Мария Голобокова – Драконий жребий. Юг и Север (страница 11)

Тогда Варша бросилась заплетать мне волосы, и вот тут я не стала сопротивляться. Они были длинные, и сама бы я их точно дёргала тем гребнем, что здесь нашёлся, и только сильнее запутала.

– У вас такие красивые волосы! – восторженно охала Варша. – Точно янтарь, да ещё такие блестящие и мягкие! Яркие, как у повелителя Ананты. А у него – будто кровавый рубин. Скажите же, госпожа, красиво?

Я поджала губы, слушая комплименты. Ну не рассказывать же ей, что родной мой цвет – мышь полевая, серая, обыкновенная. Тут, наверное, если и красили волосы, то какой-нибудь хной или басмой, из-за чего всё могло пересушиться, стать ломким и не таким приятным на ощупь. Единственное, на что я себе позволяла тратиться дома – это приличный мастер, дорогущая краска и профессиональный шампунь с кондиционером, потому что длинными волосами гордилась и считала их своим сокровищем. На еде можно было сэкономить. На одежде. Но на волосах – никогда.

Как только разобрались с причёской, настал черёд обуви, и я вздохнула свободнее. Поразмыслив, попыталась вернуться к украшениям, но выбирать ничего не хотелось. Наряд и без них казался гармоничным, да и я вечно раздражалась из-за мешающих на пальцах колец, серёжек-висюлек и чего-то на шее. А каких-нибудь совсем махоньких гвоздиков в уши здесь не нашлось.

– Красивое! – воскликнула Варша, глядя на кольцо, которое я вертела в руках.

Недолго думая, я протянула украшение ей.

– Держи, – улыбнулась я, но, поймав взгляд Шада, тут же переменилась в лице. – Можешь посмотреть. Только верни потом в шкатулку, ладно?

За всеми этими сборами совсем не заметила, сколько прошло времени. Солнце начало клониться к горизонту, но до вечера – а что, кстати, здесь считают вечером? – было ещё далеко. Наверное, к нам должен явиться слуга и позвать за собой… Не придёт же Ананта сам? Или – придёт?

Пока Варша наводила порядок в комнате – меня от предложения помощи остановил взгляд Шада, – я вышла на балкон, позвав с собой телохранителя. На небе появились редкие облака, солнце уже не так шпарило, и под навесом в углу было совсем хорошо. Я села на скамью и похлопала по месту рядом, приглашая присоединиться.

– Не стоит так делать, – вздохнул Шад, проигнорировав приглашение.

– Что именно? – не поняла я.

– Она служанка, госпожа, – с нажимом сказал он, – а не подружка вам. Она привыкнет, а вы уйдёте, и она не сможет выполнять свою работу как прежде. Да и другие будут завидовать, станут коситься, если вы будете к ней слишком добры. Вы сделаете хуже.

– Я не собиралась ничего дарить, – на всякий случай уточнила я, вспомнив, с каким неодобрением глянул тогда Шад. – Не потому, что согласна с твоими словами, хотя понимаю, о чём ты переживаешь. Просто… здесь нет ничего моего. Ничего, чем я могла бы свободно распоряжаться. Все эти вещи мне не принадлежат. Поэтому раздаривать их – не буду. Но и вести себя холодно и отстранённо… не смогу, Шад. Да, было бы весело поиграть в сиятельную госпожу, позадирать подбородок и понаслаждаться властью, но именно «поиграть». Это буду не я. И убедительно играть я не умею, внимательный человек сразу меня раскусит. Разве такое не добавит проблем?

Шад вдруг потянулся к шали и снял её. Я понадеялась, что наконец-то увижу его лицо, но там прятался ещё один кусок ткани – на этот раз платок, крепившийся к чему-то под тюрбаном, точно никаб. Будто капуста передо мной, и, чтобы добраться до человека внутри, надо постараться. Ах, верно. Шад – не человек, а дух. Дух капусты, что ли?

А может, он как те призраки, у которых вместо рта пасть, полная клыков? А он не хочет никого пугать, поэтому так одевается. И под тюрбаном ещё какие-нибудь рога прячутся. Или козлиные уши. Если он дух капусты, это совсем не значит, что он в родстве с ней. Таким духом может же быть тот, кто капусту любит, так?

Смешно. Словно я что-то понимала в местных духах или мифологии вообще. Так, понахваталась общих знаний в школе да потом, если везло и подворачивалось чего, читала. Но специально искать – не искала.

Чем же ему собственное лицо не угодило? Почему не нравилось?

– Я вас расстроил, госпожа? – улыбнулся Шад – поняла это по сощурившимся глазам, как и все разы до этого.

– Любопытство не даёт покоя, не обращай внимания, – вздохнула я и помахала рукой в воздухе, чтобы отогнать назойливые мысли.

– А, – отрывисто произнёс он. – Моё лицо? Вам достаточно приказать.

– Я не стану этого делать, хватит напоминать. Может, касаемо каких-то общих вещей да на публике я буду говорить с тобой в приказном тоне, – фыркнула я, – но заставлять делать то, что тебе не нравится, – не хочу. Гадко пользоваться тем, что ты не имеешь права ослушаться. Так… что ты там хотел?

Шад протянул шаль мне. Уверенно, не колеблясь. Чёрная, невесомая на вид ткань с едва различимыми серебристо-синими нитями будто искрилась.

– Вещь моя, – уточнил дух. – Повелитель Ананта дозволяет получать вещи в награду за исполнение его приказов. Если я подарю её вам, у вас появится что-то своё, госпожа.

– Я настолько жалко выгляжу? – неловко усмехнулась я.

– Вы выглядите печально. Простите, если моя попытка утешить оскорбила вас.

Судя по взгляду, он действительно не хотел обидеть и теперь переживал, что сделал что-то не то.

– Почему ты даришь её мне? – не смогла не спросить я. – Только из-за печального вида? Разве она тебе не дорога?

– Я знаю, что ощущает тот, у кого ничего нет.

Я не сдержала смешок, но это не задело духа – напротив, он вновь сощурился. Быть может, когда-то давно, ещё до своего наказания, он улыбался и того чаще. Несгибаемый оптимист или просто умеет надеяться на хорошее? Кто знает.

Мне бы сейчас не помешало тоже на что-то надеяться. Хотя бы на возвращение домой, да.

– Спасибо, – приняв подарок, я несколько секунд держала его на весу, глядя в глаза Шада. Кошачьи зрачки вытянулись в тонкие иглы.

Шаль неуловимо пахла травами – шафраном, полынью и чем-то ещё, что разобрать мне не удалось. Шлейф убаюкивал и помогал позабыть о тревогах, и это, пожалуй, было даже ценнее, чем иметь что-то своё в этом мире.

Глава третья,

Надо куда-то идти, чтобы встретиться с хозяином дворца, я переживала зря. Сначала он прислал слугу оповестить, что скоро будет, а потом явился и сам. «Скоро» по местным понятиям означало примерно полчаса, если доверять внутреннему восприятию. Точно время я не отслеживала, пусть и помнила примерно, как это делать по солнцу – тут спасибо старшему брату, бывалому походнику, который многому меня научил. Хотя нельзя быть уверенной, что размер планеты изначального мира равен размеру Земле…

Нет, мысли про устройство отражений миров пока не следовало крутить в голове – погрузившись в «каким образом», я потеряю из виду «зачем» и «как вернуться домой». Лучше уж расслабиться и насладиться тем, насколько легко здесь исполнялись мои желания. Быстро нашли и писчие принадлежности, и бумагу – она, разумеется, сильно отличалась от привычной белой, больше походила на плотную переработанную, с заметными волокнами. И карандаши – правда, целиком из графита в специальном держателе – тут уже изобрели. Куда удобнее, чем чернила и перо.

Составив примерный список, что следовало выяснить в первую очередь, я сделала несколько листов с «анкетами»: записала туда всех, кого узнала по именам, и информацию о них. Не без опасений поглядывала при этом на Варшу и Шада, пусть и понимала, что русский никто из них не знал. А даже если бы и знали, то в моих каракулях поди разбери отдельные буквы.

И вот, едва я заполнила первый такой лист, в дверь тактично постучали.

Забота со стороны Ананты приятно льстила. Он не врывался с неожиданным требованием тотчас же отправляться с ним, пусть даже посылал до этого слугу. Возможно, в этом мире такое поведение было нормой, особенно в отсутствие телефонов или хоть каких-то средств коммуникации, когда точно не знаешь, кто и во сколько к тебе заявится.

А всё-таки, какой в этом мире уровень развития? Часы, интересно, уже изобрели?..

Оттерев с пальцев графитовые следы, я завернулась в подаренную Шадом шаль и осторожно выглянула за дверь. Здешние порядки, конечно, позволяли вальяжно сидеть на диванах и ждать, пока слуги впустят гостя, но мне хотелось самой встретить хозяина дворца.

Вопреки ожиданиям, Ананта не стал одеваться по-особенному – на нём была простая длинная рубаха до колен, белые штаны и небрежно накинутый на плечи багряный с золотом халат. Это в моём мире такое выглядело бы дизайнерской одеждой, а тут, считай, что-то домашнее.

– Прекраснейшая не нашла милого её сердцу платья? – обеспокоенно спросил он, когда увидел мой наряд. – Одно твоё слово, и сей же миг принесут всё, чего ни пожелаешь. Аль прикажешь послать за портным?

– Нет-нет. Всё устраивает, всё отлично, – торопливо воскликнула я, опустила взгляд и медленно засеменила в сторону, где, предполагала, находилась ведущая в сад галерея – идти через потайную дверь показалось неправильным.

– Позволь, прекраснейшая, наш путь пролегает в иную сторону. – Ласково подхватив под руку, Ананта повёл меня за собой.

От его прикосновения начало пошаливать сердечко. Сейчас, когда первый испуг прошёл и мы остались наедине, я позволила себе украдкой разглядывать его и чуть ли не любовалась. То, что поначалу мне почудилось выкрашенными в чёрный ногтями, на самом деле оказалось полноценными когтями – если здесь, конечно, не существовало магического аналога гель-лака. Это не пугало – лишь удивляло и вызывало любопытство. Впрочем, с учётом его принадлежности к драконам, ничего странного, наверное, не было? Как и в красных волосах.