Мария Ерова – Сиротка в Академии Мрака. Королева Теней (страница 21)

— Росали, — его голос, обычно такой игривый, теперь звучал непривычно серьезно, — дыши. Просто дыши.

Но мои легкие отказались слушаться. Воздух не поступал, застряв где-то в сжавшемся горле, а вместо него наружу вырывался только сдавленный свист.

Потому что теперь я понимала всю глубину произошедшего. Это было не просто лишение меня невинности против моей воли. Это было нечто более ужасное, отпечаток, что навсегда останется на мне.

Когда я обнаружила себя рыдающей в объятиях Николаса, то нисколько не удивилась этому. Парень прижимал меня, обнажённую, к своему такому же обнажённому телу, и со стороны нас, наверное, можно было принять за парочку, устроившую бурное примирение. Я знала, что поступаю неправильно, но мне нужно сейчас было почувствовать чьё-то участие, тепло, нужность, а потому не стала сопротивляться, когда губы Кота накрыли мои, залепив стоны жарким поцелуем. И это было ещё одной моей роковой ошибкой, потому как в этот момент дверь в ванную комнату с треском распахнулась, явив нашему взору взволнованного Себастьяна.

Глава 32

Повисла неловкая пауза. Я была не в том состоянии, чтобы здраво оценивать ситуацию, и всё же разочарование, скользнувшее в глазах Волка, не заметить было просто невозможно.

— Росали… — произнёс он одними губами, и я почувствовала, что причинила ему боль. Конечно, между мной и Николасом по-прежнему ничего не было, но то, что Себастьян увидел собственными глазами, свидетельствовало об обратном.

— Неловко получилось, — смущённо усмехнулся Ник, бережно отодвинув меня от себя, словно это могло хоть что-то исправить. — Себ, ты только не подумай, это был просто порыв и…

— Замолчи! — рыкнул на него Волк, и я видела, как яростно потемнели его глаза. — Я смотрю, ты опять взялся за старое…

— Нет! — попытался отшутиться Кот в свойственной ему манере. — Мы просто разговаривали, а потом…

Себастьян его не дослушал. Зарычав, он бросился на Николаса, в прыжке обращаясь в настоящего волка! Красочное и одновременно ужасающее действо, но я знала, чем оно могло закончиться. А потому, не сдержавшись, закричала во весь голос.

Однако ни тот, ни другой не отреагировали на это. Николас, зашипев, тоже стал котом в прямом смысле этого слова, и волк, что пытался сбить с ног человека, просто проскочил мимо, не причинив тому вреда.

Но ведь это было только начало. Волк и кот сцепились не на жизнь, а на смерть, у каждого из них было своё преимущество — Николас был более ловок, Себастьян — более силён, а мне ничего не оставалось, как смотреть на их схватку растерянным взором, не зная, что мне предпринять в такой ситуации, в которой я сама была виновата.

Но вот, кот, устав сражаться, в какой-то момент подпрыгнул высоко над ванной, а после, нырнув в неё с головой, исчез из виду, и как бы Себастьян не бил волчьими лапами по воде, того уже и след простыл. Вероятно, фамильяр Вааланта воспользовался водным порталом, если такое было возможно. Но иного объяснения его исчезновения у меня просто не было.

Подождав ещё немного в бессильной ярости, Себастьян вернул себе человеческий вид и теперь была моя очередь отвечать за содеянное. Я ждала этого мига молча, словно затравленный зверь, понимая, что заслужила порицания, хотя мы и не были парой. Но я не раз давала ему надежду на более близкие отношения, и даже то, что со мной произошло, оправданием служить не могло.

Но Себастьян, как бы не злился, всё же не нашёл слов, чтобы высказать мне пару ласковых, хотя несколько раз порывался. А после он махнул рукой и заговорил совсем о другом, но я понимала, что после увиденного им поцелуя, между нами уже выросла стена недоверия и недопонимания.

— Что он сказал тебе? — спросил тихо Волк поникшим, совершенно пустым голосом, от которого сердце моё сжалось в груди.

— Всё… Про то, что со мной произошло. И про того, кто это сделал… Себастьян! Прости, я не знаю, что на меня нашло… С Ником… это и впрямь произошло случайно. Я… не хотела…

Знаю, что сейчас была тема поважнее, и всё же не удержалась от извинений. Зубы Волк скрипнули, я знаю, что он всё слышал, но вот реагировать по-прежнему не собирался.

— Ты знаешь, зачем Ваалант сотворил со мной такое? — спросила я, просто желая услышать голос Волка, а заодно получить ответ хотя бы на этот вопрос.

— Да, — Себастьян даже не смотрел в мою сторону. Неужели я стала ему настолько противна? — Он не просто надругался над твоим телом, причём дважды. Понимаешь, быть вампиром — это… как проклятие. Мы все, Тени, живущие в Дарксиле, проходим инициацию. И каждый из нас после неё становиться полноценным представителем своего вида. Это нечто вроде ритуала, не имеющего ничего общего с насилием, уж тем более с физическим. С вампирами иначе… Они не способны к размножению, потому что, по сути, тело их мертво. Да, они так же дышат, едят и пьют, и сердце их бьётся нисколько не тише, но…

— Но?.. — я слушала его, затаив дыхание, потому что всё это касалось меня напрямую.

— Но дело даже не в том, что ты стала живым мертвецом…

А Себастьян пугал меня всё больше и больше. Но на этот раз я не стала торопить его, дав собраться с мыслями.

— Твой отец, Росали, был Королем этого мира, — продолжил Волк тогда. — Всё, что мы рассказали тебе тогда на смотровой площадке, было исключительной правдой. Твой отец, как и твоя мать, обладали могущественной силой и были тёмными колдунами — не в плохом смысле этого слова. Конечно, магия, царящая в Дарксиле, своеобразна и порой жестока. Но она является частью и даже основой этого мира. Без неё бы он просто не существовал. И ты должна была стать великой колдуньей, способной навести здесь порядок, ибо после смерти твоих родителей хаос стал нормой нашего мира. Король не зря спрятал тебя совершено в другом измерении, ведь он хотел, чтобы ты выросла и, пройдя инициацию, обрела всё то, что было сокрыто в твоих генах. Мы как раз подыскивали колдуна или колдунью, способных сделать это. Сила такой мощи могла совершить переворот, свергнув Вааланта с незаконно занимаемого им места в жизни Дарксила, и дать шанс всем с ним не согласным самим выбирать, что хорошо, а что плохо для нас…

— Почему ты говоришь об это в прошедшем времени?! — я напряглась ещё больше, предчувствия открытие, ещё более ужасное, чем всё произошедшее со мной накануне.

— Потому что Ваалант до капли выпил из тебя эту силу, когда его клыки пронзили твою шею. А ты не смогла сопротивляться, потому как всё твоё внимание было отвлечено потерей невинности — именно поэтому она нас так всех волновала. Укус и рана — это как два открытых портала в твоё тело, которыми злобный гений Ваалант сумел воспользоваться более, чем грамотно. Он лишил тебя силы, а нас — надежды на счастливое будущее. Прости, Росали, я по-прежнему на твоей стороне, но сейчас я должен побыть один.

Выговорившись, Себастьян ушёл, прикрыв за собой дверь. Я же, закутавшись в первое попавшееся полотенце, долго не могла сдвинуться с места, словно припечатанная его словами, пытаясь переварить всё услышанное. Но, видят боги, у меня этот совершенно не получалось…

Глава 33

Не знаю, сколько времени я просидела так — забытая всеми, поглощённая своими нерадостными мысли и переживаниями.

Глаза Себастьяна, полные боли и разочарования, еще стояли передо мной, хотя дверь уже захлопнулась за его спиной. Я осталась одна, закутанная в чужое полотенце, которое впитывало не только воду, но и мои предательские слезы. Каждая капля, скатывающаяся по щекам, жгла как раскаленный металл — ведь это были слезы вампира, существа, которым я теперь стала.

Мои пальцы дрожали, когда я коснулась шеи, нащупывая те самые две маленькие отметины. Они пульсировали, напоминая о моменте, когда Ваалант не просто вошел в моё тело, а проник в саму душу, выпив из меня всё — невинность, человечность, будущее. Я сжала зубы до боли, ощущая, как новые клыки упираются в нижнюю губу. Я стала тем, чего раньше боялась.

Мысли кружились в голове, как осенние листья в вихре. Он взял меня силой. Он превратил меня в монстра. Это было хуже любого насилия — осознавать, что где-то в глубине, под слоями ужаса и отвращения, живёт что-то тёмное, что ликовало, когда его клыки разрывали мою плоть.

Я зажмурилась, пытаясь вычеркнуть из памяти эти моменты, но они впились в сознание, как когти. Но мои друзья, если я могла так их называть, не отказались от меня. Я сама всё испортила, поддавшись неясному искушению, даже не подумав о последствиях.

… Николас. Его губы, его попытка утешить... и эти глаза Себастьяна, полные боли. Будто мало было того ада, в который я попала — теперь я ещё была и предательницей в его глазах.

Я съежилась на холодном полу, обхватив колени руками. Где-то за стенами этого проклятого здания шел обычный день, но для меня время остановилось. Я была больше не Росали — а чудовищем в человеческом обличье, существом, которое само не знало, чего хочет. Или знала?

Кровь…

Это слово всплыло в сознании, заставив содрогнуться. Я почувствовала, как горло сжалось от новой, чужой жажды. Боги, неужели я действительно буду пить её...

Дверь скрипнула, но я даже не подняла головы. Пусть приходят, пусть делают что хотят — я уже потеряла все, что имела. Даже право называть себя человеком.