Мария Голобокова – Драконий жребий. Юг и Север (страница 5)

Рюдзин спешил, и чтобы не отставать, мне приходилось придерживать полы халата и широченные рукава. Вроде примерно одного роста, а ноги у болотного гада явно длиннее!.. После заданного вопроса он замедлился и оглянулся через плечо.

– Слуги не должны лишний раз попадаться на глаза хозяевам, у них другие коридоры. А гостей сейчас, кроме тебя, нет, – выдержав паузу, соизволил ответить он.

Воспользовавшись моментом, пока он не вздумал срываться с места в карьер, я связала концы рукавов за спиной – не будут болтаться, не станут и мешаться. Сердце кровью обливалось обходиться так с дорогой тканью. То ли я попросту не умела ходить в таких нарядах, то ли это было какой-то изощрённой пыткой для местных женщин. Или дело в том, что Рюдзин зачем-то торопился, а этот халат – скорее для размеренной прогулки или возлежания на мягком кресле, чем для забегов через весь дворец.

– Но, кроме тебя и Ананты, здесь кто-то есть? – спросила я. – В смысле не слуги. Ананта же правитель? А чей? Как называется ваша страна? А у мира есть название? А хранители – только вы с ним? Или есть другие? А сколько вас всего?

Наверное, в глубине души я злорадствовала и пыталась таким невинным образом отыграться на Рюдзине. Если и достану, то с меня взятки гладки. Всё ради пользы, всё ради дела! Глупостью мои вопросы не назвать – они скорее от незнания, чем от скудного ума. А что хочется разузнать обо всём и сразу, так это отлично! Вон, показываю своё желание не просто сидеть и вздыхать, когда же меня домой возвратят, а включиться в процесс и, возможно, чем-то помочь.

– Ананте принадлежит город, что ты видела, – пропустив мимо ушей часть вопросов, начал рассказывать Рюдзин. – Когда-то на месте этого города был лишь небольшой оазис, но удачное расположение позволило ему разрастись. Здесь находится пересечение нескольких торговых путей.

– А называется город?..

– Рашх, – перебил он, прежде чем я успела вымолвить что-то ещё. – А дворец – Рашхшудур ни-Шеру.

– А это что-то значит? – Униматься я не планировала. – Разве твоя магия не должна переводить всё-всё?

– Я же не дилетант, – оскорбился Рюдзин и закрылся веером, недовольно взирая на меня из-за него. – С топонимами – мучайся.

– Так что эти названия означают? – и не думала мучиться я.

Если уж есть тот, кто способен дать ответ, то почему бы и не спросить его? А не ответит – что тут сделаешь. Постараюсь запомнить и выяснить где-то ещё. Не то чтобы смысл названий по-настоящему важен, но это хороший способ проверить, как в действительности относился Рюдзин ко мне. Может, он только на первый взгляд такой вредный и высокомерный, а на самом деле ему нравится рассказывать и учить? Отличная же возможность лишний раз показать своё превосходство!

По крайней мере, с такими людьми я знала, как найти общий язык. Открываешь рот пошире, задаёшь как можно больше вопросов и восторженно хлопаешь глазами. Может, ответят и не на всё, но что-то точно расскажут.

– Безмятежность, – убрав веер, после небольшой паузы поделился Рюдзин. – Дворец безмятежности Властелина Юга.

– А на что вообще способна ваша магия?

Новый вопрос пришлось задавать уже на ходу, но теперь болотный гад не так спешил, и я смогла спокойно идти рядом.

– Смотря чего ты хочешь, – скривил губы он. – Другой цвет глаз, фигуру, лицо, голос? Или тебя всё-таки интересуют богатства?

– Причём тут это?

– Женщины часто недовольны своей внешностью. И хотят обладать чем-то, что позволит им жить не напрягаясь.

Странные интонации промелькнули в его голосе, но я решила не обращать на них внимание.

– Спасибо, меня пока всё устраивает, – попыталась успокоить его. Судя по мелькнувшему во взгляде ехидству, так Рюдзин по-своему мстил за поток вопросов: пытался задеть гордость и вывести из себя. – Но вернуть меня домой с помощью магии ты не можешь, так?

– Пока не могу, – с нажимом произнёс он. – Вопрос времени. Да и у мироздания есть законы, в которых придётся разобраться, чтобы понять, зачем ты здесь.

– А зачем я здесь?

Галерея, по которой мы шли, вывела к атриуму с декоративным бассейном в центре. Я подобрала полы халата, спускаясь по небольшой лестнице, и неожиданно для себя отметила, что Шад каким-то образом успел очутиться передо мной. И протянул руку: то ли предложил опереться, то ли попросту приготовился ловить, случись чего.

– Закон сохранения равновесия. – Рюдзин крутанул кистью и коснулся переносицы, поправляя очки. – Если где-то чего-то не хватает, мироздание пытается заполнить эту пустоту.

Замерев на середине лестницы, я поколебалась и кивнула Шаду, мол, спасибо, помощь не требуется, тут девушка самостоятельная, бдить не обязательно. Жаль, по одним глазам ничего не понятно…

Насколько неприлично будет попросить его снять шаль?

– Тогда и на моём месте должно что-то появиться? – Меня внезапно осенило, и я сама не заметила, как нагнала Рюдзина. – Это как цепочка домино, да?

– Не знаю, что за домино, но напомню: отсутствие в твоём мире будет кратковременным. Незначительным.

Всего на мгновение он улыбнулся, как мне показалось, мягко и ободряюще. Ему всё-таки нравится поучать?

– Значит, нужно выяснить, для чего я тут, и получится вернуться домой?

– Если ты действительно здесь для чего-то, – пожал плечами болотный гад. – Может статься и так, что твоё появление – случайность, попытка заткнуть пустоту хоть чем-то. Если не выясним это в ближайшее время, другие хранители заинтересуются тобой, а там созовут всех. И спокойствия тебе не видать.

– Ага, – протянула я, почуяв подтверждение догадки, – значит, всё-таки, кроме тебя и Ананты, есть ещё хранители. А как вы делитесь? По стихиям? Цветам?

– Каждый отвечает за своё, – поморщился Рюдзин, и я с удивлением заметила, что он не возмущается – едва сдерживает смех.

Моё излишне детское поведение он, видимо, находил забавным.

– Своё… что?

Необходимость тянуть из него объяснения чуть-чуть злила, но самообладание терять не стоило. Терпение и сдержанность, сдержанность и терпение. Если всё-таки сумею найти подход к Рюдзину, пользы всяко будет больше, чем если разругаюсь в пух и прах. Он не просто так занимал место визиря при Ананте. И не просто так Ананта считал, что именно Рюдзин способен ответить на мои вопросы.

– Место. Область. Территорию, – отчеканил он и смерил меня недовольным взглядом поверх очков. – Знаешь, тебе не помешает хотя бы изобразить почтение.

Всё-таки довела. Жаль. Надеялась, лимит вопросов нескоро будет исчерпан. Придётся сбавить обороты, а то вдруг на нашем пути встретится ещё один балкон…

Хотя мы уже и не шли. Видимо, этот атриум и был конечной точкой маршрута. И я даже примерно помнила, каким путём мы сюда добрались, значит смогу вернуться обратно.

Поняв, что почемучкой побыть больше не дадут, напоследок решила съязвить.

– А если не будет почтения, что сделаешь?

– Я могу придумать что-то поинтереснее свободного падения.

– Например? – Мне стало любопытно.

Он держался отстранённо, и я никак не могла понять, что же заставило его перемениться. Может, дело в пренебрежении, которое я позволила себе в сторону хранителей равновесия? Посыпать голову пеплом не собиралась – тут на лицо классический сюжет саги о магах и рыцарях, но… что я знала про этих «хширасс»? В чужой монастырь со своим уставом не лезут, так что смешки над пафосными клише стоит засунуть как можно глубже.

– Пришью твою голову козе, – с готовностью поведал Рюдзин. – И это не шутка, не угроза и не попытка запугать. Я способен.

Кажется, этим умением болотный гад неимоверно гордился. Проглотив желание уточнить, случалось ли подобное раньше, раз уж он так уверен в своих силах, я оглянулась на Шада. И чего отмалчивается? Будто призрак, а не живой… человек?.. Рюдзин говорил про драконов, это точно. И глаза у Шада не человеческие.

– А если у вас есть магия, то и магические существа тоже? – осторожно осведомилась я.

– Твой мир – одно из отражений нашего. Все ваши мифы и легенды не на пустом месте возникли, – всё-таки оттаял Рюдзин.

– Все миры – отражения, а ваш – истинный?

– Так было не всегда. Мы как раз пришли. Любуйся, – сказал он и качнул головой.

Я перевела взгляд в указанном направлении. Стены окружающей атриум галереи украшала стилизованная роспись: в центре сложной картины находился человек в остроконечной шляпе, а между его раскинутых в стороны рук висело разбитое зеркало. Осколки расходились спиралью, и на них были изображены горы и реки, леса и поля, пустыни, люди, звери, всевозможные существа… и драконы в небе.

Странно было видеть подобное – будто иллюстрация из детской книжки. Но в мире, где господствовала магия, этих созданий точно нельзя назвать сказочными.

– Когда-то мир был един, – начал рассказывать Рюдзин и присел на скамью рядом с бассейном. – Только он и тьма по ту сторону Грани, что существовала с момента возникновения мироздания. Магия – это дар черпать чистую энергию из-за Грани и преобразовывать её в нечто иное Как с помощью огня превращать воду в пар. Но один чародей оказался слишком жадным. А может, отчаялся добиться желаемого только той силой, что отмерила ему Грань. Он сломал её и привёл в мир тьму, думая, что ему под силу контролировать первозданную стихию.

– Но тьма его обманула? – предположила я.

– Тьма не имеет сознания, – рассмеялся он. – Она – противоположность существованию, ничто. Пустота, из которой всё пришло и в которую всё вернётся. Но стоит этой пустоте вырваться из-под руки, что придаёт ей форму, она принимается пожирать всё на своём пути. Если бы она достигла Сердца Мира, мы перестали бы существовать. Поэтому чародей, осознав ошибку, бросил все силы на то, чтобы расколоть мир, создать из осколков великое множество отражений и запутать тьму. Грань раздробилась, стала слабее, однако остановить всепожирающее ничто удалось. Равновесие, что мы охраняли раньше, сделалось сложнее, поэтому… прежде чем вернуть тебя домой, нужно понять, зачем ты здесь.