Мария Голобокова – Драконий жребий. Юг и Север (страница 9)
У берега, опустившись на корточки, сидела девушка. Глядя на отражение, она поправляла платок на голове: то так завяжет, то этак, то растреплет чёлку, то уберёт её вовсе. Наблюдая за тем, как она кривила губы и мучилась с выбором, я невольно вспомнила свои школьные годы, когда по велению мамы отстригала себе уродскую чёлку. Мама считала, что она мне шла, а я после этого далеко не сразу привыкла к виду своего лица – год ушёл, чтобы отрастить волосы, и ещё год, чтобы не пытаться закрыть чем-то лоб.
– Держитесь отстранённо, госпожа, – шепнул на ухо Шад. – Вы напугаете её, если будете вести себя мягко.
Я с трудом кивнула, в глубине души ещё раздумывая над советом. С одной стороны, чтобы влиться в здешний «коллектив», мне стоило играть по правилам и прислушиваться ко всему, что говорил Шад. С другой, я не хотела сильно подстраиваться и пытаться выдать себя за местную, потому что даже с советами где-то да ошибусь.
– Это ведь служанка, да?
– Белый платок на голове и браслеты с красной эмалью, – подсказал дух. – Прислуживает в крыле, где живёт повелитель Ананта.
Что ж, теперь я могла определить слуг. Если столкнусь с кем-то, надо посмотреть на руки – есть там браслеты или нет. Головные уборы здесь, наверное, не всегда носят? Или женщины обязаны прятать волосы? Хорошо ещё, что не лица.
– А та комната… которая теперь
– Повелителя Рюдзина, – охотно ответил Шад.
Нужно понять, каким образом ориентироваться в пространстве. Не окажись рядом Шада, как мне искать направление? Да и парк – огромный. Не уверена, что распознаю тропинки, ведущие к моей комнате, даже с десятого раза.
– А карта дворца есть? – понизив голос, чтобы случайно не спугнуть увлечённую отражением служанку, поинтересовалась я. – Или нарисуешь мне потом? И покажешь, куда мне можно, а куда нельзя?
Шад сощурился. Ишь, забавляется! Но хоть кому-то из нас весело – и то хорошо. Обижаться глупо.
– Вы нетерпеливы и чрезмерно любопытны, госпожа.
– Осуждаешь? – улыбнулась я.
– Предлагаю не жадничать, – вздохнул он. – Подавитесь.
Что ж, как советчик Шад себя зарекомендовал. И скрытая ирония и подколки не были чем-то неприятным – больше тёплыми и приветливыми. Не ехидные смешки Рюдзина, а скорее забота. Но не как забота Ананты, казавшаяся благословением кого-то вышестоящего…
Хм, а ведь это очень похоже на чувство обязанности. Может, не стоит принимать слишком много от драконов? Не то попросят потом что-то, и я уже не смогу отказаться.
– Хорошо, – вздохнула и я. – Как к ней обратиться?
– Эй, ты! – неожиданно громко крикнул Шад. – Госпожа хочет говорить с тобой.
Девушка вздрогнула и тут же вскочила. Напряжённая и прямая, словно палку проглотила, она подошла ближе, низко склонилась да так и замерла. Я беспомощно оглянулась на Шада, не совсем понимая, что делать. Окликнуть – окликнули. А дальше что?
Всё ещё не понимала, как быть «госпожой». Наверное, осанку держать – это минимум. И взгляд высокомерный. За примером далеко ходить не надо – Рюдзин идеально продемонстрировал, как нужно смотреть, чтобы собеседник ощущал себя пылью под ногами.
Но почему мне от себя становится смешно? Будто пародийную сценку разыгрываю.
– Представься, – велел Шад. – Можешь смотреть на госпожу.
И откуда в его мягком тоне столько власти? А казался таким тихим и спокойным. Сейчас же он походил на Рюдзина или Ананту. Видимо, до своего проступка Шад был кем-то вроде них, раз уж в приказах для него ничего трудного нет.
Служанка разогнулась, и я сумела рассмотреть её лучше. Курносое круглое лицо с веснушками и яркие фиалковые глаза – первое, на что я обратила внимание. Следом пригляделась к одежде: зелёные шаровары, остроносые тканевые туфельки, охряная туника с голубым поясом, а из украшений – только браслеты. Белый платок на голове по краю был вышит тесьмой, и из-под него торчала светлая чёлка. Бронзовая кожа – совсем как у детей, всё лето бегавших под солнцем.
– Пусть день сиятельной госпожи полнится благословением хранителей, – пролепетала девушка. – Моё имя Варша, сиятельная госпожа. Повелитель Рюдзин наказал служить вам и исполнять всё, чего вы пожелаете. Великая радость – быть вашими руками, сиятельная госпожа.
– Рюдзин… Повелитель Рюдзин что-то ещё сказал? – не подумав, ляпнула я.
Уж лучше доверилась бы Шаду! Пока он справлялся неплохо, позволяя держать рот на замке и привыкать к незнакомым порядкам и речам.
– В вашу комнату принесут лучшие наряды. Так наказал повелитель Ананта. – Встретившись со мной взглядом, Варша смущённо потупила взор. – А здесь, прошу, вас ждёт лёгкая трапеза, сиятельная госпожа.
Я бы сейчас не отказалась от куска мяса, но капризничать как-то неприлично.
– А орехи в меду там есть? – уточнила я. Раз уж заговорила, глупо молчать, да и тренировка не помешает. Стоит потом договориться об условных знаках и сигналах с Шадом, чтобы он в самые опасные моменты останавливал меня.
Варша робко подняла голову и заметно побледнела. Видно было, что она нервничала и держалась ровно только потому, что её так выучили.
– Н-нет, сиятельная госпожа. Прошу, не наказывайте, я… я не знала ваших предпочтений, сиятельная госпожа. Мне принести их сейчас?
Я в очередной раз оглянулась на Шада. Тот сощурился. Надо полагать, решать мне? И хоть я чувствовала себя обязанной порадовать невольного телохранителя и отблагодарить за советы и помощь, видя, как мелко дрожала Варша, мне не хотелось пугать её сильнее. А то побежит за орехами, споткнётся где-то и лоб расшибёт.
– Давай оставим это до вечера, – приняла решение я. – И не переживай так. Ты не знала, что я хотела орехи. Вот и не пугайся, будто что-то не то сделала. Пойдём. Жарко стоять на солнце.
– Простите, сиятельная госпожа. Я должна была подумать о зонте для вас! У вас такая светлая и нежная кожа… Ой, простите ещё раз, сиятельная госпожа! Я не хотела вести себя непочтительно.
Кто бы подумал, что сходство с бледной молью вызовет зависть. Я вот, наоборот, поглядывала на загар Варши и тихо вздыхала. Красивый цвет кожи, и в моём окружении – скорее показатель достатка, мол, деньги на море есть. А тут всё наоборот!
– Варша, – ласково обратилась я, – не нужно так нервничать. Я… скажем так, приехала издалека, где порядки совсем другие. Если ты что-то будешь делать не так, я скажу. Просто скажу, не буду наказывать. Хорошо?
Сзади послышалось тихое фырканье, но при виде засиявшего лица служанки я поняла, что ни о чём не жалею. Что бы там Шад ни говорил, мне важно не изменять себе и своему воспитанию. К чему это приведёт – ещё посмотрим. Но пока такое казалось самым верным шагом.
Мы расположились в беседке, где на столе я увидела дыню, манго, папайю, айву, финики… в общем, кучу всего знакомого, но в обычной жизни слишком экзотического, чтобы питаться этим не по праздникам. К тому же когда-то манго меня весьма разочаровало: зелёное, похожее больше на странную морковку, с неприятным послевкусием. Но здесь оно оказалось сочным, тающим во рту и невообразимо сладким – Варша нарезала его для меня, как и остальные фрукты.
Есть полагалось руками, и для омовения на столе стояла специальная серебряная чаша. Каждый раз, стоило мне опустить в неё пальцы, чтобы избавиться от сладкой липкости, Варша тут же подносила мягкое полотенце. Мне оставалось только заливаться краской и нервно ёрзать на скамье.
– Сядь, пожалуйста, – попросила я, не выдержав. – Мне неуютно, когда… так. И поешь со мной, если хочется. И ты, Шад, тоже!
Дух сощурился. Вот и чего он надо мной постоянно зубоскалит? Теперь-то знала, что за этими кривляниями прятался сдерживаемый смех.
– Ну вот не надо этого, – взмолилась я. – Сядь.
– Вы приказываете, госпожа? – насмешливо произнёс он.
– Я очень
Варша вытаращилась на меня.
– Не надо так удивлённо смотреть. Глаза у тебя, конечно, красивые…
Я поспешила заткнуть себя фиником, пока ещё что-то не ляпнула. Повисло молчание, и нарушать его никто не спешил, что не могло не радовать – меньше новых казусов. И кто меня за язык вечно тянет, когда нервничать начинаю?
– Госпожа, могу ли я задать вам вопрос? – тихо начала Варша.
– Конечно, – сконфуженно промямлила я, потянувшись за очередным фиником – надо же как-то останавливать себя, если вновь потянет странное сказать.
Одно дело с подружками шутить и совсем другое – с малознакомым человеком. Особенно если этот человек из чужого мира, с иными порядками, нормами и правилами этикета. Вдруг я что-то сказала, из-за чего совсем странной казаться буду? Хотя вроде пояснила, что приехала издалека…
– Там, откуда вы родом, сиятельная госпожа, со слугами обращаются иначе? – спросила она.
Помедлив немного, Варша всё-таки села напротив, тогда как Шад остался стоять. Будто бы безмолвно высказывая всё, что он думал о моих поступках, дух скрестил руки на груди и прислонился спиной к столбику беседки. Но, может, он так заинтересованность показывает? Стоял же до этого ровно, а тут позволил себе вольность.
– Ну, где-то, наверное, и такие порядки есть, – сбивчиво принялась объяснять я. – Но я росла там, где с теми, кто прислуживает, нужно быть вежливым и благодарным. А ты, Шад, – заметив, как он сощурился, тут же вспылила я, – хватит потешаться надо мной! Я правда не могу быть «сиятельной госпожой». Отвратительная из меня госпожа.