Марина Марли – Параллели Вселенных: Даниэль и Элизабет (страница 13)

– О каком втором шансе идёт речь? – неожиданно подскочил к ним Руфиус, чуть опоздавший к приходу главы.

– Ты проходи, не стесняйся. Скоро всё узнаешь, – улыбнулся его непосредственности Радмир.

– Только после вас, – любезно и слегка театрально вытянул он руку, открывая перед ними дверь залы.

Даниэль вошёл первым. В комнате собрались все, за исключением двух. Он направился на своё законное место. Руфиус следовал за ним. Дверь закрылась, оставляя Радмира за ней, а Даниэля лицом к лицу со своей решительностью перед обсуждением важного вопроса. Старейшины поприветствовали его. Все уселись и наконец были готовы выслушать причины, по которым Даниэль повелел собрать их сегодня в полном составе.

– Нечасто мы тут собирались в последнее время. – Митроф поёрзал на стуле.

– Тебе никак стул маловат стал, – подтрунивал над ним Руфиус.

– Ой, молчи! – Митроф махнул в его сторону рукой.

По комнате пробежался смешок. Даниэль, не удержавшись, тоже улыбнулся. Митроф в последнее время действительно стал чуть больше, чем вызывал постоянные насмешки со стороны Руфиуса. Но ему всё прощалось, так как все знали, что он шутил не со зла, а, по сути, был очаровательным добряком и самой непосредственностью. Иногда казалось, что он не видит границ между шуткой и унижением. Однако это было не совсем так. Руфиус всегда говорил прямо и не особо заботился, причинят ли его слова боль выбранному объекту. Ему казалось, что лучше всегда всё выкладывать напрямую, нежели юлить и ходить разными окольными путями. Он не сильно переживал за чувства других, считая, что умение спокойно воспринимать любые сведения является ключевым. Язвительные шутки не должны выбивать человека из колеи, а, наоборот, закалить его, научить относиться ко всему спокойно и мыслить здраво. Даниэль ценил в нём это качество, понимая, как ему повезло заполучить в старейшины такого прямолинейного человека. С одной стороны, он был острым, как жгучий перец, вносившим разнообразие в их размеренную жизнь, а с другой – простым малым, открытым и общительным.

– Мы живём хорошо, – начал Даниэль, как только смешки утихли.

Все закивали, услышав эту фразу.

– И мне бы очень хотелось, чтобы мы стали жить ещё лучше. – Даниэль, чуть помедлив, продолжил: – Сегодня я выехал за пределы стены, и по своей большой глупости решил поехать один, но, к счастью, всё закончилось хорошо. Я вернулся живым и невредимым.

По залу пробежался тревожный шёпот старейшин.

– Где ты был, и что с тобой случилось? – задал ему вопрос Ричард, сидя на стуле как на иголках.

– Я был в Тёмном лесу. Леонор немного сбился с пути, случайно привезя меня туда. Хочу сказать, что лес больше не опасен, – объявил он во всеуслышание.

– Тогда почему он стоит чёрным пятном? Почему ничего не цветёт как раньше? – не без оснований интересовался Элинер.

Даниэль приподнял ладонь, прося тишины. И когда старейшины перестали перешёптываться, он продолжил:

– Лес сильно заболочен. Вероятно, река вышла из берегов. Если так пойдёт и дальше, то долина тоже может быть затоплена.

– Ты хочешь сказать, что поселению может угрожать опасность? – напрягся Веро, привставая со стула.

– Всё может быть, поэтому мы ко всему должны быть готовы.

– А если вода затопит подземелья? Что тогда? Всё начнётся сначала? – громко сказал Элинер.

– Нужно проверить, надёжно ли замурованы ходы! – предложил Митроф.

Старейшины были в смятении. Они шумно перебивали друг друга, стараясь предложить более толковую идею. Никому не хотелось вернуться к тому, с чего они начали отсчёт своего нового времени. Даниэль тихо сидел и слушал галдевших старейшин. Разговор зашёл совершенно не туда, куда он планировал. Вместо того чтобы успокоить старейшин перед своим отъездом, он посеял среди них панику.

– А я-то думал у меня мудрые старейшины, – громко и отчётливо сказал Даниэль. Так, чтобы его все услышали и опомнились, перестав разводить вороний галдёж.

Комната снова наполнилась тишиной. Тревожной тишиной, вибрирующей нервозностью и напряжением, исходившей от всех присутствующих. И только один Даниэль был уверен, что опасения их совершенно напрасны. В чём он и собирался убедить совет.

– Извини, Даниэль. Извини, что я перебил тебя, не дослушав до конца, – говорил Веро.

– Привыкли к хорошей жизни, вот и переживаем, – сказал Гарнер.

– Я понимаю ваши опасения. Но и прятаться, сидя за стеной, отгородившись от всего мира, мы не можем.

– Да от кого же мы отгораживаемся? Если только от опасностей, которые таит неизвестность, раскинувшаяся за ней, – усмехнулся его словам Митроф.

– Явных опасностей я там не обнаружил. А вот другие люди, находящиеся в соседних поселениях – от них мы явно отгородились.

По комнате снова пробежался шёпот. Старейшины недоумевали, с чего вдруг Даниэль решил, что за стеной живут другие люди. Они были полностью уверены, что никаких других людей больше нет. Что только им удалось выжить, и от этого его заявления им стало как-то не по себе. А точнее, они чувствовали себя немного обманутыми и слегка разочарованными. От них всё это время скрывали правду. Им не доверяли.

Первым решился спросить Руфиус:

– Откуда ты знаешь, что есть другие люди?

– Есть, и я в этом уверен. И мне бы очень хотелось узнать, всё ли с ними хорошо.

Старейшины недовольно зароптали, полагая, что в лесу с Даниэлем случилось что-то из ряда вон выходящее, если он начал нести такую околесицу. Они не могли принять тот факт, что их держали в неведении.

– Другие люди есть, – подтвердил его слова отмалчивавшийся всё это время Ричард.

Старейшины все вместе разом посмотрели на него. Даже Даниэль повернул голову в сторону Ричарда, не ожидая получить его поддержку, особенно в тот момент, когда он в ней остро нуждался. Слегка улыбнувшись, Даниэль поблагодарил Ричарда едва заметным кивком и продолжил:

– Я намерен поехать в другой клан. Навестить соседей. Восстановить добрососедские отношения. – Он обвёл взглядом всех старейшин. – И во время моего отсутствия вы все будете нести ответственность за наш народ. Охранять спокойное течение жизни всего поселения.

– До спокойствия тут… Скажешь тоже, – недовольно фыркнул Веро. – Столько всего нового узнаешь…

– Но ведь главное, что узнали? – по-свойски подмигнул ему Ричард, желая сгладить острые углы.

– А, собственно, почему вы скрывали от нас правду? – возмутился Митроф, не обращая никакого внимания на наигранную весёлость Ричарда.

– Наверное, на то были причины, – рассудил Гарнер. – Не так ли, Даниэль?

– Ты, верно, подметил, – он развеял его напускные сомнения. – Пока мы находились в борьбе с Тенями, я не хотел вас тревожить знаниями о том, что где-то есть ещё народы.

– Почему же ты так долго молчал? – удивлялся Элинер.

– Хотел убедиться, что нам ничего не угрожает, – объяснил Даниэль, – а сейчас, полагаю, пришло время, которое я так долго ждал. – И я прошу прощения за то, что держал вас в неведении, но на тот момент мне показалось это лучшим решением.

– Я поеду в твоём сопровождении, – громко и отчётливо сказал Руфиус, всё это время так непривычно сохранявший молчание.

Даниэль, совершенно не ожидавший получить такое предложение, повернул голову и задумчиво посмотрел на него, взвешивая все за и против. В сопровождение он планировал взять с собой Радмира и крепких мужчин, ранее державших в руках мечи и луки, а сейчас преимущественно лопаты и плуги. Но теперь ситуация в корне изменилась, и ему, вероятно, придётся взять с собой человека из клана Гор, волей случая оказавшегося в его доме. «Вот там-то он всё и вспомнит, – подумал Даниэль. – А чем плохо? В любой момент ситуацию можно повернуть с выгодой для себя, но многое ещё будет зависеть от того, что там происходит. В любом случае Руфиуса можно будет… взять в заложники. Конечно, я надеюсь, что этого не понадобится. Но… мало ли что».

– Ну так что, Даниэль? Что скажешь? – задал ему вопрос Ричард.

– Да, – кивал головой Даниэль, словно соглашался сам с собой. – Ещё один толковый человек в свите мне не помешает.

– А кто ещё едет? Кого ты выбрал? – интересовался Митроф.

– Радмир и пара крепких жителей, он знает каких, – ответил Даниэль, посмотрев на дверь, за которой оставил его ранее.

– Опять этот вездесущий Радмир, – проворчал Веро.

– Что я слышу? – удивился Даниэль, слегка повышая голос. – Взращивание в себе ростков зависти ещё ни к чему хорошему не приводило. Радмир был ещё при моём отце, есть и при мне. Он всегда служил моей семье верой и правдой.

– Не много ли воды утекло с тех пор? – снова задал вопрос Веро, полагая, что Радмиру уже пора бы отдохнуть от своих непомерных обязанностей.

– Ему время идёт только на пользу, – парировал Даниэль. – Нам всем, надеюсь, тоже. И мы с течением времени начинаем не только проще смотреть на вещи, но и становимся более дальновидными, умудрёнными опытом.

Даниэль на минуту замолчал, давая им время осмыслить сказанную фразу, и как только посчитал нужным, продолжил:

– Я надеюсь, что к моменту моего возвращения, я найду клан и своих старейшин в таком же прекрасном состоянии, как сейчас.

– Надеюсь, что ты вернёшься с благой вестью, – сказал ему успокоившийся Митроф.

– Надеюсь, что ты вернёшься, – был краток Гарнер.

– Вернётся. Даниэль всегда возвращается, – кивнул ему Ричард, даже не думая о том, что может быть какой-то другой вариант.