответил Майский, не обернувшись.

Они втроем остановились посреди на улице. Фрося и Каролина еще недолго глядели Майскому вслед.

— Ну что ты так!? — Вдруг сказала Каролина Мише, крича сквозь только что поднявшийся ветер. — Вот ты сразу с деньгами! Мы еще даже не попытались его разговорить!

Миша посмотрел на нее, опустил руки. От его эмоций ничего не осталось.

— Потому что с ним по-другому бы точно не вышло. — Ответил он, глядя не на Каролину, а на Фросю. — Он сразу был настроен негативно. — Миша наконец обратился глазами к Карельской. — А ты всё ещё думаешь, что можно просто попросить?

— Ничего не получится, если не пробовать вообще. — Ответила Каролина.

Миша продолжил спустя пару секунд:

— Хорошо. Ты права. — И снова он обернулся к Фросе. — Испортил я вашу тонкую дипломатию. Стоило не ввязываться…

— Перестаньте. — Перебила Фрося, зачем-то оттряхивая пальто. — Майский действительно… тот еще мудак… Ну как с ним разговаривать?

— Что делать-то теперь? — Спросила Каролина после неловкого молчания.

— Шины искать. — Сказал Миша как что-то само собой разумеющееся. — Или хотя бы что-то.

Он вдруг развернулся и пошел обратно к гаражу. Девочки — за ним. Копейкин походил вокруг да около, внимательно осмотрелся и обошел здание с обратной стороны. Они вышли на обочину подъездной дороги. Здесь задний фасад гаража был скрыт за высоким сизым забором профнастила. Ворота были стянуты толстой ржавой цепью.

На пригорке неподалеку росли все те же адонисы.

Миша остановился у забора, оценивающе посмотрел на него, и снова вдруг уставился на кучку адонисов.

— Задний двор. — Сказал он девочкам. — Есть шанс, что шины могут храниться там. Им ведь нужна площадка, нужно место.

Фрося неуверенно заправила волосы за уши.

— Нам нужно туда попасть. — Подытожил Миша.

Копейкин прошёлся вдоль всего забора. В паре метров от ворот, у одного из столбов, он присел на корточки.

— Вот. — Сказал он тихо, без торжества.

Нижний угол листа был немного отогнут наружу, будто его нарочно или случайно поддели. Образовался рваный треугольник, уходящий под забор. Сквозь грязный просвет виднелась желтоватая земля. Миша наклонился, почти касаясь щекой песка, заглянул поглубже. На внутреннем дворе угадывались тёмные горы потрёпанных шин

Копейкин улыбнулся:

— Они там. Лезть надо.

— Миша, не пролезем, узко... — покачала головой Фрося.

— Ничего не получится, если не пробовать вообще. — Передразнил он.

— Что не попробовать? Я же вижу! Узко! — Она тоже присела рядом. Край металла на срезе сверкал страшной ржавчиной. Фрося посмотрела на Мишу почти жалостливо. — Послушай, не стоит... можно порезаться, застрять...

— Мне кажется, — начала Каролина, стоя чуть поодаль, — легче уж тогда пробраться в мастерскую и выйти во двор через чёрный ход.

Фрося закивала, обернулась к Мише. Она положила руку ему на плечо.

— Да. Может, так лучше? И безопаснее…

Миша медленно поднял на неё глаза:

— Я пролезу.

Он стал снимать пальто, осторожно сложил его вдвое и передал Фросе, оставшись в одной водолазке. Она испуганно взяла его, а Миша лег на бок, высунул голову и снова осмотрелся: на заднем дворе никого не было.

— Миша, ну не нужно! Что мы делать будем если ты застрянешь? Представь: вызываем мы бригаду, а ты тут под забором лежишь. Стыдно и смешно.

— Не будет такого, какая бригада? Тянуть меня будешь.

— Не буду я тебя тянуть!

— Будешь. — Он упёрся плечом в забор и перевернулся на спину. — Если плечи и грудь пролезут, то весь пролезу.