Марина Фризен – Психология саморазвития (страница 5)
Возникает идея о человеке как о добыче в когтях судьбы, идея рока, фатальной предопределенности жизни; люди верят в невозможность изменения жизни, своего социального положения, состояния здоровья и др.
В современном мире идеи фатальной предопределенности жизни существуют и проявляются в ритуализации поведения, вере в приметы, гороскопы и т.п. Безусловно, руководствование личности такими идеями связано с особенностями ее кругозора, локуса контроля, рефлексивными возможностями и другими личностными особенностями.
Человек-фаталист не способен осуществлять целенаправленное саморазвитие, поскольку не способен планировать жизнь и продвигаться к намеченной цели: он не верит в саму возможность что-либо изменить в себе и в мире. Вспомним слова Владимира Ленского накануне дуэли с Евгением Онегиным:
Логика размышлений в данном случае такова: жизнью не только нельзя управлять, но и нельзя даже предположить, что произойдет в будущем: «человек предполагает, а бог располагает». Ф.И.Тютчев выразил это следующими поэтическими строками:
Вероятно, поэт в эти строки вложил идею о том, что человек не может (не смеет) планировать жизнь, течение событий ему неподвластно. За два или три дня может произойти множество событий – эта бездна отделяет человека от спокойного и понятного «сейчас».
Идея заданности жизни снимает для человека саму обязанность планировать жизнь, брать за нее ответственность. Древние китайцы, проклиная, восклицали: «Дай бог тебе жить в эпоху перемен!» Это было самое страшное проклятие, поскольку сама идея изменения пугала. Неизменность жизни воспринималась как стабильность, предсказуемость (все приходит на круги своя), изменения же воспринимались человеком как опасность, отсутствие гарантий спокойной жизни в будущем. В условиях непознанного, необъяснимого мира древний человек обращался к религии: в этом случае человека «ведет» кто-то мудрый, всемогущий; для личности максимально комфортна управляемость, относительная бессознательность жизни.
Предполагается, что душа как частица бога позволяет человеку справиться с негативными проявлениями (животными страстями) и вести человеческое существование без греха. Обратимся к примеру Платона, который представлял человека как колесницу, в которую запряжен черный конь (страсти, влекущие человека в бездну) и белый конь (душа, оберегающая человека от падения).
Открытие знания воспринималось древними как результат того, что человек допускается к высшему знанию. Платон в данном случае говорил, что человек не познает, а его душа припоминает то, что знала до рождения и забыла в момент вселения в человеческое тело.
У В.В.Налимова находим интересную параллель: «Смыслы, изначально заложенные в Мироздании, раскрываются (или – иначе – распаковываются) множеством различных путей: через науку, философию, искусство, теологию и мистический опыт и, наконец, просто через жизненный путь человека, особенно если он был насыщен трагическими событиями» [46, с. 5]. Ученый, вероятно, имеет в виду открытие смысла человеком в контекстах различных деятельностей, предполагая субъектную активность, направленную на познание, осмысление.
Таким образом, в обществах людей, воспринимающих жизнь как фатально предопределенную, идея саморазвития была невозможна, неосуществима. Это связано еще и с тем, что социальный индивид не воспринимался как индивидуальность: человек представлял собой только часть всеобщего человеческого организма. Такие идеи находим и у Конфуция (Китай, 5-4 в.в. до н.э.), и в Спарте, где человек – это часть военной машины, призванной защитить государство, и в Индии с ее кастовой структурой общества, и в странах Востока.
Условно касты можно выделить и сейчас в любом обществе, но другого рода: в тех или иных обществах жестко стоят вопросы расовой дискриминации, гендерного неравноправия, эйджизма и др.
В случае осознания невозможности справиться с предопределенностью жизни личность может задействовать защитные механизмы, например, принять тот факт, что у человека нет выбора. Так, в опере «Евгений Онегин» мать Татьяны Лариной поет: «Привычка свыше нам дана, замена счастию она». Тем самым она выражает мысль о том, что не стоит следовать чувству, необходимо смириться с судьбой (браки заключаются на небесах; стерпится – слюбится). Важно отметить, что и свои чувства Татьяна объясняет выбором высших сил, в письме Онегину она пишет:
Таким образом, и Татьяна, и ее мать связывают выбор супруга с решением, принятым со стороны: мать – со стороны социума, Татьяна – со стороны бога. Эта же линия прослеживается со стороны няни, которая говорит Татьяне: «
В подобных общественных условиях личность, сталкиваясь с противоречием чувств и долга, эмоционального и рационального, неспособна осмыслить диалектику противоречия и перейти на новый уровень развития путем синтеза тезы и антитезы (например, священник в Романе В.Гюго «Собор Парижской Богоматери» не способен разрешить конфликт между долгом священника и любовью к цыганке Эсмеральде, сделать это в социально приемлемой плоскости, поскольку само общество не допускает наличия такого противоречия). Безусловно, если личность воспринимается лишь частицей общества как организма, стремления одной личности не могут влиять на уклад жизни общества.
Таким образом, в обществах с жесткой детерминированностью поведения личность, желая изменить свою жизнь, сталкивается с самим обществом, не дающим человеку средств для саморазвития.
Огюст Конт, родоначальник социологии, впервые высказал идею о том, что общество – это не сумма индивидов, а система. В системе уже каждый элемент значим, следовательно, мировоззрение человека, его стремления начинают приобретать значимость для общества.
Обратимся к формированию идеи саморазвития в русском обществе. Вероятно, данный вопрос имеет смысл рассматривать в контексте глобальной проблемы Запад-Восток. Н.Гумилев предложил типологию цивилизаций, в которой народы подразделяются в зависимости от менталитета, в зависимости от представлений о времени, влияния человека на ход жизни (арабская поговорка гласит: «Люди больше похожи на свое время, чем на своих отцов»).
Народы вне исторического времени. Традиционные цивилизации. В них нет идеи развития, на саму эту идею наложено табу – нельзя ничего менять, усовершенствовать, все нужно делать согласно завету предков. Если живущие нарушат заветы предков, то те разгневаются и живущие исчезнут. В таком обществе идея саморазвития возникнуть не может в принципе. В этом обществе течение времени неощутимо – человек не может планировать, что-то замедлять или ускорять. Категория времени неважна, нужно лишь понимать времена суток и года, связанные с хозяйственными нуждами. Поэтому в таких цивилизациях люди не знают своего дня рождения, возраста. Существует современная народность, где имеется только один – всеобщий – день рождения, его отмечают совместно; возраст не замечается, а чтобы определить, пора ли ребенку в школу, он должен правой рукой через голову дотянуться до левого уха: если у него это получилось, значит он достаточно взрослый, чтобы приступить к школьному обучению. Дополним, что в обществах такого типа идея саморазвития невозможна.
Восточные цивилизации. Идея цикличного развития, время течет медленно, по кругу, все взаимосвязано (прошлое и будущее, жизнь и смерть), человеку в такой культуре некуда спешить, все идет своим чередом. Важны духовные императивы, семья, уважение к старшим. Значима религия, человек не может изображать растения и животных – это дело Создателя, человек не допускается к актам творения. Идея саморазвития не запрещена, но она не вписывается в менталитет представителей таких обществ.
Западная цивилизация. Идея непрерывного развития. Время течет очень быстро, его вектор направлен в будущее, как стрела. Человек много планирует, многого хочет достичь («американская мечта»). В своем движении человек направлен не столько на общество, сколько на реализацию собственных целей, значима идея индивидуализма. В религиях есть специфический компонент: человек – это подобие бога, следовательно, ему многое доступно. Идея саморазвития в таких обществах культивируется, вместе с тем, преобладает жизненная стратегия «иметь» по отношению к жизненной стратегии «быть».
В рамках дискуссии западников и славянофилов осуществлялись многочисленные попытки понять, к какому типу цивилизаций можно отнести Россию? Для нас это важно в том смысле, что от этого зависит и исторически складывающееся отношение к идее развития и саморазвития человека. Руси изначально были свойственны патриархальность, соборность. Патриархальность выражалась в следовании традициям, соборность – в коллективизме (идея прослеживается в русском фольклоре: в сказках и былинах), а также в следующей идее: сила власти царю, сила мнения – народу. При этом в таких условиях индивидуальное развитие характеризуется низкой степенью значимости, поэтому идея саморазвития не возникает. Человек, мыслящий по-иному, становится чуждым (обратимся к примеру категории лишнего человека в русской художественной литературе 19 века, к идее «горе от ума»).