Мария Осинина – Принцесса Амальгера (страница 5)
Один из них вытащил из-за пояса кожаный кисет, развязал узелок и ткнул в сторону Клио, жестами предлагая выпить. Она глотнула – тёплая сладковатая жидкость пришлась по вкусу:
– Спасибо.
Попутчики радостно загоготали, обнажив в улыбке кривые, изъеденные чёрным камнем зубы, и принялись что-то бурно обсуждать.
Под их ворчание Клио заснула, а проснулась уже совсем в другом месте – на твёрдой лежанке в тёплой комнате. Маленькое оконце напротив кровати, затянутое плёнкой, не пропускало ни единого луча солнца. Может, сейчас вечер или ночь? Сколько же она проспала – несколько часов или суток?
В углу, в каменном очаге, потрескивали поленья. К постели подошла приземистая старуха, по-хозяйски принялась обтирать Клио лицо и руки влажной тряпкой.
В дверной проем просунулась знакомая физиономия – один из давешних попутчиков – и расплылась в кривой улыбке. Клио поприветствовала его жестом и хотела поздороваться, но сил хватило лишь на стон. Заметив это, бабка протянула девушке кружку с питьем, и буркнула:
– Суя, нам-нам!
Переведя дыхание, Клио глотнула. В чашке была уже знакомая сладковатая жидкость. Выпив всё до капли, она почувствовала лёгкое головокружение и снова провалилась в сон.
Сколько времени Клио провела в полузабытьи, она не знала. Её опять куда-то везли, как куклу умывали и переодевали, поили пряным отваром и с непременной улыбкой на лицах показывали пальцем в небо. Какой радушный прием! Клио ощущала уже давно позабытые приливы счастья, когда первое, что чувствуешь при пробуждении, – пьянящий восторг и теплоту во всём теле. Так бывает, пока ты любишь и любим…
Когда Клио пришла в себя в очередной раз, нащупала на себе легкую гладкую ткань. На сей раз её обрядили в богатые яркие одежды. Наконец-то она смогла пошевелить рукой и первым делом потянулась к уху, но вместо клипсы-радиомаяка обнаружила в мочке серёжку с тяжелыми камнями.
Кольца с диктофоном тоже не оказалось не месте. Зато несколько пальцев были украшены перстнями с голубыми и зелёными самоцветами. На шее позвякивали медные мониста. Только этого не хватало! Аборигены стащили её арсенал связи, где теперь искать друзей, куда идти, не зная языка? Да и где теперь те аборигены, которые обнаружили её у места падения шлюпки?
Нынешние попутчики были Клио незнакомы. Парень с девушкой, одетые в чистые нарядные кафтаны, с аккуратными прическами, гладкими лицами и хорошими манерами, обращаясь к ней, с придыханием повторяли:
– Шы-о-мун А-маль-гер!
Клио обрадовалась – голосовые связки у квинтян устроены так же, как и её собственные. Не придется учиться издавать утробное урчание или ультразвук.
Наверное, «Шыомун Амальгер» по-квинтски означает что-то вроде «Добро пожаловать». И в ответ Клио буркнула: «Амальгер Шыомун».
Соседи улыбнулись и показали пальцем вверх. Клио проследила за жестом, но ничего, кроме войлочной крыши не заметила. И тут, наконец, догадалась: аборигены считают, что она спустилась с неба.
Это осложняло ситуацию. С самого начала всё пошло не по плану! Клио не любила таких начал, если уж что получается, то сразу. Или не получается вовсе, значит не стоит биться в закрытые двери, приобретёшь лишь шишки.
Клио высунулась в слуховое окошко. Небо было серым и низким, до самого горизонта простиралась снежная пустыня. К обочинам жались землянки, изредка попадались закутанные в шкуры путники, пару раз мимо пронеслись сани, запряженные белоснежными лохматыми животными, похожими на безрогих яков. Такие же твари были тащили и их повозку, они фыркали и дружно гребли густые сугробы.
Клио зевнула и вдохнула морозный воздух вместе со снежной пылью. Дорога сделала крутой поворот, и впереди открылась белая гряда. Клио обернулась к попутчикам, показала пальцем на окно и вопросительно вытаращила глаза. Те радостно закивали и несколько раз повторили:
– Палангер, Палангер!
Чем ближе они подъезжали, тем отчётливее можно было рассмотреть башни с бойницами. Значит, стена рукотворная. Это город, готический город-крепость.
Самым любым периодом истории у Клио было средневековье, с романтикой рыцарских турниров и культом Прекрасной Дамы. И вот теперь наяву, а не в древней книжке или голографической диораме, довелось увидеть настоящее чудо!
Городская стена была сложена из белого камня, башни венчали алые флаги. Кровь на снегу, почему-то подумалось Клио. Путь внутрь лежал через ров по откидному мосту. У ворот сани остановились и двое грозных мужей с копьями подступили к повозке и откинули полог.
Попутчики Клио опять выдохнули свое «Шыомун Амальгер», показали какой-то свиток, и стражники дали отмашку двигаться вперёд.
Но как только они миновали нарядные белоснежные ворота, город преобразился. Ветхие домишки, тесные улочки, помои под ногами. На ярмарочной площади воняло протухшей рыбой и забродившими ягодами.
Повозка проследовала дальше, и наконец стены расступились, открывая взору белый дворец с высокими тонкими шпилями.
У крыльца сани остановились. Юноша вышел первым и протянул руку Клио. Гостей встречала пышная делегация: мужчины и женщины в роскошных меховых манто пятились, образуя живой коридор.
Клио шла, то и дело наступая на подол непривычно длинного платья. В конце лестницы их поджидал юноша с тиарой на голове:
– Шыомун Амальгер! – сказал он с таким трепетом, таким блеском в глазах, что Клио показалось, будто сейчас он полезет целоваться.
Но парень лишь уткнулся носом в её ухо и горячо выдохнул, обдав резким, неприятным запахом. От неожиданности Клио вздрогнула, но, скрепя сердце, заставила себя улыбнуться.
Остаток дня она провела, восседая рядом с этим напыщенным молодцом во главе огромного стола, заставленного непривычными яствами. Клио недоверчиво смотрела на тарелки – неизвестно, чем они тут питаются, медикаментов под рукой нет. Лучше ограничиться лишь знакомым сладковатым напитком, которым её поили с момента приземления в горах. И это стало её роковой ошибкой.
Какие-то люди приходили и уходили, приветствуя гостью поклонами. После третьего кубка ужасно захотелось спать. Но, собрав остатки сил, Клио внимательно вслушивалась и всматривалась в движения губ и языка аборигенов.
Как все этнографы, она владела техникой нейролингвистического программирования, позволяющей в считанные сроки освоить незнакомый язык.
Квинтская речь по фонетическому строению была необычайно схожа с земной. Когда плотные закатные сумерки окутали зал и слуги зажгли факелы, она уже знала, что её принимают за чужеземную принцессу.
Молодой мужчина, так пылко ухаживающий за ней, – правитель этой страны и зовут его Марон. Окружение – знатные вельможи и гости из соседних государств. В разговорах то и дело всплывали их названия: Мергер, Фанугерд и загадочный Амальгер, принцессой которого её считали.
Клио попыталась было их переубедить, но то ли ужасный акцент, то ли шум за столом, помешали быть услышанной. Однако, едва она намекнула, что устала и хочет спать, к ней тут же подскочили слуги и отвели наверх, в покои, и оставили одну, снабдив небольшим факелом.
Света в спальне не было, и Клио осторожно пошла вперёд, чтобы не споткнуться. Обстановка оказалась спартанской, но вполне приличной. В одном углу соорудили очаг, в другом поставили кровать, в третьем – предусмотрительно установили большое корыто. В центре комнаты красовался бюст короля Марона, будто каменный страж, охранявший путь гостьи от ванны до постели. Клио разглядела в этом недвусмысленный намёк и решила запереть дверь на засов изнутри. Однако замка на двери не оказалось, и она пошла исследовать комнату дальше.
Четвёртый угол был пуст, и Клио совершенно бесцельно подошла к нему, освещая факелом стены. Пламя дёрнулась в сторону. Клио присмотрелась к каменной кладке, но ничего необычного не обнаружила, кирпичи были ровно подогнаны друг другу.
Тогда она попыталась простучать стену. Слева камни издавали глухие вязкие звуки, справа – сухие и звонкие. Так звучат пустоты. Интересно, что здесь скрывают? Тайник, потайной проход? Что бы это ни было, ей повезло заполучить такую хитрую спальню.
Стукнула входная дверь, и Клио поспешила вернуться к постели. В комнату вошли две девушки: одна с подсвечником, другая с вёдрами. Пока первая занялась очагом и освещением, вторая наполнила корыто горячей водой.
Искупавшись и одевшись с помощью служанки, Клио забралась под одеяла и подвела итог минувшей неделе. Она оказалась выброшенной, как слепой котёнок, в незнакомом мире совершенно одна, без связи с «Гостомыслом», не имея ни малейшего представления, что случилось с остальными участниками экспедиции.
И этот дурацкий холод изведет её окончательно, если раньше не добьёт то сладкое пойло, от которого шумело в голове.
Точно! Суя или как там её, наверняка содержит какое-то наркотическое вещество. Клио вспомнила о периоде истории, когда земляне любили расслабляться, употребляя продукты, содержащие этиловый спирт и галлюциногены. Теперь выпала возможность самой ощутить все прелести средневековья.
Хотя в её теперешнем положении есть и положительные моменты: гостью приняли за свою, оказали радушный прием, язык квинтян довольно прост в изучении, и за всё время, прошедшее с момента высадки на планету, она ни разу не вспомнила о Ниле.
С этой мыслью Клио и уснула, не подозревая, что совсем скоро всё изменится…