Мария Доронина – По тропинке из хлебных крошек (страница 10)
Отвечать просто не стала. Что за бред? Не симпатяги они, кто спорит, но ведь, блин, и не «уродцы» же!
– Да что ты надулась? – удивлялась Анжелка вечером. – Как будто они тебе родные.
– Они хорошие.
– Отлично. Значит, только с внешностью не повезло.
– Злые вы!
– Да ладно тебе. Шуток не понимаешь? Одичаешь там скоро. Кстати! Каникулы новогодние в вашем «Хогвартсе» предусмотрены?
– А то! Уже с понедельника.
– Как?! Это ведь только восемнадцатое! С какого хрена лысого вас так рано отпускают?
– А мы хорошо успеваем. Опережаем программу по всем пунктам.
– Гонишь! Скажи лучше – экономят у вас там в деревне. Дрова или чем школу отапливают. И бензин для драндулета, что тебя каждый день катает.
– Ого! С каких пор «супер-пупер Форд» стал драндулетом?
– А вот как на каникулы усвистываешь опять на неделю раньше, – проворчала она. – Ладно, проехали. Так даже лучше. Заняться тебе все равно будет нечем – приезжай. В гости, на Новый год. Родители согласны.
– Блин, не могу.
– Да почему?! Ну, приезжайте все – уговори их. Чем вы там все праздники будете заниматься? Снег чистить?
– Мы в Питер едем. Сергей сказал: очень важные дела. Заодно Новый год встретим.
– Деловая колбаса прям твой Сергей. Какой бизнес может быть в праздник?
– Нет, это семейные дела. У них со старшим братом серьезные нелады. Но тут он согласился приехать и с нами познакомиться.
– А на свадьбу опоздал?
– И не собирался. «Все сложно», в общем, и для Сергея очень важно это утрясти – никогда его таким серьезным не видела.
– Не хочешь, значит, приехать…
– Довести ты меня сегодня решила?
– Довезти не могу, а встретить – запросто. Где скажешь… Мы по тебе очень скучаем. Ты не обижайся – я же по приколу.
– Я тоже хочу вернуться. Ты бы знала, как. Планирую вообще, да. Вот только память о себе оставлю на здешних стенах.
– Несмываемую?
– И не снимаемую.
Немного я все же лукавила. Теперь назад хотелось уже не так сильно. И ребята, и наш класс, и двор снились реже. Наверное, дело в проекте. Он занимает и время, и мысли, и руки. Анжи вот позавидовала ранним каникулам, а я расстроилась.
– Как же? – удивилась Роза Георгиевна моему вопросу. – К празднику нужно успеть подготовиться.
– Широко же тут празднуют, если столько времени нужно.
– Это для вас, детей, пока только развлечения: вкусности, подарки, яркие огни. Ничего, все впереди, – потрепала она меня по щеке и уплыла дальше.
Ничего себе! А взрослые на Новый год тяжелую работу выполняют? Это когда сто салатов нужно успеть нарезать, а потом всю ночь наклюкиваться? Подвиг, ничего не скажешь. Просто героическое испытание для организма.
В общем, каникулы подкрались неожиданно. И так же быстро мы собрались в Петербург. Лихорадочное волнение Сергея заразило маму, и она бестолково суетилась, собирая чемоданы и параллельно отсылая правки по очередной подработке. Все это подбешивало, и я отправилась гулять. А гулять тут, кроме леса, и негде. Или елки, или одно из двух. Снегопады закончились, ветер стих, все успокоилось. Потеплело, тропинки просели, и под ногами мягко поскрипывало. Белая пелена на небе рвалась, будто мокрая бумага, открывая голубые окошки. Я шла по исследованному маршруту, крюком огибавшему поселок, но снег сбивал все настройки: знакомое виделось странным. Это был уже не совсем тот лес. Как будто надел маску, за которой проглядывала знакомая улыбка. Или, наоборот, снял.
Неожиданно открылась прогалина. Колкая желтая трава исчезла, похороненная до весны под снегом, и только на кочках упрямо топорщилась. В ямках темнел подтаявший ледок. По ту сторону хмурились темные елки. А в небе, за опалово-серым маревом облаков, круглилось солнце. Оно выглянуло, загоревшись в капельках снега на черных ветках, в осколках луж. Повернуло невидимый тумблер, и серый пейзаж вдруг стал ярким: сине-белым, желто-черным. Непонятно, как это получилось, но реальность вдруг стала нереальной. Необъяснимой. Нефизической. Она затягивала, завораживала. Невозможно было шевельнуться.
Облако чуть погасило солнце – магия выключилась, и я поняла, что стою с открытым ртом, вцепившись в какую-то ветку настолько, что свело пальцы.
Так я узнала, что красота может смертельно испугать.
Глава 5.
Поездка в Питер как-то не задалась сначала. На Сапсан мы чуть было не опоздали: до Москвы встречались пробки то тут, то там. Сергей нервно барабанил пальцами по подлокотнику, таксист беззвучно ругался, мама вздыхала и бессмысленно проверяла время каждые три минуты. Когда выехали на кольцо, Сергей тоже взглянул на часы и хмыкнул. А потом, дождавшись просвета в плотном потоке машин, начал вдруг подсказывать водителю – так строго и уверенно, что я бы на его месте тоже не стала спорить. И чем дальше, тем ловчее мы лавировали, пользуясь малейшей щелью, так лихо, что Анжелка бы влюбилась в «этого твоего Сергея», если бы только увидела. И на вокзал успели почти вовремя. Однако приключения не закончились: билеты остались дома. Мама прямо позеленела от ужаса: она же сама их приготовила заранее, положила рядом с сумкой, чтобы проверить в последний момент, – и вот. Рванули распечатывать заново, вежливо растолкав небольшую очередь: простите, извините, поезд отходит через пять минут, будьте любезны, благодарю, да-да, и вам хорошего пути – и побежали к своему вагону.
Здесь, наконец, можно было выдохнуть. Сергей так и сделал, шумно и удовлетворенно вздохнул, откинувшись в кресле, и подмигнул мне. Мама поморщилась и потерла висок – еще бледная от потрясения (всю дорогу она умудрялась, почти не дыша на бегу, приговаривать: «Как же так! Как я могла забыть! Ох, простите, простите меня»). А я решила полюбоваться скоростью, раз место у окна досталось (ну, как, «досталось» – само собой разумелось). Посмотреть точно было на что: Сапсан рванул сразу, как будто на добычу спикировал. Видео вышло, правда, так себе, но чат повеселило:
– усвистела наша Женя!
– Ежикам нельзя передвигаться с такой скоростью.
– уши закладывает?
– волосы сдувает?
Мелькало за окном здорово. Пролетали домики, строения, черно-белой рябью плыли леса.
– Как голова не закружится, – поморщилась мама и передернула плечами. – Смотри – укачает.
– Это тебя вечно укачивает. Так что, видишь, спасаю – заняла опасное место.
– Образцовая дочь, – вздохнула она.
С кресла Сергея долетел смешок: он придремывал, откинув спинку.
Скоро, однако, огни вагона пересилили, и сумерки снаружи сгустились. Смотреть на мелькающие огни было уже не так интересно, и я переключилась на подоспевший обед. Наконец-то!
Но если я обеду обрадовалась, то нам Питер – не особо. Город встретил противной моросью и таким холодным ветром, что деться от него было некуда. Из-за погоды и волнений маму накрыло приступом мигрени. Это сообщил мне Сергей, спустившись к завтраку. Было похоже на сцену из фильма: мы сидим в поблескивающем зеркалами, посудой и уютными светильниками зале ресторана и дорогой отчим, разливая кофе по издевательски крохотным чашкам, говорит, что маме сегодня нужно отлежаться в темноте и тишине, а меня, чтобы не скучала в гостинице, приглашает «сопроводить» его на деловую встречу.
– Извини, но отпустить тебя одну в город я не могу. Зато если все пройдет успешно и быстро, потом прогуляемся по магазинам.
– С кем встречаешься?
– С одним очень важным господином.
– Ого! Ну, и друзья у тебя, милый отчим.
Он неопределенно помотал рукой и рассмеялся.
– Друг он своеобразный, а вот союзник бесценный. Вызвался устроить нашу с братом встречу.
– Все-таки это очень странно. Даже если сильно поругался с кем-то из своих – проще самим все решить, чем чужого втягивать и его слушаться.
– Когда как. Если хочешь предотвратить плохой сценарий, порой это единственный выход.
– А что за плохой сценарий? Подеретесь? Поссориться еще больше вы ведь не можете.
– Как сказать. Видишь ли, конфликт можно поставить на паузу, прекратив общение. Не иметь общих дел, не портить жизнь друг другу. Но если его раздуть снова…
Он изобразил «Пуф!» и подмигнул.
– Паулис поможет поддерживать нейтральную температуру.
– Паулис? Он иностранец?
– Ни душой, ни телом. Сама увидишь – нам пора.
Уже в такси он толкнул меня легонечко в бок.
– Не думай, что я не оценил тактичности, с которой ты не спрашивала о причине нашей ссоры.
– Охх! Это было очень трудно! Но теперь-то можно узнать?