Мария Алексеева – Токсичные родители и сила рода. Как выжить и исцелиться (страница 55)

В итоге:

– человек тянет до последнего;

– приходит к врачам или психологам, когда уже очень тяжело;

– обесценивает своё состояние («у других всё хуже»);

– иногда сам не доверяет своей боли, считая её «придумкой».

Парадокс: чем больше успеха и «нормальности» снаружи, тем труднее признать необходимость помощи.

«Снаружи всё хорошо, внутри – боль и стыд»: пример внутреннего монолога

Снаружи:

– «У меня хорошая работа, семья, образование. Родители… ну да, сложные, но всё же они меня вырастили. В целом жизнь нормальная. Стыдно жаловаться».

Внутри, глубже:

– «Мне иногда настолько пусто, что я не понимаю, зачем всё это».

– «Меня до сих пор парализует, когда кто‑то повышает голос».

– «Я не могу расслабиться ни на секунду, будто жду, что что‑то случится».

– «Я не чувствую себя “хорошим” ни при каких обстоятельствах».

– «Мне стыдно, что мне больно. Стыдно, что мне нужна поддержка. Стыдно, что я думаю о детстве с горечью».

Этот разрыв – не признак слабости, а след многолетнего обучения игнорировать внутреннее ради внешнего.

Почему так страшно признаться себе в правде

Опасение разрушить образ семьи и родителей

Если честно посмотреть на свой опыт, может оказаться, что:

– родители действительно причиняли боль;

– их поведение было не нормой, а насилием;

– «не просто было тяжёлое детство, а было травматичное».

Это больно. Это вызывает гнев, печаль, чувство утраты.

Многие боятся, что если они это признают, то:

– перестанут любить родителей;

– станут «плохими детьми»;

– разрушат отношения.

Поэтому легче держаться за образ «у нас всё обычно, как у всех».

Страх обнаружить масштаб внутренней боли

Внутреннее «я» копило чувства годами.

Кажется, что если открыть эту дверь, оттуда вырвется лавина, с которой невозможно справиться.

– «Если я начну, я не остановлюсь»;

– «если я позволю себе плакать, меня размоет»;

– «если я признаюсь, как мне плохо, я развалюсь».

Этот страх часто держит человека в привычном состоянии: «лучше я буду жить наполовину, чем рискну попасть в этот омут».

Страх потерять идентичность «успешного»

Внешнее «я» вкладывало годы в образ:

– сильный;

– независимый;

– компетентный;

– «не ноет».

Признать внутреннюю уязвимость – значит пересмотреть сам образ себя.

Для многих это ощущается как потеря опоры:

– «если я не тот, кто всегда справляется, то кто я вообще?»

Из-за этого человек может держаться за внешнюю маску, даже когда внутри уже нет сил.

Путь к исцелению: соединять внешнее и внутреннее «я»

Разорвать этот раскол нельзя одним решением.

Но можно шаг за шагом снижать дистанцию между витриной и глубиной.

Признать внутри: «оба этих “я” – мои»

Важно перестать делить:

– «внешнее – настоящее, внутреннее – выдумка»

или наоборот

– «внутреннее – настоящее, внешнее – ложь».

И то, и другое – части вас:

– внешнее «я» помогло выжить, адаптироваться, получить образование, работать, строить связи;

– внутреннее «я» хранит правду о ваших переживаниях, потребностях, боли.

Задача – не уничтожить одну из частей, а дать им встретиться.

Давать место внутреннему опыту хотя бы в безопасном пространстве

Сначала – не на публике, а там, где максимально безопасно:

– в личном дневнике,

– в терапии,

– в доверительном разговоре с тем, кто не обесценит и не осудит.

Пробовать говорить не «в целом всё нормально», а конкретно:

– «мне было страшно, когда…»;

– «мне было больно, когда…»;