Мария Морозова – Ядовитый Шиповник (страница 6)
– Ядовитых и лекарственных, на минуточку, – строго заявил Норг. - Хотя мне такое разделение кажется избыточным и необоснованным. Ибо все есть лекарство и все есть яд, эффект зависит лишь от дозы. Впрочем, вам, Флор, наверняка известно, что можно трогать, а к чему лучше даже не подходить. Иначе бы вас сюда не взяли.
– Разумеется, – подтвердила я. - И можно на «ты».
Мужчина поправил очки и кивнул. Я повернулась к Ялмеру.
– А что курируешь ты?
– Дендрарий. Не один конечно, вместе с лиссой Берген. Но ее сейчас нет. Еще здесь работает лесс ван Кроутен – декан природного факультета в местном универе.
– Он занимается научными исследованиями, – произнесла Ариана, отчего-то бросив на Ялмера хмурый взгляд. - Как и лисса Артвер.
– Еще есть Мортина, куратор водных растений, и Стефан – он по цветущим. Плюс еще обычные садовники, рабочие, хозяйственники, даже секретари, - продолжил Ялмер. - У тебя будет возможность познакомиться со всеми сразу. Через три дня у лесса ван Ноблина день рождения. Он устраивает небольшие посиделки для сотрудников прямо тут, в зале для презентаций.
– О, здорово. Я приду.
– Тогда, если не возражаете, мы продолжим, - произнес Норг. - В пруду завелась условно-ядовитая багровая пузырчатка. Решаем, что с ней сделать: оставить, как есть, и контролировать или перенести в отдельный аквариум в оранжерее.
– Решайте, - хмыкнул Ялмер и махнул мне. – Пойдем, покажу, где у нас комната отдыха.
Мы отправились дальше. И когда отошли на достаточное расстояние, Ялмер сообщил:
– Норг работает тут уже десять лет. Он немного занудный и не всегда понимает юмор, но не злой. А Ариана устроилась сюда два года назад.
– Они родственники? Похожи очень.
– О да, – вздохнул Ялмер. – Там все сложно. Впрочем, лучше я расскажу тебе сам, чем это сделают слухи. Они и правда родственники. Брат и сестра. Только Норг, лесс ван Тар, законнорожденный. А Ариана – нет. Сходство стало очевидно, когда Ариана устроилась сюда на работу. Пусть несерьезно, но этим их подкалывали все, кому не лень, и Норг, чтобы заткнуть болтунов, решил проверить кровь. Вот только вместо опровержения вышло совсем наоборот.
– Представляю, - я усмехнулась.
Ситуация была хоть и неприятной, но не чем-то из ряда вон. Далеко не все супруги хранили друг другу верность в браке, поэтому чужие внебрачные связи никого не удивляли. И последствия этих связей тоже. Если уж даже наш король умудрился «отличиться» и вместе с законными детьми воспитывал бастарда…
– Для Норга это было шоком. Он не представлял, что у него есть сестра. Хотя стоило бы задуматься, старший лесс ван Тар тот еще ходок, как мне говорили.
– А дар, видимо, достался обоим от отца, – я кивнула.
– Да. Когда все вскрылось, Норг и Ариана долго цапались. Но потом примирились и сейчас вполне себе нормально работают. Хотя своего неожиданного отца Ариана так до сих пор и не признала.
– Сложно осуждать ее за это.
– Ну а так у нас хорошо. Козни никто не строит, интриги не плетет. Каждый просто занимается своим делом.
Мы вернулись к зданию администрации. Ялмер завел меня внутрь через боковую дверь и обвел рукой коридор.
– Санузел, раздевалка, кухня и кабинет. В раздевалке шкафчики – выбери себе свободный и пользуйся. Там же можно оставить грязную рабочую форму. Раз в неделю ее забирает прачечная. На кухне – чай и печенье для всех.
– Спасибо, – я улыбнулась.
– В общем, не скучай. А я побежал, работы много.
Ялмер ушел. Я осмотрела домик, оставшись довольной. Сложила сумку и часть каталогов в шкафчик под номером «десять». И, прихватив фолиант потолще, отправилась изучать ботанический сад.
Я оказалась права, и многие растения были знакомы без всяких подсказок. Часть из них приходилось видеть в университете, часть – в естественной среде обитания на многочисленных практиках. Большая территория этого сада была разбита на зоны, в каждой из которых росло что-то свое: коллекция цветущих кустарников сменялась могучими древесными гигантами, пышный розарий – луговыми травами и прудом. А вот редкие растения, за которыми предстояло присматривать мне, встречались везде: и на открытом воздухе, и в теплицах. Например, золотая ночница, когда-то чуть не истребленная из-за своих лечебных свойств, любила расти у воды. Сон-трава, расцветающая всего на пару часов раз в три года, предпочитала густую лесную тень. А длинные мясистые корни кровохлеба признавали только жару и песок.
Места с редкими растениями я запоминала особенно тщательно. Не бегать же потом по саду с картами или каталогами.
Пройдясь по прудам и протокам, я разделалась с водяными растениями и свернула к цветущим кустарникам. Целая аллея магнолий, к сожалению, только-только начинала растить бутоны во второй раз, зато дальше по дорожке виднелись пышные шапки гортензий всех оттенков синего и лилового. Я завернула к ним, чтобы полюбоваться, и наткнулась на незнакомого парня. Худощавый блондин сидел на скамейке и рисовал что-то в альбоме. Заслышав мои шаги, он замер и поднял голову.
– Добрый день, - поздоровалась я.
– Добрый, - тихо ответил парень. Его взгляд упал на каталог в моих руках. – Знакомая обложка. Каталог…
– Хм, да.
– Вы работаете здесь? Не видел вас раньше.
– О, сегодня мой первый рабочий день.
– Вот как, - он чуть улыбнулся. - Поздравляю. Это ведь повод для того, чтобы поздравить?
– Конечно, – согласилась я. - Меня зовут Флор.
Парень осторожно отложил альбом и поднялся, чтобы поклониться.
– Герт ван Эльст, к вашим услугам.
– Очень приятно, - пробормотала я.
Фамилия была мне очень хорошо знакома, да и не только мне. Не далее, как вчера я сама вспоминала об этом семействе, чтобы привести маме пример людей, кому так и не удалось стать настоящей семьей. Странная смерть лессы ван Эльст, матери Герта, наделала тогда много шуму, хоть лесс и постарался все замять. Да, следователи не усмотрели криминала, но почти все были уверены, что лесса свела счеты с жизнью, устав от безразличия мужа. Ведь даже рождение наследника не сплотило супругов. На сына лессу ван Эльсту было наплевать так же сильно, как и на жену.
Неудивительно, что выросший в такой обстановке парень сильно отличался от своих сверстников. Я слышала, что у Герта так и не раскрылся магический дар. Он избегал светскую жизнь и предпочитал проводить время в одиночестве.
– Вы любите цветы, Флор? – спросил ван Эльст, не подозревая, какие мысли бродят у меня в голове.
– Очень, - призналась честно. - Иначе не пришла бы сюда работать.
– Это хорошо. Мне нравится, когда люди любят то, что делают.
– А вы… рисуете?
– Рисую, - кивнул он, опуская взгляд на свой альбом. – Многие говорят, что у меня талант. Сейчас я делаю иллюстрации для книги, которую собираются выпустить к двухсотлетнему юбилею сада. И эскизы для благотворительных открыток. Они будут продаваться в сувенирной лавке.
– Здорово.
– Хотите взглянуть?
– С удовольствием.
Я шагнула ближе. Ван Эльст показал свой альбом. И мне хватило пары страниц, чтобы признать: у парня действительно талант. Цветы были нарисованы настолько детально, что даже роса на лепестках казалась настоящей.
– Потрясающе, - совершенно искренне оценила я.
– Спасибо, - он кивнул, смущаясь. - Если хотите, я могу и вам нарисовать цветок.
– Мне?
– Да. Ваши коллеги сами называли цветы, которые хотели бы видеть на открытках. Поэтому вы тоже можете выбрать то, что вам больше всего нравится.
— Надо подумать, – пробормотала я, листая альбом. – Чтобы не повторяться.
Эскизов уже хватало. Роза и ландыш, тюльпан и магнолия, гиацинт, клематис, фиалка, сирень. Был там и затейливый цветок пассифлоры, и нежный колокольчик, и даже ядовитый аконит. Наверняка последний заказал себе Норг ван Тар, как и едкий лютик. А вот что же выбрать мне…
– Пусть будет пион, – в итоге решила я. – Кажется, пиона у вас еще не было.
– Не было, – согласился ван Эльст.
– И шиповник. Мне очень нравится шиповник.
– Шиповник? – раздался за спиной незнакомый голос, в котором словно бы чудилась насмешка. - Какой неожиданный выбор.
Я резко развернулась. А развернувшись, вздрогнула и тут же присела в реверансе, совсем забыв, что в брюках это выглядит нелепо. Потому что узнала человека, который неслышно подкрался к нам со спины.
– Ваше Высочество, - пробормотала я, разглядывая камни дорожки. - Добрый день.
– Ваше Высочество, - тихо повторил ван Эльст, склоняясь в легком поклоне.
– Добрый, ван Эльст. А вы…
– Флор ван Дарен, к вашим услугам.