Туманом в облако над морем.
В саду, заброшенном когда–то,
На диких яблонях и грушах
Росли цветы и пахли розы…
Над ними облако летало…
Я смотрю на берег моря:
Разливается волна,
Потихоньку, очень тихо,
Надвигается гроза.
Цвет волны всё время разный —
Он зеленый, голубой,
В шторм с разбега бьёт опасный
Шквал из волн… почти седой.
На брегу стоит печально
Одинокая скала,
Ей, наверное, всё ясно —
Бурю ждёт уже она.
Но ведь это и прекрасно,
Значит, есть ещё дела —
Устоять иль, может, сдаться
И исчезнуть навсегда…
Рассвет раскрасит море краской
И ветерок растреплет волны,
И бутафорной катастрофой
Не испугать парящей чайки!
И я, с надеждой уповая,
Чехол с лица сдираю страстно.
Мне так устало быть страдальцем,
Сжимая ледяные пальцы.
Паяц по жизни, я – лишь маска
В театре тени и абсурда.
Я на мгновение забуду,
Что больше ничего не значу.
Раздел 3
На гору поднимешься и понимаешь, что означает слово «Родина»…
Простыми словами всего не скажешь,
Мычать междометиями остаётся.
На гору поднимешься – и понимаешь,
Что означает слово «Родина»!
Словно обкуренный, на вершине —
Голова кружится, видится многое!
Сердце от радости бьётся, и хочется
Просто кричать от любви, без условия!
Птица парит над Землёю, выискивая
То ли добычу, то ли так нравится…
А я на вершине стою, огромная,
Как будто всё видящее изваяние.
Между мирами – двойная радуга,
И я разделяюсь на многоточия…
И проливаюсь дождём морзянкой
На убегающего прохожего.
Ну как про такое расскажешь?
Да здравствуют незаменимые междометия!
Я снова в зоне доступности, только вот
Невыносимо скучаю по Вечности!
В далёких краях позабыта,
Стоит одинока она —
Секвойя! Ветрами побита,
Как странный мираж полусна.
Родня ей – сибирские кедры,
По духу крепки и мудры.
Но так далеки и не видны.
Их экипажи – пусты…
Стоит одиноко Секвойя
Над морем, лишь гордый орёл
Её посещает и песни 
