Мария Алексеева – Токсичные родители и сила рода. Как выжить и исцелиться (страница 57)

Единственный реально доступный инструмент – изменить отношение к происходящему.

Психика делает это так:

– «не так уж и плохо»;

– «они просто вспыльчивые»;

– «у всех бывают ссоры»;

– «я сам виноват, надо было быть лучше».

Это не глупость и не слабость, а механизм защиты.

Если ребёнок прямо признает:

– «они не умеют меня любить»,

– «со мной обращаются жестоко и несправедливо»,

– «мне негде спрятаться, никто не защищает»,

ему станет невыносимо.

Поэтому более щадящая версия реальности выгоднее:

– «у нас обычная семья, просто иногда перебор»;

– «мама устает, папа нервничает, зато у нас есть еда/квартира»;

– «значит, я должен стараться ещё больше, чтобы было меньше скандалов».

Эта стратегия помогает выжить ребёнку.

Но во взрослой жизни она превращается в тюрьму:

человек продолжает жить так, будто детская боль была «не всерьёз», хотя она продолжает управлять его реакциями, отношениями, телом.

Лояльность к родителям и страх стать «предателем»

Признать, что было тяжело, – значит косвенно признать:

– родители причиняли боль;

– они не справлялись со своей ролью;

– рядом с ними было небезопасно.

Это вступает в конфликт с глубинной лояльностью:

– «они всё‑таки мои родители»;

– «они много работали/страдали/жертвовали»;

– «нельзя говорить о них плохо».

Внутренний диалог часто выглядит так:

– «Да, они кричали и унижали… но ведь меня кормили, одевали, учили».

– «Да, мне было страшно… но они сами были травмированы, им тоже было тяжело».

Лояльность говорит: защищай их.

Боль говорит: защищай себя.

Чтобы не разрываться, человек делает выбор в пользу родителей и обесценивает себя:

– «нечего раскручивать это всё»;

– «надо быть благодарным, а не искать виноватых»;

– «они делали, что могли».

Но быть благодарным за то, что было хорошего, и признавать то, что было разрушительным, – не взаимоисключающие вещи.

Перестав обесценивать боль, вы не становитесь предателем.

Вы становитесь взрослым, который способен видеть сложную правду, а не одну плоскую картинку.

Сравнение с чужими историями: «у меня не было настолько ужасно»

Очень мощный аргумент против собственных чувств – «у других хуже».

– «У меня хотя бы был отец, а у кого‑то его вообще нет».

– «Меня “просто” шантажировали, а кого‑то били».

– «У нас был дом, а люди в детдоме как живут?»

Сравнение кажется честным и разумным, но на деле оно служит одной цели – не сталкиваться с собственным горем.

Логика такая:

– если у кого‑то было хуже, значит, я не имею права болеть своей болью;

– если я не имею права, значит, лучше заткнуться и терпеть;

– если терплю, значит, можно и дальше ничего не менять.

Важно понять:

– боль не измеряется по шкале «хуже/лучше»;

– факт, что кто‑то пережил войну, бедность, насилие, не обнуляет вашего опыта;

– признание своей раны не отнимает право на сочувствие у других людей.

Вы можете одновременно видеть чужое страдание и перестать жертвовать своими чувствами на алтарь чужих бед.

Привычка обесценивать себя во всём

Если в детстве ребёнку много лет объясняли, что он:

– преувеличивает;

– «слишком чувствительный/ранимый»;

– «всё воспринимает близко к сердцу»;

– «из мухи делает слона»;

– «сам виноват, что на него так реагируют» —

он начинает сомневаться в собственной реальности.

Любое внутреннее переживание – под подозрением.

Во взрослом возрасте это звучит как: