Мария Марцева – Загадки Таисии Цветковой: расследует кот (страница 13)

А вот Аркаша… Аркаша заходил вчера же, аккурат после Галины. И тётушка, наливая мёд, отлучилась в кладовку за банкой — на добрых пять минут, оставив парня в горнице совсем одного, без всякого пригляда. Пять минут наедине с комодом — времени хоть отбавляй.

Вот и сложите всё вместе, дорогие мои сыщики. Ключи были на месте вчера утром. Степан заходил позавчера и в день пропажи на участке не появлялся — отпадает. Галина сидела вчера на виду у тётушки, отлучиться к комоду не могла — отпадает. А вот Аркаша вчера же оставался в горнице один на целых пять минут, без пригляда, пока тётушка лазила в кладовку. И Персик ворчит именно на корзинку, которую Аркаша принёс да забыл забрать.

Так кто же стащил ключи от чужого добра? И — главное — где он их спрятал, если при выходе его никто с ключами не видел и в карманах вынести побоялся? Подумайте хорошенько, прежде чем переворачивать страницу! Тут вся хитрость в том, куда ловкач припрятал украденное, чтоб вынести потом, не вызывая подозрений.

А пока вы размышляете, расскажу вам забавное. Персик мой, наворчавшись на плетёную корзинку, не угомонился, а запрыгнул на стол, подобрался к ней вплотную и принялся сосредоточенно рыться лапой в тряпице, которой та была прикрыта изнутри. Рылся-рылся, а потом вдруг изловчился и вытолкнул из-под двойного донышка — а у корзинки, я приметила, дно было хитрое, с потайным отделением для гостинцев — что-то блестящее. Тётушка ахнула, всплеснула руками: «Тасенька, да это ж Петькины ключи!» И впрямь — связка ключей от дома и сейфа Воробьёвых преспокойно лежала в потайном донышке Аркашиной корзинки. Вот тебе и забыл забрать. Серафима Ивановна, бедная, аж села: «Аркаша-то, племянничек Галинин? Да я ж его с пелёнок знаю!» А я ей: вот потому-то, тётушка, он и рассчитывал, что на него, такого знакомого да родного, никто и не подумает. Спрятал ключи в свою же корзинку с двойным дном, оставил её у тебя как бы по забывчивости, чтоб через денёк-другой зайти, забрать «забытое» — да с ключиками-то и улизнуть. Чисто придумано, да только Персика моего не проведёшь.

Разгадку этого дела, как водится, ищите в конце книги. А мы с Персиком пока посторожим эту корзиночку с секретом да дождёмся, когда Аркаша заявится за своим «забытым» добром.

Разгадка: Где спрятаны ключи?

Ну что, дорогие мои дачные детективы, настал час подвести итог седьмому делу и назвать имя того, кто польстился на чужие ключи. Надеюсь, вы не дали себя разжалобить родственными связями и не отмахнулись от «своего парня, которого с пелёнок знают». Объявляю официально: ключи от дома и сейфа Воробьёвых стащил Аркаша, племянник болтушки Галины. Тот самый смазливый парнишка двадцати лет, что забегал занести баночку мёду. А спрятал он украденное так хитро, что без моего рыжего нюхача я бы, пожалуй, и провозилась. Сейчас всё разложу по полочкам, как я люблю, чтобы вы убедились: тут не везение, а чистая арифметика времени да внимание к деталям.

Начнём, как полагается порядочному сыщику, с самого главного — со времени. Это, дорогие мои, мой любимый инструмент, надёжнее любого замка. Когда тётушка в панике металась по горнице, я первым делом усадила её и принялась дотошно выпытывать: а когда ты, Серафима Ивановна, в последний раз своими глазами видела ключи на месте? И тётушка, поднапрягшись, вспомнила: вчера утром, когда доставала из комода скатерть к приходу гостей, связка преспокойно лежала под скатертями. Вот вам и отправная точка, золотая моя ниточка. Ключи были на месте вчера утром. Значит, украли их позже — вчера днём или вечером. А всё, что было до вчерашнего утра, можно смело отбрасывать. Запомните это намертво: прежде чем гадать кто, установите когда. Точное время превращает толпу подозреваемых в одного-единственного человека.

И вот, установив это «когда», я взялась за троих гостей по очереди, отсеивая их, как зёрна от плевел.

Степан, угрюмый сторож. Первый, на кого по привычке косятся, — нелюдимый, неприветливый, лицо подозрительное. Но, дорогие мои, я вас уже не раз учила: подозрительное лицо — не улика. Глядим на факты. Во-первых, Степан заходил к тётушке позавчера — то есть ещё до того утра, когда ключи лежали на месте. Стало быть, после его визита связка была цела, и он тут ни при чём. А во-вторых, в самый день пропажи Степан вообще на тётушкином краю участка не появлялся — он чинил забор на дальнем конце кооператива, и это видели человек пять дачников. Алиби людное, проверяемое, крепкое. Степан отпадает начисто. Вот вам ложный след номер один, расставленный мною честно: угрюмый да неприветливый — первый кандидат в подозреваемые для невнимательного глаза, но у времени и фактов своя правда.

Галина, болтушка-сплетница. Заходила вчера — то есть уже после злополучного утра, в нужном временном окошке. Казалось бы, вот она, могла. Но тут выручила тётушкина наблюдательность. Галина, пока трещала языком, сидела на диванчике у окна — далеко от комода. А тётушка, хлопоча на кухне, видела её всё это время через открытую дверь, потому что болтали-то они без умолку, перекрикиваясь из комнаты в комнату. Стоило Галине умолкнуть да отойти — тётушка тут же заметила бы паузу в трескотне, насторожилась бы. А раз трещала без передышки и с дивана не вставала — к комоду подобраться не могла. Алиби, можно сказать, звуковое: пока язык работал без остановки, руки до чужого добра не дотянулись. Галина отпадает.

Остаётся Аркаша. И вот тут всё сошлось копейка в копейку. Заходил он вчера же, аккурат после Галины — стало быть, в нужное время. А главное — тётушка, наливая ему мёд, отлучилась в кладовку за подходящей банкой на добрых пять минут, оставив парня в горнице совсем одного, без всякого пригляда. Пять минут наедине с незапертым комодом! Этого, дорогие мои, за глаза хватит, чтобы выдвинуть ящик, пошарить под скатертями да вытащить связку. Вот вам и возможность — единственный из троих, кто оставался один на один с комодом в нужный промежуток времени.

Но самое интересное в этом деле — не кто, а где. Где спрятаны ключи? Ведь название наше именно про это. Подумайте сами, дорогие мои: украсть-то мало, надо ещё вынести, не попавшись. А тётушка моя, хоть и хлопотунья, но приметливая — заметила бы, если б парень совал что-то в карман, оттопыривал куртку, вёл себя суетливо на выходе. И вот тут Аркаша придумал ход, который казался ему гениальным. Он не понёс ключи в кармане — рискованно. Он спрятал их в свою же плетёную корзинку из-под мёда, в потайное двойное донышко, которое в таких корзинках делают для гостинцев. А корзинку «забыл» у тётушки. Якобы по рассеянности. На самом же деле — нарочно! Расчёт был тонкий: пустую корзинку никто проверять не станет, она примелькается, постоит денёк-другой в углу, а потом Аркаша зайдёт «за забытым», подхватит её — и унесёт ключи вместе с тайником, не вызвав ни малейшего подозрения. Чисто, аккуратно, с расчётом на родственное доверие. Кто ж заподозрит милого племянника, которого с пелёнок знают, да ещё в банальной забытой корзинке?

А вот кто заподозрит — так это мой Персик. И тут он показал себя во всей красе. Помните, как рыжий бродил по горнице? Мимо стула Степана — спокойно. У места Галины потоптался — ничего. А у плетёной корзинки в углу замер, принюхался и утробно заворчал, да ещё лапой поддел край тряпицы. Кот учуял на корзинке чужие руки, а может, и металлический дух ключей сквозь двойное дно — нюх-то у него отменный, не мне вам рассказывать. А после и вовсе довершил дело: запрыгнул на стол, порылся лапой в тряпице и вытолкнул из потайного донышка ту самую блестящую связку. Вот вам и ответ на главный вопрос — где спрятаны ключи. В корзинке с двойным дном, оставленной будто бы по забывчивости. Но, как у нас с Персиком заведено, кот указал на тайник, а доказала виновность я сама — временем, возможностью да разгадкой хитрого замысла с «забытой» корзинкой. Персик — нос, я — голова. Незыблемый порядок.

Чем кончилось? Дождались мы с тётушкой, когда Аркаша заявится «за забытым». И заявился ведь, голубчик, на другой же день — небрежно так: ой, корзиночку у вас оставил, заберу. А я ему ласково: «Забирай, забирай, милый, только давай сперва глянем, что у неё на донышке припрятано. Кот мой что-то твоей корзинкой шибко интересуется». Парень побелел как полотно, забормотал, а как я при нём вытряхнула из двойного дна воробьёвскую связку — тут и отпираться стало нечем. Повинился. Прознал, что Воробьёвы укатили к морю, а в доме сейф с золотом да деньгами, вот и задумал поживиться: украсть ключи у доверчивой Серафимы Ивановны, выждать, когда уляжется, да и обчистить дом по-тихому. На родственное доверие тётушкино рассчитывал. Ключи, само собой, вернули, Воробьёвым по телефону всё сказали, а Аркашу Галина, сгорая со стыда, за ухо увела домой и пригрозила, что отцу всё расскажет. Без полиции обошлось, по-дачному, но парню наука.

Мораль этого дела такая, и вы её намотайте на ус: сперва время, потом имена. Установите, когда вещь была ещё на месте и когда пропала, — и круг подозреваемых сам собой сожмётся до тех, у кого была возможность в этот промежуток. А ещё: ищите украденное не только в карманах да под половицами, но и в самых невинных, примелькавшихся предметах. Хитрый вор прячет добычу там, куда никто не догадается заглянуть, — в забытой корзинке, в подарочной коробке, в безобидной с виду вещице с двойным дном. И последнее: бойтесь слепого доверия к «своим». Аркаша на том и строил расчёт, что милого племянника никто не заподозрит. Доверие — штука хорошая, но и оно проверки не отменяет.