Мария Милюкова – Дракон на помидорах (страница 3)

Красные пузатые помидоры, казалось, сами прыгали в ладонь. Стоило только дотронуться, как овощ отрывался, а ветка, освобожденная от веса, благодарно выпрямлялась. Сама не заметила, как наполнила с десяток ящиков.

– Я опоздал или это ты тут безвылазно сидишь? Духота какая! Жабры еще не выросли?

– Остряк невозможный, – пробубнила я, не отвлекаясь от сбора урожая, – блещешь новизной и остроумием. Ящик бери и вперед.

– Куда? Я? – искренне удивился Эдмундо. – Что я должен сделать, не понял?

– Ящик брешь, ставишь под куст, помидоры аккуратно складываешь. Красные – отдельно, желтые – отдельно.

– А зеленые или половинчатые? – парень вгляделся в полузрелые плоды и даже принюхался.

– Их не трогай, пусть наливаются.

– Как яблоки?

– Как яблоки.

– И сколько ящиков собирать?

– Вот отсюда, – я махнула рукой, обозначая куст. – И до обеда.

– Пф-ф… Нормальная математика… А после обеда?

– До ужина. Не выноси мозг, работай.

– Злючка, – без злобы в голосе ответил дракон и, к моему огромному удивлению, принялся собирать томаты, предварительно закатав рукава шелковой рубахи. А где вопли возмущения и обещания кары, что неминуемо обрушится на мою голову за совращение дитятка физическим трудом?

ГЛАВА 3

Сбор урожая проходил… странно. Я косилась на Эдмундо. Эдмундо раздевался. Сначала парень, не отрываясь от работы, расстегнул верхние пуговицы рубашки, потом …все остальные пуговицы. Затем вовсе стащил с себя рубаху и небрежно отбросил её на пустой ящик, ожидавший своей очереди в проходе между кустами.

Ему было жарко.

Мне тоже.

Это что же такое делается да на вверенной мне территории? Я должна смотреть на мясистые помидоры, а не на мясистые… части мужского тела!

Мозгом я это понимала, а вот глаза, казалось, жили своей жизнью: я не могла оторвать взгляд от рельефного загорелого тела, от капелек пота, блестевших на коже, от длинных пальцев Эдмундо, хватавших томаты.

– Безобразие какое, – прорычала я, с трудом отводя взгляд от дракона.

– Где? – тут же откликнулся Эдмундо и провел пятерней по волосам.

О-ой… Как завлекушечно провёл-то!..

– Ой, закройся!

Дракон послушался. Замолчал. Даже странно. Сбор продолжился. Ещё два ящика наполнились красными крепкими помидорами.

– Марго?

– Ша! Марго-ша! – поправила я парня, не отвлекаясь от сбора. – Чего?

– А что с твоим лицом?

Я замерла, прокрутила в голове вопрос, перевела взгляд на дракона. Весь из себя красивый полуголый парень сидел на корточках и смотрел на меня с удивлением и заботой.

Издевается?!

– А что с твоими помидорами? Катрин не все отдавила?

Пришла очередь дракона думать.

Думал он долго. Аккурат один ящик. Потом не выдержал и снова нагло влез в мои мысли:

– Твое лицо, – это ожоги? Или гормоны? Или аллергия? Ну не родилась же ты с такой кожей?!

Вот хам!

– Катрин идет, – ляпнула я.

– Где? – тут же среагировал парень и осмотрелся.

– Именно! – возрадовалась я. – Думай о своих проблемах, а не о моих. Собирай.

– Катрин – это не проблема, это катастрофа, – буркнул Эдмундо и подвинул ближе к себе очередной пустой ящик.

– Сам виноват.

– Это да. Тут даже спорить не буду.

Мне парня было даже жалко, – Катрин и правда несколько… влюбчивая. И очень прилипчивая. Как пиявка. Если она выбирала цель, то шла тараном, не замечая преград и сопротивления. Парни, которым не хватило мозгов от неё свалить вовремя, потом разыгрывали целые представления, чтобы избавиться от любвеобильной девчонки. Обычные разговоры не помогали. Катрин не устраивали объяснения: «полюбил другую», «ты меня не устраиваешь» и «дело не в тебе, а во мне». По мнению Катрин, такое было просто невозможно: заметить другую девчонку, когда рядом она – исключено, найти в идеальной ей хоть один минус – нереально, а «дело во мне» и вовсе звучало как бред – не может плененное её красотой мужское существо думать в принципе и тем более о себе.

Зато всё еще срабатывали:

Шел, упал, очнулся – гипс, да, прямо на том самом месте гипс, сломал напрочь, теперь я евнух.

Умер.

К слову, второй уловкой воспользовались только двое за прошедший год, оба – выпускники. Я пару раз видела их в городе, думать боюсь, что будет, если и Катрин на них наткнется.

– Марго… ша?

– Что?

– А давай заключим взаимовыгодный договор?

– Чего?!

Эдмундо глянул на меня, подкинул в руке спелый помидор и протянул его мне:

– Я тебе, а ты мне. Понимаешь?

– Мне помидор? А зачем он мне сдался, я интересуюсь? У меня их целая теплица.

– Не понимаешь, – расстроился Эдмундо и вернул томат в ящик. – Я тебе золото, а ты мне прикрытие, так понятнее?

У меня чуть мозг не вскипел. Может, из-за того, что в теплице становилось всё жарче. И влажнее. И душнее. Есть такое слово – «душнее»?

– Маргоша?

– Что?

– Не хочешь золото, назови свою цену.

Я вздохнула. Осмотрела заросли и количество спелых и поспевающих плодов, взгрустнула: до вечера сидеть буду. А потом ещё ящики таскать надо: наполненные – под навес, пустые – к парнику. Умаюсь. Как пить дать, умаюсь!

– Марго?!

– ША! ЧТО?!

– Ты скажешь, что я тебе помогал весь месяц, идёт? А я за это не буду мозолить тебе глаза и путаться под ногами. Что ты за это хочешь?

Месяц?! То есть, я совру ректору, а за это дракон исчезнет с глаз моих? А если Катрин заметит? Не «если», точно заметит. Она же ястребом у штанов Эдмундо вьётся! А если сам ректор догадается? Тогда меня отчислят. Или балл снизят. Или продлят практику ещё на месяц. А то и на два! Я. Тут. Помру-у-у!

– Ты себе крем от ожогов купишь, – продолжил уговаривать меня парень и ослепительно улыбнулся. – Много кремов! На год хватит!

– Что ты привязался к моему лицу, честное слово?!