Мария Монте – Звезда моря (страница 4)

Ясно, что написано наспех, и Агнесса сама видела в слепке воспоминания, как она торопилась. Но она уделила этому время. Это должно что-то значить. Тут Агнесса выпрямилась в кресле. И как она раньше не додумалась? Все намного проще. Никакой магии, просто старый-добрый детский игральный шифр, когда по первым буквам слов пытаешься сложить одно загаданное. Агнесса вихрем подлетела к письменному столу и, обмакнув перо в чернила, начала писать, перебирая варианты. Если складывать по порядку, получается ерунда. С конца – тоже. Значит, по строкам. Исписав несколько листков, наконец она нашла то, что искала.

«Боюсь, что мне

Рано утром необходимо

Ассистировать в своем городе

Тревожиться обо мне не нужно».

БРАТ.

Глава 3

Пока что появившаяся зацепка ничего не давала, но это было лучше, чем ничего. Поначалу Агнесса думала, не съездить ли в родной городок Рии, чтобы расспросить местных о ней и ее брате, если таковой существовал. Но потом отбросила эту идею. Ей нельзя сейчас уезжать. Ройсу и остальным пригодится ее сила, если вдруг придет беда. Да и пропустить королевский визит означало бы навлечь на себя гнев монаршей особы и еще больше вопросов. Поэтому записку Рии и свою расшифровку она аккуратно скрутила и спрятала в одну из маленьких склянок у себя на кухне. На всякий случай Агнесса задвинула ее другими баночками, чтобы не бросалось в глаза, если кто пожелает заглянуть сюда и полюбопытствовать о чем-либо. После не слишком умело поставленной защиты у озера нужно быть начеку.

Наступил день праздника Белтайн. Или, как старики его называют, Сияющий Огонь. К вечеру все огни в академии и домах погаснут, чтобы на самом высоком холме засияли огромные костры, которые должны задобрить богов и дать людям защиту и хороший урожай. Агнесса уже сплела венок из листьев рябины, боярышника, цветов примулы, утесника и болотной календулы и повесила его на дверь. Эти растения с давних пор считались священными в этот праздник. Спать в эту ночь не принято, ведь грань между миром мертвых и живых становится тоньше, а во сне кто угодно может оказаться беззащитен перед древними силами, которые живут за этой завесой. Майский шест установили еще вчера и тоже украсили венком и длинными лентами с цветами, чтобы водить вокруг хороводы и танцевать, пока всю ночь горят костры. Рядом с будущими кострами установили большие деревянные столы со скамьями, чтобы люди, пришедшие из соседнего городка на праздник, могли насладиться пивом, сдобным хлебом и различными закусками. Но также для бальных танцев подготовили и большой зал. Неизвестно, где его королевское величество захочет провести время. К некоторым ученикам, кто приехал не из совсем дальних краев, приедут родители. Обычно, это были люди из знати, не всем было по карману обучать свое чадо магическому мастерству. Но для талантливых юношей и девушек из бедных семей существовала стипендия, поэтому среди гостей могут быть и люди из сословий пониже. В этот праздник редко кто обращал внимание на социальный статус, все чувствовали некое единение и равенство перед древними богами. Разумеется, к королю подобное не относилось, и его везде было положено принимать с должными почестями.

Помня об этом, Агнесса уделила своему туалету в этот день особое внимание. Приняв ванну с любимым маслом орхидеи, она высушила волосы и аккуратно их расчесала, разделив на прямой пробор. Капнула ароматическое масло так же и на гребень, и после расчесывания волосы засияли словно гладкий черный шелк. Она закрепила на волосах зеленую ленту с мелкими изумрудами, которые будут сверкать маленькими звездами в отблесках огня. Платье Агнесса тоже выбрала зеленых оттенков, из тонкого бархата, с глубоким треугольным вырезом на груди. Лиф был расшит мелкими бутонами бледно-розового вереска, верх платья был цвета весенней травы под майским солнцем, а к низу цвет плавно переходил в насыщенный зеленый, как листья папоротника после дождя в пасмурный день. Подол был так же расшит вересковым узором по всей нижней кайме, но цвет бутонов был насыщенно-лиловым. Рукава расширялись от локтя и переходили в кружевные шлейфы, которые будут эффектно развеваться во время танца. Кроме ленты в волосах, из украшений Агнесса выбрала только один крупный изумруд неправильной ромбовидной формы в золотой оправе, на широкой золотой цепочке. Образ идеально подходит под весенний праздник. Агнесса внимательно осмотрела себя в слегка мутное зеркало во весь рост и осталась довольна.

“Если ты не хочешь привлекать внимание короля, то твоя затея с треском провалится”, – раздался у нее в голове голос Фарго.

Она обернулась и улыбнулась ему. Он стоял в дверях спальни.

–Что ж, женщина всегда остается женщиной, и может позволить себе некоторые противоречия, – лукаво ответила она.

Они вместе вышли из дома и направились к главному корпусу Велесфора. На пороге уже стоял Ройс, в парадном костюме, но с взъерошенными от волнения волосами. Увидев Агнессу, он на секунду забыл о своих тревогах и присвистнул.

– Ну ничего себе! Ты произведешь фурор на празднике, как и всегда, впрочем.

– Ты слишком галантен, – буднично ответила она, держа руку на холке Фарго. Все же не только для Ройса приезд его величества был волнителен, особенно в свете недавних событий.

– Ах да, я так и не спросил, ты сходила к озеру? Что-нибудь увидела?

Мышцы на шее Фарго напряглись под ее рукой.

– Нет, только как она туда шла, – сказала она полуправду, – дальше ничего. Ты знаешь, может она и вправду уехала и еще вернется.

– Я бы допустил эту возможность, но у нас же еще двое пропавших наставников, – возразил Ройс.

От ответа Агнессу избавила карета, с грохотом въехавшая на подъездную аллею. Запряженная четверкой белоснежных лошадей в золотистых попонах, огромная, тоже золотистого цвета карета с резными узорами, представляла собой впечатляющее зрелище.

– Потом, – шепнула она и присела в низком реверансе, когда карета развернулась и остановилась.

Ройс тоже застыл в поклоне, пока два лакея спрыгнули с запяток и бросились один – открывать дверь, второй – подать руку королю и помочь ему шагнуть на землю.

– Мои дорогие, как приятно вновь видеть вас! – слащаво воскликнул он, едва сойдя на землю.

Это означало, что поклон с реверансом можно было закончить.

– Мы тоже очень рады, для нас большая честь принимать Ваше Величество в нашем скромном учебном заведении, – произнес Ройс явно отрепетированную реплику.

– Белтайн с Вами в этом году станет по-настоящему особенным, – учтиво добавила Агнесса.

– Агнесса, вы услада для моих глаз, – с нескрываемым восхищением произнес король, запечатлев долгий поцелуй на ее руке.

– Мой король Октант, не пора ли нам пройти внутрь? – раздалось сзади деликатное покашливание.

Агнесса воспользовалась моментом и, не без некоторого усилия, и мелькнувшего разочарования на монаршем лике, вернула себе свою руку, поблагодарив советника про себя за этот отвлекающий маневр.

– Элсмир, мы очень рады и вам, – кивнул Ройс.

– Ректор, заместитель ректора, – раскланялся Элсмир сразу с обоими.

Они представляли собой интересное зрелище: король Октант был не высок ростом, с рыжими волосами и бородой с проседью, с уже наметившимся брюшком от излишеств королевской кухни. А его маг-советник Элсмир был почти на голову выше своего суверена, широк в плечах, с почти черными волосами, зачесанными назад и перехваченными сзади кожаным шнурком. Со своими золотистыми глазами они с Агнессой представляли собой гармоничную пару, что не укрылось от Ройса, который смерил ее ревностным взглядом.

– Ну что ж, пройдемте в академию? – попыталась разрядить атмосферу Агнесса.

– Праздник начнется ближе к вечеру, вас проводят в отведенные вам покои, чтобы вы отдохнули с дороги, и потом, если Вашему Величеству будет угодно, то мы проведем экскурсию и представим вам наших учеников и наставников, – сказал Ройс.

– Если они еще остались, – пробормотал себе под нос Элсмир.

Его слова не укрылись от Агнессы, и она пристально взглянула на него. Не зря Ройс предполагал, что слухи докатились до самых верхов.

Вдруг Фарго, которого обделили вниманием, слегка зарычал. Из кареты неспешно и грациозно вышла рысь размером с пуму, с рыжевато-бурой шестью и длинными кисточками на ушах.

– Лико, ты помнишь Фарго, – сказал Элсмир с легкой усмешкой, на что Лико лишь фыркнула, смерив волкодава надменным взглядом. Они всегда держались друг с другом с некоторым высокомерием, даже когда Элсмир был студентом академии почти сто пятьдесят лет назад.

Редко какому студенту удается сделать такую карьеру как у Элсмира и стать королевским магом, но для этого у него оказались все данные. Его сила была велика, и способности он развил не хуже, чем Агнесса. Он так же владел управлением временем на тонком плане, мог выявлять чужую магию и строить мощные защитные заклинания. Ей всегда были чужды политические игры, но мужчины-маги зачастую были очень амбициозны и стремились достичь больших высот. Обычно ученики к последнему курсу обучения уже проявляли все, на что они способны, и их распределяли на дальнейшие должности в королевстве: кто-то шел в военачальники, кто-то в сельское хозяйство или на различные производства. Кто-то становился поэтом, у кого в способностях было умение слышать муз. Другие выбирали остаться в академии подмастерьями наставников, чтобы когда-нибудь самим стать таковыми. С помощью своей магии они достигали успеха на своих должностях, а значит несли королевству пользу наряду с золотом в его казну. Каждый находил свое место в Олеарии, в этом была задача Велесфора, выявить способности тех, кто здесь обучается, и применить их в лучшем виде.