Марина Суржевская – Эхо Равилона (страница 50)
Мужчины, слегка ошарашенные тем, как проходит допрос, вразнобой кивнули.
– Вот и отлично. – Я поднялась. – Тогда не будем медлить. Отвезите меня ко дворцу. Да, и верните Джему Ржаник, это мое официальное требование. Надеюсь, требования Совершенных все еще выполняются?
– Необходимо оповестить Его Величество…
– Так оповещайте! Или у вас есть сомнения в моих словах?
Дознаватели моргнули. Сомнений не было. Весь их многолетний опыт, вся их сила уверяли, что Кассандра Вэйлинг говорит чистую правду. И что нужно действовать как можно скорее!
– Нам стоит поторопиться, милорды. Скверна растет с каждым мгновением, не забывайте это! Под угрозой не только город – вся империя! Мы ведь не хотим допустить падение Неварбурга? Думаю, вам уже доложили, что я побывала в песках Равилона и своими глазами видела мертвый город. Ужасное зрелище и большая потеря для всех нас.
Разум открыт и чист как зеркало, в котором отражаются развалины, пески, монстры… образы так живы, что чувствительные телепаты содрогнулись от омерзения.
– Конечно, миледи!
Виктор и Станислав ушли, почти убежали, Анхель замер в дверях. Несколько минут он буравил меня взглядом, но потом тоже ушел.
Генерал Осимов покинул кабинет, так и не сказав ни слова.
Я откинула голову на спинку кресла и закрыла глаза. Но по-настоящему отдохнуть не получилось. Видимо, дознаватели прониклись моей речью и успели связаться с императором, потому что вскоре меня снова усадили в автомобиль. Я зябко поджала замерзшие ноги. Неварбург это не теплый Оазис, в котором можно ходить босой…
– Вэйлинг! – рядом на сидение плюхнулась Джема, и я незаметно убрала медальон под ткань платья. – Слушай, что происходит? Сначала меня засунули в какую-то клетку, а потом извинились и вот я здесь! У меня что, случайно нашлась высокопоставленная родственница? Я была уверена, что иду на какой-нибудь жуткий допрос с пристрастием!
Так и есть, Ржаник, так и есть…
– Потом поговорим, – кивнула я на мрачных мужчин в автомобиле.
Джема хмыкнула и внезапно сжала мою ладонь.
– Спасибо, Кассандра, – шепнула она.
Ощутив, как уменьшается боль от все еще сверлящих голову штырей, я с благодарностью приняла теплую руку.
Город пришел в движение. К нашему автомобилю присоединилось еще несколько, образовав кортеж из военных машин. Мельком я заметила генерала Осимова в окружении синих мундиров. Миновав множество заграждений, мы наконец приблизились ко дворцу. И я увидела то, каким он стал. Открыв от удивления рот, рядом застыла Джема.
– Истинодух и все святые…
Я тоже не сдержала изумления. Часть здания была прежней – бело-голубые стены, позолоченные вензеля, мраморные лестницы и статуи скорбящих ангелов, застывшие в строгом геометрическом порядке. Другая же поражала воображение. Упорядоченный хаос из переплетения живого дерева, корней, ветвей, камней, стали и стекла. Нечто странное, вызывающее одновременно ужас и восторг. Жилище скверны – не вмещающееся в человеческое сознание. Оно притягивало и отталкивало одновременно.
Вокруг преобразованного дворца медленно танцевали серые вихри. В стеклах метались тусклые огни ламп, словно светлячки, заключенные в банку. Или души проклятых, плачущие на болоте. Проливной ливень довершал картину и добавлял ощущения потустороннего.
– Император разрешил операцию. – Анхель выглядел возбужденным. Вероятно, троица сильнейших менталистов была весомой силой и смогла убедить правителя. Или дознаватели слишком желали свергнуть разрушителя и заполучить себе все лавры?
Шелестя гусеницами, на площадь перед дворцом выполз десяток бронированных машин, они выстроились полукругом за нашими спинами. Где-то гудели лопасти вертолетов. Я ощутила, как тело холодит озноб, не имеющий отношения к дождю. Впрочем, промокнуть мне не дали, Венгель заботливо раскрыл надо мной зонтик. Слишком заботливо…
– Уверены, что сумеете его выманить, миледи? – Дознаватель склонился к моему уху.
– Сомневаетесь? – Я ответила насмешливой улыбкой. И увидела, как блеснули глаза менталиста. Он покачал головой и тоже улыбнулся.
– Тогда приступим. Помните, что говорить?
Я кивнула. Наставления я слушала все время, пока мы ехали ко дворцу.
– У меня отличная память. Совершенная.
– Не сомневаюсь. – Венгель помедлил, глядя на меня сверху вниз. Вероятно, с его роста открывался неплохой вид на мое декольте. Я бросила на менталиста быстрый взгляд из-под ресниц и услышала его вздох.
– Миледи Кассандра, – сказал Станислав. К его чести, смотрел он все-таки мне в глаза. – Я рад, что вы стали частью Пантеона. Стали частью… нашего общества. И когда все закончится, надеюсь пригласить вас на ужин. Вы…позволите?
Я тихо рассмеялась, не отвечая.
Отодвинувшись от дознавателя, я вышла из-под укрытия зонтика и уверенно двинулась по коридору из военных, инквизиторов и жутких машин. Ноги тут же промокли, впрочем, как и шелковое платье. Опиум сердито заверещал в сумке, и я придержала его рукой, успокаивая.
«Железный коридор» остался позади. Между дворцом и заграждениями темнел ров, через который перекинули узкую доску. Не глядя под ноги, я ступила на скользкую деревяшку. К лестнице я вышла одна. Впереди кружили вихри. Вблизи они выглядели жуткими чудовищами, в сером мареве явственно проступали силуэты и искаженные лица. Они всматривались в меня, приближаясь.
Я застыла.
Повисла жутковатая тишина.
– Август, – позвала я.
Негромко. Совсем негромко…
Двери дворца беззвучно распахнулись, вихри разошлись в стороны. И он спустился по лестнице. Мы застыли в двух десятках шагов друг от друга.
На наших телах маковым полем расцвели точки прицелов.
– Привет, Август, – ответила я.
Склонив голову, он внимательно смотрел на меня.
Время остановилось. Мы рассматривали друг друга сквозь завесу дождя, под прицелами десятков, сотен винтовок. Под чужими взглядами – военных за укреплениями, деструктов во дворце… Сотни чужих глаз, сотни чужих душ. Проливной дождь.
И мы.
По черным волосам катятся оранжевые искры скверны. Они же пляшут в его глазах, словно звезды, расчертившие ночное небо. Его экрау оставалось сухим, дождь не касался застывшей фигуры разрушителя. Никакого оружия. Лицо – бледное и жесткое, словно высеченное из мрамора.
– Я уже говорила, что тебе идет черное, – тихо сказала я.
Август не улыбнулся, лишь сильнее нахмурился.
– Империя требует вернуть тело наследного принца, которого ты удерживаешь во дворце. Если ты не подчинишься немедленно, то прямо сейчас станешь вдовцом.
Я указала на точки, пляшущие на моем теле, и сморгнула с ресниц капли дождя. Разрушитель вел себя… странно. Словно не верил, что я настоящая. Его взгляд скользил по моему лицу, но я не могла разобрать, что за мысли роятся за звездами глаз. Что с ним?
Неужели и он безнадежно изменился, и сейчас я вижу лишь скверну?
– Я не могу отдать принца, – не сводя с меня взгляда, сказал Август. – Он останется как гарант безопасности людей во дворце.
– Ах. – Я улыбнулась, посмотрев на свое платье, ставшее красным от многочисленных точек прицелов. – Тогда, боюсь, у тебя больше не будет жены. Ты, говорят, не можешь умереть. А вот я…
– Для этого ты здесь? Предлагаешь мне сдаться? – мне кажется или в его голосе прозвучала насмешка?
– Я предлагаю послать инквизицию в самую глубокую задницу, которую только можно представить, – с невинной улыбкой произнесла я.
Август моргнул. И еще раз. Взгляд утратил холодную жесткость.
– Кассандра? – тихо и как-то отчаянно сказал разрушитель.
– О боги, Август. Ты по-прежнему чертов святоша. Никакого коварства! Даже скверна не смогла сделать из тебя злодея.
Несколько красных точек на моем теле задрожали. Я почти увидела очередной обмен взглядов менталистов и их недоумение: какого демона она говорит? Мы договаривались на другие слова!
– Мое коварство покинуло меня, и я едва не сошел с ума. Но кажется, оно только что вернулось, – медленно проговорил он. – Вернулось и стоит на этой лестнице.
– Ты совершенно не умеешь делать комплименты.
– Ты… вернулась? – Он снова моргнул. Как пробуждающийся ото сна человек.
– Я вернулась.
– Ко мне?
Я снова потерла висок. Штыри менталистов все еще пытались просверлить мою голову. Август проследил мое движение и задохнулся от внезапного понимания.
– Кассандра… Это и правда ты?!
– Размажь этих гребанных инквизиторов, Август, – выдохнула я.