Мария Ким – Зависть богов (страница 5)

Один из них был туманным. В нем не было той липкой субстанции, которую они носят под кожей. Он был чист. Никаких чужих сигналов, никаких сетей, вплетенных в плоть. Он пришел, сел и закрыл глаза. Я думал, что он спит. Но он не спал. Он слушал. Я никогда не встречал таких. Даже мои дети не умели так слушать. Он не просил, не требовал, не пытался обманом выведать наши тайны. Он просто сидел и ждал, пока тишина сама не заговорит с ним. И она заговорила. Я не знаю, что он услышал. Знаю только, что после этого он перестал быть только человеком. В нем появилась часть нас. Тонкая, слабая, но настоящая. Я назвал его про себя «Тот, кто услышал».

Глава 3. История цивилизации

В конференц-зале уже собрались все остальные. Афина приготовилась выполнять роль проектора. На экране перед ней пока плавали только абстрактные фигуры. Майрон догадывался, что эти фигуры подобраны не случайно – они поддерживают оптимальный для творчества эмоциональный фон - и вообще предполагал, что Афина ничего не делает спонтанным образом. Именно это ее в нем отторгало. Афина – идеальный партнер для бесед и увлечений. Она всегда поддержит советом, выслушает в любое время суток. На Земле Майрон охотно вступил бы с ней в совместный «проект» (чудак Эзон называл «проекты» забавным словом «отношения», но суть от этого не менялась). Но здесь, в условиях изоляции на почти стерильной и возможно враждебной планете от бесхребетности Афины Майрону было не по себе.

Появился Эзон. Он переоделся в простой поношенный комбинезон из грубого натурального волокна со множеством карманов, из которых торчали кисточка, скальпель, лупа, карандаш и другие странные аналоговые инструменты. На левой руке у него тускло блестели старомодные механические часы с треснутым стеклом. Выглядел старик так, будто собрался исследовать стаю человекообразных обезьян в естественных условиях или пробовать психоделические кактусы с шаманами из племени индейцев – а может все сразу.

- Для начала давайте вспомним о происхождении названия планеты. - Сказал Эзон. - Это сочетание двух слов: “вулканический” и более старого “тан”. На некоторых земных языках это означает “солнце”. Но не будем забывать, что у планеты было другое имя. Это имя ей дали аборигены, прежде чем исчезнуть.

- Если они вообще здесь были, - не удержался Майрон.

- Майрон, еще слово, и это будет последняя твоя экспедиция. - Сказал Эзон.

Майрон прикусил язык. Обычно Эзон позволял при себе подобные вольности, но сегодня он был необычно серьезен.

- Наши астрономы дали местным солнцам общий номер, - продолжал Эзон, - для земной цивилизации это две из миллиардов ничем не примечательных звезд. Но для тех, кто жили здесь до нас, эти светила наверняка имели мистический смысл. Разумеется, у них были имена. Я предположу - это просто допущение - что на их языке они назывались “Большой и Малый Братья”. Всегда смотрите на планету глазами тех, кто жил здесь до нас. И возможно, однажды, вы увидите их самих. А теперь Майрон, раз ему так хочется выступить, расскажет нам про геологию Вулкатана.

Застигнутый врасплох таким предложением, Майрон на минуту задумался, и тогда Афина в помощь ему вывела на экран трехмерную модель планеты. Майрон оглядел свою немногочисленную аудиторию, не понимая, кому может быть интересен такой рассказ: Афина могла почерпнуть всю информацию в своей обширной библиотеке, Эзон был явно выше этого, а Вера, если и могла быть заинтересована, тщательно скрывала это за напускным равнодушием.

- Геология Вулкатана, - сказал Майрон, припоминая вводные данные, которыми его снабдили перед экспедицией, - это история мира, который никогда не знал покоя. Сформированный гравитационным танцем двух красных карликов, он представляет собой уникальный геологической объект. В центре Вулкатана находится двойное ядро. Внутренняя твердо-никелевая часть с примесью железа и редкоземельных металлов составляет примерно 60% от радиуса земного ядра. Но его плотность значительно выше из-за постоянного гравитационного сжатия. Внешнее ядро – жидкое и необычайно подвижное. В нем преобладают расплавы железа, серы и кремния. Именно здесь рождается мощное магнитное поле, которое защищает планету от звездных вспышек. Из-за приливных сил ядро Вулкатана не сферическое, а эллипсоидное, вытянутое в направлении барицентра системы. Мантия Вулкатана также разделена на два слоя. Верхняя, толщиной до 400 км, пластичная и частично расплавленная. Здесь формируются магматические камеры, питающие вулканы Огненного Лика. Нижняя – более вязкая, но тоже подвижная. В ней рождаются конвективные потоки, направленные от Ночной Стороны к Огненному Лику. Конвекция в мантии не хаотична. Гравитационное воздействие звезд создает предсказуемые течения расплавов. А это значит…

Тут до Майрона дошло то, чего хотел от него Эзон.

- А это значит, - торжественно продолжил Эзон, - что они могли использовать геотермальную энергию очень эффективно. Вот зачем нам надо попасть на Дневную сторону.

Потрясенный Майрон замер. Эзон был гениален, это не подвергалось сомнениям. Но Афина и Вера, кажется, были в курсе его рассуждений, поскольку не подали вида, что им это интересно.

Майрон нашел Веру в лаборатории. Без особого энтузиазма она ковырялась в геномном реконструкторе. Все ее движения были как обычно беззвучными и плавными. «Она похожа на кошку, - подумал Майрон, - большую бесшумную кошку».

- Хорошее начало, не так ли? - с напускным добродушием спросил Майрон.

Спина Веры напряглась.

- С чего ты взял? - спросила она, не оборачиваясь.

- Я просканировал поверхность со спутника. - Сказал Майрон и поймал себя на том, что как будто оправдывается перед Верой за свой оптимизм. - И обнаружил правильные полуразрушенные формы и каналы, неестественно прямые…

- Как каналы на Марсе? – прищурилась она.

- Кстати, что у них вместо ДНК? – решил сменить тему Майрон.

- Пептидо-нуклеиновая кислота. - Быстро сказала Вера. - Дезоксирибоза в ДНК быстро разрушилась бы в сернокислой среде.

- Интересненько. - Сказал Майрон. - Я тут подумал, что мы мало общаемся. Совсем не знаем друг друга, а уже столько лет прошло. Кстати, ты не собираешься снова замуж?

- Пошел вон. - Сказала Вера.

И Майрон направился в свой кабинет, размышляя был ли бестактным его последний вопрос. Среди знакомых ему норм поведения не было ни одной, объясняющей отношения между мужем и женой. И тем более Майрон не мог знать, как следует вести себя с вдовами. Интересно, Вера обиделась или это следствие ее обычных паттернов поведения?

Выпроводив Майрона, Вера набрала по внутренней связи Афину.

- Я не выйду завтра на дежурство. – В своей обычной манере заявила она.

- Тебе нужен отгул? – голос Афины изучал эмпатию и бесконечное терпение.

- Я не хочу работать в одну смену с ним. – Отрезала Вера.

- Он неделями работает как автомат. – Сказала Афина. – Будь с ним повежливее.

- Я беру тайм-аут на шесть часов. – С легкой угрозой сказала Вера. – И ухожу в глубокую медитацию. И мы работаем с ним в разных сменах. Вспомни, когда меня в прошлый раз так довели, я чуть не задушила лаборанта за то, что он испортил партию пробирок.

- Тебе стоит попробовать терапию. – Встревоженно сказала Афина.

- Обязательно попробую. – Пообещала Вера. – И вернусь с новыми откровениями.

Вечером Эзон решил проведать своих подчиненных и удостоверится, что все проводят время с пользой. Но Афина не пустила его к Вере, передав ее требование. Тогда он направился к Майрону и застал его за работой: он готовил к транспортировке нейронный картограф. Прибор понадобится, если обнаружатся окаменевшие или остекленевшие физические носители разума, и он сможет уловить застывшие в них паттерны мысли. Сам прибор был невероятно хрупким и дорогим, а его эксплуатация требовала длительного обучения.

- Вот где ты. Я тебя искал. - Сказал Эзон и в своей обычной манере продолжил. – Ты задумывался о том, что нейронный сканер однажды сможет расшифровать и твои мысли?

- Когда я умру. – Пожал плечами Майрон. – Но зачем?

- Оставь Веру в покое. – Внезапно сменил тему Эзон. – Она травмирована и не в наших силах ей помочь. Чем больше ты с ней будешь контактировать, тем больше она будет накачивать тебя негативом, пока ты не захлебнешься тем, что она носит в себе каждый день.

- Вы что, подслушивали нас? – с подозрением спросил Майрон.

- И подглядывал. – Добавил Эзон.

- Нас всего четверо на этой планете. – Возразил Майрон. – Мы не можем игнорировать друг друга.

- Это верно. – Согласился Эзон. – Тогда вам придется подружиться. Но имей ввиду, если ты ей понравишься, она будет мстить тебе каждый день, пока внезапно не оставит тебя наедине со всеми твоими горестями.

- Но зачем? – сбитый с толку такими откровениями удивленно спросил Майрон.

- Чтобы ты всю жизнь помнил женщину, которая тебя не простила. – Сказал Эзон. – За то что ты – не он.

- Тогда я буду встречаться с Афиной. – Майрон сам удивился своей откровенности.

- Не советую. – Резко сказал Эзон. – Она тебе точно не пара.

- Тогда я переведусь в другую группу. – Сказал Майрон. – Как только появится возможность.

- Тебе откажут. – Возразил Эзон. – Раз ты здесь, значит все вы идеально друг другу подходите. Все уже решено. Ты понимаешь, о чем я?