Марина Самарина – История Сольвейг (страница 7)
Этот летний сезон был лучшим временем в моей жизни, это было счастье в чистом неразбавленном виде, но он подошел к концу, и надо было возвращаться в обыденность. Итак, что у нас плохого? Тот эльф сказал, что магичка, единственная способная родить от меня детей, уже близко. М-да. Я же должен буду на ней жениться, чтобы дети появились на свет в законном браке и судя по предсказанию Оракула, женитьба эта не за горами. Да и Бет возвратилась из летнего поместья и уже требует внимания, положенного ей по статусу. Но отказываться от Сольвейг я не хочу, очень сильно не хочу, моя детка - самое сладкое существо в этом мире. Надо дать ей статус временной любовницы и не забыть закрепить его кольцом. Ну и пусть она просто человечка - плевать. Двор пошипит и перестанет, рты я затыкать умею, а брат поймет. Что ещё? Да, перевезти её под охрану в городской домик, что мы с братом отвели для счастливиц получивших статус временной королевской любовницы. Сегодня же скажу Сольвейг, чтобы готовилась к переезду.
Часть 4 Сольвейг
У меня не было шансов сохранить своё сердце свободным, ну вы же понимаете: маг, принц, умница, герой, красавец. Для него я снимала серый артефакт, для него я пела тем летом, для него были те жаркие ночи и дни. А потом лето кончилось, и двор вернулся из летнего поместья. Я помню:
- Сольвейг, собирайся, на днях тебя перевезут в дом для временных королевских любовниц, там охрана и вполне уютно. У брата сейчас нет временной любовницы, так что пока ты будешь там одна, но это ненадолго, так что скучать тебе не придётся. Ну вот, опять забыл, вечно я его забываю! Детка, кольцо твоего статуса я привезу позже.
- Я никуда не поеду. У меня выступления, и я не хочу жить в чужом доме.
- Сольвейг, я же тебе не запрещаю выступать, и что ты имеешь против переезда? Это же удобно - туда настроен портал из дворца, в свободные вечера я смогу приходить к тебе, не тратя время на дорогу. Не капризничай, через пару дней я пришлю людей, они помогут с вещами.
Поцелуй, ушёл. Я даже не плакала, когда он предложил мне стать королевской шлюхой, я просто всматривалась в любимое лицо с болезненным вниманием близорукости. То нежное и хрупкое, что пело у меня в груди, разбилось от нескольких слов, и теперь у меня вместо сердца острые осколки, которые больно режутся при неловких движениях. Я же всегда знала, что есть официальная фаворитка - Бет, будет жена - эльфийка, и что он будет с ними в постели. Знала, но мой затуманенный любовью мозг, не воспринимал эту информацию, а вот теперь реальность жёстко вторглась и указала человечке её место. Я осознала - я постельная игрушка принца, и он не будет спрашивать моего согласия. Меня просто перевезут в этот шлюхин домик, рядом будут шлюхи короля, а я стану шлюхой принца. Временной шлюхой. Я взрослая девочка, я понимаю, что с принцами в этом мире не спорят, а это означает, что в этом городе, в этом королевстве мне больше не жить. А значит, что? Значит мне пора в дорогу.
Собиралась я втихомолку - паранойя моя нашептала не светиться. А что мне, собственно, нужно? Дорожная сумка с моим гигиеническим минимумом вещей, витар, немного наличных денег, браслет гномьего банка - их отделения существуют во всех странах этого мира, да и не выдадут меня гномы никогда - тайна вклада, блин! Сегодня ушло письмо отцу, там я написала, что ухожу из Тагора: "... прости папа, твоя непослушная девочка не уберегла свое сердце - ты был прав, ты всегда прав. Прости".
Официальным порталом уходить нельзя - принц будет зол на человечку, дерзнувшую не подчиниться, а с его возможностями отследить мои перемещения - раз плюнуть, поэтому идём другим путем. Я купила у друзей-студиозов нелегальный портальный артефакт, с привязкой к городку на восточной окраине королевства, где-то там живет моя королева - навещу её и отправлюсь дальше - мир большой, найдётся и для меня в нём место. Чтобы портал не засекли, студиозы предложили уходить на рассвете с территории университета - у них там какие-то глушители магической активности стоят.
Я не говорила вам, что я предусмотрительная? У меня ни с кем нет постоянных контрактов, только об этом никто не знает - вот на руку оказалась моя земная дикость, боялась я магических контрактов. Я думала - вдруг обнаружится, убивший меня враг, и я не смогу исполнить контракт, потому что придётся быстро убегать. А магический контракт - это такая болезненная штука, иногда смертельная - смотря какие суммы там задействованы. Так что уходить я буду завтра без магических обязательств.
А сегодня... сегодня у меня последнее выступление в королевстве Тагор. Я сама пришла к хозяину той таверны и предложила спеть одну песню просто так - бесплатно, сказав ему, что это вроде пробы - если понравится его посетителям-аристократам, то будем заключать контракт, а пока попросила его молчать - подарочек, мол, конкурентам будет неприятный - он согласился, разумеется.
Я знала, что Ольгерд будет здесь сегодня с Бет, хотя она просила его о другом развлечении. Она хотела посетить не эту, любимую аристократами таверну, а выступление самого модного столичного менестреля - меня то-бишь. И даже доверенную служанку ко мне прислала, чтобы та выяснила, где я буду сегодня петь, но служанка проболталась, что Его Высочество был недоволен просьбой и отказал своей фаворитке, не смотря на нежный соблазн, устроенный лессой прямо в гостиной, но принц всё равно настоял на привычном месте. Видимо, у него хватило благородства не светиться передо мной с другой женщиной, а у меня вот не хватило - не благородная я. Я хочу поставить свою точку на этом лете.
Зал полон. Вот же повезло, а ну да, конечно - летний сезон закончился, и местный бомонд возвратился в столицу. Что ж - уходя, Сольвейг, уходи. Притушили все светильники, публика оживилась - все ждут объявленного сюрприза. Я распустила волосы, надела простое белое платье, похожее монастырскую рубаху, взяла в руки зажжённую свечу из храма (артефакты не действуют, когда свеча горит истинным светом), подняла её так, чтобы были видны только мои фиолетовые глаза, кивнула парниишке-аккомпаниатору и пошла на свой эшафот:
Я видела только его глаза, но, по-моему, Бет всё поняла, потому что не смог он удержать на лице свою обычную холодную маску, и мне показалось, что он чему-то удивлён.
Говорят, что в королевстве Тагор до сих пор судачат о последней песне Сольвейг. А я больше не могу петь. Совсем. Может быть потом, когда-нибудь...
Королева Эрика приняла меня очень тепло и даже предложила остаться у неё, но я отказалась - меня звала дорога. Хотя она всё равно настояла, чтобы я немного отдохнула. Первую седьмицу спать получалось только под зельями, есть тоже. Королева встревожилась и вызвала менталиста, который смог немного притупить и отодвинуть боль. Она старалась отвлечь меня от моей беды и много рассказывала про свою жизнь во дворце - это я вам скажу, то ещё местечко. Только такая наивная девочка, как Эрика могла не понять, что означает невнятно мекающий секретарь, мечущийся перед закрытой дверью в кабинет мужа, и выпархивающая оттуда придворная красотка, не успевшая или не захотевшая, прикрыть соски в декольте, на глазах у королевы, вытирающая платочком рот. Или слуга перед дверью в королевскую спальню, просящий королеву на минку пройти в соседнюю гостиную. А вскоре из этой спальни выходят братья Тагор, целующие на прощанье обнажённые плечики некой лессы. Когда я ей об этом сказала, прямым общим языком, вполне ясно описав, что именно происходило за обеими закрытыми дверьми, она покраснела и сообщила мне, что "...наверное, у мужчин есть особые потребности и настоящая лесса должна не замечать их удовлетворение...", дескать, так ей в пансионе говорили. Я тогда задала вопрос - а нет ли у королевы сомнений в правильности того, что ей впаривали в пансионе? На что она грустно ответила, что "...уже давно сомневается в нормальности своих бывших наставниц..." и надеется, что я смогу научить её жить. Я торжественно пообещала, что непременно научу, но это возможно только после того, как королева одолеет нынешние свои науки, иначе ничего не получится. Потом подумав, я очень серьезно спросила у Эрики - во-первых, как она жила во дворце в Сонаре, неужели ничего не замечала или при дворе её брата всё по другому? А во-вторых, как у неё в голове уживались две вещи - принятие весьма откровенного поведения мужа с придворными красотками и почти сумасшествие от появления лессы Нэт? Она ответила, что "...по-существу, никогда не жила при дворе брата - сначала был детский дворец, а потом два закрытых пансиона - один за другим" (ох, не зря братец держал её на расстоянии от своего двора, чую - как бы там ещё круче не было, чем в Тагоре). А по поводу второго вопроса, она "...и сама до конца не понимает, но скорее всего, Нэт стала последней, самой унизительной каплей в бокале с горьким питьём прозрения". Обдумав эти ответы, я сказала Эрике, что ей повезло или не повезло - смотря с какой стороны посмотреть. С одной стороны, все эти пансионы и кучи любовных романов сохранили её наивность, и я бы даже сказала, взращивали в ней некоторую глуповатость, что очень плохо для выживания во дворце (результат мы знаем - смертушка-то рядом ходила). Но с другой стороны - эти пансионы и романы не сумели убить её природный ум и здравый смысл и даже дали силы не смириться и сопротивляться, иначе как бы она очутилась здесь, в Восточном замке.