Мария Судьбинская – Ряженье (страница 63)

Женя погрузилсяв глубокую прострацию. Он уже совсем не понимал, о чем идет речь, и потому чтопромычал в ответ что-то бессмысленное. Писать заявление? Писать заявление —трусость. А теперь, когда на его глазах только что все вывернули против него,где гарантия, что это заявление не сделает хуже?

Пока он пыталсяприйти в себя, инспектор продолжил:

— Материалы потвоему делу, с учётом характеристики семьи и твоей роли, также передаются в КДНдля постановки на учёт… Также, должен кое-что отметить. Я возвращался кматериалам по старому делу о гибели Арины. Оно имеет большое отношению к делуВали. Из-за мотива травли. И хочу сказать, в старом деле я вижу некоторыенесостыковки. Если Валя вернется, мы попросим его и вас снова дать показания постарому делу…

Колядина какоглушило — для него уже не было здесь и сейчас.

Тряпичкин иТукчарская сидели на скамейки недалеко от школы. Главный выход оставался в ихполе зрения. Катя нервно болтала ногами.

— И где они… —протянула она, — почему, блин, этот Копейкин тупой вышел, а они нет?

Тряпичкин пожалплечами. Он смотрел на школу, будто дожидался автобуса по расписанию. Онисидели в молчании еще минуты две, но Катя снова нарушила тишину:

— Эй,Тряпичкин!

— А?

— Че думаешь:Олег на меня еще обижается?

— Не знаю… Недумаю, что он обижается, но ему было неприятно.

— Тоже мне… —она фыркнула и надулась, — сам себя с девяткой сравнил, сам же и обиделся… Нувообще: я извиниться перед ним хочу. И что за мужчины такие обидчивые пошли?Еще извиняться мне тут не хватало!

— Ну извинись.Думаю, он будет рад.

— Вот серьезно:че он развел? Он сам бы меня в жизни не позвал, если бы его Колядин неподтолкнул!

Она ожидала,что Тряпичкин что-то ответил, но все молчал, пристально рассматривая главныйвыход. Катя опустила плечи и нахмурилась.

— Почему тывсегда молчишь? — Не выдержала она.

— Я не всегдамолчу.

— Вот сейчасмолчишь.

— Сейчас я тебеотвечаю.

Катя вскинуларуками.

— Почему впрошлый раз не ответил? — Спросила она с раздражением.

— Не знаю, чтотебе ответить. Ну… Что он развел? Просто ему непонята вся эта тема с вальсом…со статусом…

— Ну ты жепонимаешь! Ты же все понимаешь! Ты же Колядину помогал с Фросей!

— Нет, я непонимаю. — Он покачал головой, — Просто я знаю, что для Колядина это важно. Мневообще вопросы вальса безразличны.

— Да ты что! —Наконец выдохнула она. — Вот правда-правда: тебе ни с кем не хочется танцевать?Ни с одной девушкой на всей планете?

— Нет.

— Ни с одной?Даже с молодой Меган Фокс?

— Кто это?

— Ой, всё! —Катя махнула рукой. — Ну вот с Каролиной! Живой, настоящей! Она одна. Могла быи согласиться. Ты же не страшный. И высокий. Это ж почти всё, что нужно!

— Ну и зачеммне это?

— Да потому чтоона КРА-СИ-ВАЯ! — Нарочно растянула Катя.

— Красивая… —Равнодушно повторил Тряпичкин. — Мне как-то без разницы.

Катяприщурилась.

— Ладно, задамвопрос проще. Вот представь кошмар: тебе с Колядиным нужно встать в пару. Всталбы?

— Мне не нужно.И ему не нужно.

— А ЕСЛИ БЫ! —Она уже почти кричала от ожидания его ответа. — Вот он тебя берёт за руку иговорит: «Миш, нам надо!» И всё!

Тряпичкинзадумался и в итоге устало вздохнул:

— Ну… если быпрямо надоедал… и деваться некуда… то, наверное, встал бы. Чтобы быстреезакончилось.

Катя сноваприщурилась. Она внимательно рассматривала его непоколебимое лицо.

— Тряпичкин… —Сказала Катя медленно и четко.

— А?

— Скажи честно…тебе вообще девочки нравятся?

Тряпичкиннаконец оторвал взгляд от школьных дверей и посмотрел на неё с лёгким,неподдельным удивлением.

— Не понялвопроса. Какие девочки?

Катя замерла.

— Так… Хорошо,Тряпичкин… Перезагрузка. Конкретные примеры… — она призадумалась, — Райли Ридзнаешь? Красивая?

Тряпичкинмолчал, слегка наклонив голову.

— Миа Малкова?Лена Пол?

Он все нереагировал.

— Ева Элфи,черт возьми, Тряпичкин! — Выпалила она, выбрасывая последние козыри, — СвитиФокс!

— Что за именатакие… как у порноактрис…

— Потому чтоэто порноактрисы, идиот! Тряпичкин… Ты… ты не знаешь Еву Элфи! Как это вообщевозможно?..

Тряпичкин пилилвзглядом несчастную дверь, и вдруг – она наконец распахнулась, и с лестницывылетел Святкин. Уже издалека, по одной его походке, было видно, что он зол ирасстроен. Он пулей вылетел за школьные ворота, заметил Тряпичкина сТукчарской, но показательно прошел мимо. Катя вскочила, перегородив ему дорогу.

— Эй! —Крикнула она.

— Отвали! —Рыкнул Олег, пытаясь ее обойти.

— Олег, даподожди!

Катя схватилаего за рукав, но он резко одернул руку.

— Отвали, ясказал!

Святкин все жеобошел ее и ускорил шаг, а Катя в растерянности посмотрела на Тряпичкина, но онлишь пожал плечами. Поняв, что помощи от него она не дождется, Катя бросилась впогоню.

— Да стой ты!Олег! Святкин! Ну что в итоге?

Он резкоостановился и обернулся. Посмотрел на нее сверху вниз сурово. Красными, носухими глазами.

— Че в итоге? —Передразнил он грубо и улыбнулся недобро. — Тебе какая нахер разница? Всё,Кать! Всё, конец! На учёт поставили! В КДН! Или сразу в ПДН — я не понял! Еслии не сразу, то поставят! И настаивать на каком-то там спецучреждении будут!Один чих – и все! Считай, уже в тюрьме я! На пару с отцом Колядина!

— Как же… — Онапосмотрела на него с ужасом. — Олеж… Ну прямо ПДН? Это из-за того, что маматвоя не пришла?

Они немногопомолчал, а потом ответил уверенно:

— Нет. Не из-замамы. А потому что я сам такой. Потому что сказал лишнего. Потому что я, чертвозьми, дышу неправильно! Живу неправильно! Все вечно делаю неправильно…