Мария Бородина – Воронье гнездо. Игрушка безумного алхимика (страница 5)
- Гнойный выкидыш низших! - конечно же, это снова высказалась Адель.
Бум! Что-то, шелестя страницами, рухнуло на пол. Я вздрогнула и инстинктивно повернулась. Кто бы мог подумать: всё та же эльфийка... Её тонкие руки ходили ходуном, выписывая на столе странный танец и скидывая на пол перья. Бедняга не только не успокоилась, но и начала кусать губы, оставляя на кромке багровые отметины. И паника, кажется, передавалась её подруге...
- Ты... что? - я снова попыталась её окликнуть, но на этот раз эльфийку так захватили эмоции, что не удостоила меня даже самого надменного взора.
Пару секунд спустя тишину растревожил надсадный, клокочущий кашель, почти перетекающий в рвотный порыв. Кашляла вторая эльфийка. Стиснув ладошками шею, она таращила глазищи, будто пытаясь рассмотреть в воздухе что-то важное.
- Современная алхимия способна частично имитировать магию ментального потока, - продолжал профессор, не замечая переполоха под самым носом. - Но, увы, не может...
Хрясть! Вторая эльфийка, всё ещё кашляя, рухнула на лавку и замолотила ногами, будто в припадке падучей.
Ну уж нет! Такое терпеть нельзя.
- Профессор Ламио! - я поднялась с места, уже не думая, разозлю ли его, привлеку ли внимание Парфины и допустят ли меня к Эссенсусу. - Адепткам нехорошо!
- Лекцию сорвать решили? - невозмутимо отозвался Ламио. - Я вас всех насквозь вижу!
- Да нет же! Взгляните сами!
Словно вторя моим словам, одна из подружек-эльфиек сорвалась с места. Её глаза выражали такой искренний ужас, что мне самой захотелось немедленно унестись из зала, лишь бы не видеть этот кошмар. Повизгивая и размахивая руками, эльфийка ринулась прочь. Описав зигзаг перед кафедрой и едва не задев профессора, как слепыш влетела в стену и рухнула на задницу. И продолжила свой путь к двери ползком: да так резво, что кто-то с заднего ряда отпустил нахальный восхищённый возглас.
- Лентяйки, - голос профессора звучал возмущённо. - Ваш актёрский талант безупречен, но меня вы с толку не собьёте. Лекции быть.
В тот же миг вторая эльфийка грохнулась с лавки на пол. Тут же выкатилась из-под стола, собирая голубым бархатным платьем пыль, бодро вскочила на четвереньки и с неистовой скоростью поковыляла к выходу. Её коленки так забавно стукали о лакированный паркет, что она собрала целую феерию смешков. Кто-то даже зааплодировал.
- Вы конспекты забыли, - надменно бросил ей вслед Ламио, и не думая поддерживать всеобщее веселье. - А рюкзаки теперь ищите в ректорате.
Дверь захлопнулась, зажав между створками лоскут голубого бархата, и над нашими головами повисла разъедающая тишина. Громкая и напряжённая, пропитанная страхом и недоумением. Каждый переживал произошедшее по-своему.
- Продолжим...
- Гранн Ламио, - снова попыталась выступить я. То, что я увидела, не укладывалось в голове настолько, что гнев профессора казался теперь чем-то обыденным. - Им и впрямь было плохо!
- Да, - поддержал меня кто-то со второго ряда. - Вы видели их глаза? Или как они тряслись?
Лицо профессора застыло тяжёлой каменной маской: одно движение - и рассыплется на песчинки.
- Наивные ибресы, - отчеканил Ламио неподвижным ртом. Сальный взор блуждал по моему лицу, и я знала: запоминает. И отомстит. Непременно. - Если бы им было плохо, они бы подошли ко мне и отпросились с лекции. Не стоит принимать глупые розыгрыши за чистую монету.
- Но вы же сами понимаете, что сначала всё было нормально! - сам собой выпалил мой язык - враг мой.
- Извольте, ибреса, - в голосе Ламио прорезались стальные нотки. - Вы считаете себя умнее меня? Если думаете, что правы, можете выйти из аудитории и проверить. И помочь ибресам, коли это требуется. Только учтите: сюда вы больше не вернётесь. Ни в этот раз, ни в следующий.
За грудиной похолодело. Ледяные щупальца страха вырвались из самого сердца и проросли насквозь, спутав оковами руки и ноги. Внутри я разрывалась на части: одна отчаянно хотела плюнуть на всё и побежать следом за эльфийками, вторая - просто остаться на плаву, не наживая себе лишних проблем. Какая же одержит верх?
Какой же нужно быть глупой и нерасторопной, чтобы так обратить на себя внимание! О, Филлагория! Ну, за что!
- Простите, профессор, - заглушив порыв благородства, во мне заголосила позорная трусость. Стало противно и мерзко от самой себя: до дрожи и испарины на лбу. Будто не я цедила эти слова. - Я была неправа. Ваши слова показали мне истину, в неё и верю.
Ламио снисходительно улыбнулся, почесал толстый живот, и недвижимая маска осыпалась с его лица:
- Так-то лучше. Если позволите, высокочтимая ибреса Энвиллан, мы продолжим лекцию.
Слова профессора летели мимо ушей, как острые кинжалы. Постукивая пером, я делала вид, что записываю его изречения, на самом же деле бездумно выводила в тетради каракули и загогулинки. Я больше не верила ни одному его слову. Клочок голубого бархата, вымазанного пылью, что застрял в двери, не давал усомниться в моей правоте. Случилось что-то страшное. Что-то, выходящее за рамки моего понимания. И отчего-то я остро ощущала свою причастность к этому.
Однако о последнем, что было мне необходимо - ретироваться, едва звонок подаст голос - я помнила чётко. Когда часы над демонстрационным экраном замерли в пяти минутах от полного круга, все мышцы напряглись и стали каменными. Подо мной скрутилась огромная пружина, готовая в любой миг разжаться и толкнуть к спасительным дверям. Но едва пространство завибрировало от гулкого звона, и Ламио, погасив экран и прихватив рюкзаки бедных эльфиек, отправился восвояси, я окаменела. Не иначе как Филлагория оценила моё стремление стать древесным грибом и попыталась его воплотить.
Так, Лотта. Спокойно. Не дай панике себя потопить. Просто разогни ноги и сделай шаг. Ещё, ещё... Отлично! Я пошатнулась и влилась в толпу адептов, втайне надеясь, что Парфина и думать обо мне забыла. Шаг. Ещё...
На плечо неожиданно легла чья-то рука. Пальцы впились в кожу, словно намереваясь её проткнуть.
- Сбежать надеялась, аэрийская штучка? - ударил в висок знакомый голос.
Глава 4
- Не выйдет, - подытожил голос.
Незримый враг оскалился, уткнувшись в плечо, и по стойкому аромату тыквенного дезодоранта я распознала Парфину. Кто б знал, как меня трясёт от этого сладковато-морозного запаха, что въелся даже в занавески в комнате! Он походит на вонь отсека для мусора в кухонном коридоре: такой же прилипчивый и брезгливый. Но Парфина считала иначе: впрочем, я давно убедилась, что вкусы этой больной ублюдины весьма специфичны. Зеленокожая, прознав мою слабость, во всю пользовалась мнимым преимуществом. Вот и сейчас, когда знакомый аромат коконом окутал плечи, безнадёга царапнула сердце, заверив, что я не уйду отсюда живой.
Но кто я, если просто так сдамся?
Стараясь держать невозмутимую мину - совсем как у профессора Ламио - я резким движением скинула руку Парфины с плеча. Та, ойкнув от неожиданности, отступила, но радоваться было рано.
Я с трудом сосредоточилась. Страх стал моей реактивной силой и петардой в пятой точке. Ступор исчез, освободив место чистой энергии. Рванув вперёд, я вмазалась в толпу и почти позволила ей дотащить себя до двери. Но разочарование пряталось в жалком метре от спасения. Не дойдя до порога, я уткнулась в квадратную морду Брит. Уткнулась и открыла рот, удивляясь, как эти трое смогли меня перехитрить. Всё же три тупые головы - даже орочьих - лучше, чем одна среднестатистическая.
Сощуренные карие глаза с вызовом зыркнули на меня:
- Погоди, Энвиллан. Мы ещё не поговорили.
Сильные руки толкнули назад, не дав и слова вымолвить. В отчаянии я замотала головой. Спасительная толпа осталась на недосягаемом расстоянии. Никому не было до меня дела. Кого-то, как и Парфину, грызла зависть к адептам могучих кланов, кто-то всегда и во всём винил жертву, кто-то ненавидел аэрийцев, а кто-то просто боялся орков с их жёстким нравом, предпочитая не связываться лишний раз. Множество факторов, чтобы оправдать свою трусость.
- А ну, не рыпайся! - рявкнула Брит, снова толкая меня в грудь. Едва не потеряв равновесие, я подалась назад и тут же оказалась в тёплых объятиях Парфины и Леоны.
- Сюда, - по-хозяйски скомандовала Парфина, прижимая меня спиной к столу перед кафедрой: тому самому, за которым сидели злосчастные эльфийки. Убедившись, что лекционный зал опустел, и я не убегу, она обошла меня и нахально ухмыльнулась в лицо. - Тебе не кажется, аэрийское чудовище, что ты должна пояснить нам кое-что?
- Чудовище тут явно не я, - выпалила в ответ. Получилось жалко: как мяуканье голодного и замёрзшего котёнка. Лучше б вообще не получалось.
- Орехов тебе мало было? - вмешалась Леона, выплывая вперёд. Для орчанки она выглядела весьма сносно и мягко, и её даже можно было бы назвать красавицей, если бы не две спорные особенности: коронная монобровь и огромный вес. - Я могу поделиться. В следующий раз накормлю тебя так, что ты мать родную не узнаешь!
- Почему в следующий раз? - запрыгала Брит. - Можно и сейчас!
- Ага, - поддакнула Парфина, выпуская косую ухмылку.
- Сама их сожри, - рявкнула я и подалась вперёд, но три пары зелёных рук тут же толкнули обратно к столу. Острый край ударил по пояснице, и я едва сдержала вой. Бедные почки! - Я запрещёнными веществами не балуюсь, в отличие от некоторых.