Марина Дамич – Русалка для прокурора (страница 13)

– А если тебе не понравится то, что ты можешь узнать обо мне? – резонно спрашивает Афина.

– Я готов рискнуть, Афина. Из тех обрывков, что я слышу, ты вляпалась в что-то крайне неприятное и от системы получила дохренище ударов. И болтаешься отдельно, потому что жить с этим не можешь. Верно?

– Да я просто женщина-мечта, если тебя послушать, – огрызается она.

– Именно. Ты – моя женщина. И я готов тебя защитить. Уверен, нет ничего такого, с чем бы я не справился!

– В том-то и дело Иван! С этим не справиться никому! – Афина неловко в сердцах роняет руку на стол. Она в отчаянии. И хочет мне довериться, и боиться.

– Но я попробую, хорошо? – наклоняюсь и тянусь через стол, чтобы взять ее ладонь в свою. Она не вырывается и смотрит на меня с надеждой.

А я жду в предвкушении.

Глава 15. Афина

Почему он такой? Угораздило же меня встретить его!

Неудивительно, что меня повело от него сразу же.

И сейчас, когда смотрю в его глаза, тону безвозвратно. Он может быть и милым, и жестким. Очень горячий. Очень!

– Ваня, – выдыхаю его имя. Такое простое, родом из тех самых сказок, в которых Иван обязательно и Бабу-Ягу обхитрит, и способ найдет, как Кащея убить. Знали ли его родители, когда называли его, что именно таким мужчиной он и станет со временем?

– Афина? – он явно ждет от меня, что я все расскажу ему о себе.

Но как это сделать?

Если расскажу – он отвернется от меня. А если нет, то обязательно попадет в неприятности. Не захочет же он вместе со мной скрываться? В Москву я не вернусь, это однозначно, хоть Лёня, мой брат, убеждает меня, что все будет хорошо и никто меня не тронет.

Меня-то может и никто не тронет, но где гарантия, что не причинят вреда моим близким? Лёня и так, кажется, душу продал за то, чтобы меня хотя бы спецслужбы не тронули…

– Я не могу, понимаешь? – давлюсь слезами, глядя в глаза Ивану.

– Да почему?!

Иван вспыльчивый. Мне кажется, это ему особо не свойственно. Просто со мной он вот такой. Понимаю его. Любого могу довести до крайности.

– А что ты с этим сделаешь? Работу бросишь? Из Москвы уедешь? Будешь вместе со мной в Океанариуме работать? Рыб кормить и аквариумы чистить?

– Афина, я много чего могу сделать. Но для начала мне нужно понять, с чем мы имеем дело.

– А если я виновна? Что тогда? – пытаюсь выдернуть руку, но он держит крепко. Еще и тянет на себя. Я теряю равновесие и соскальзываю со стула. Иван тут же меня подхватывает и усаживает себе на колени.

– Так лучше, – усмехается он, сжимая меня за ягодицы.

Жар разливается по телу. Когда он обнимает меня, и губы наши слишком близко друг от друга, я вообще забываю обо всем.

– Ты не ответил, – бормочу я, держась за сильные плечи Ивана. Он сводит меня с ума собой. Своей решительностью, настойчивостью – от этого вообще крышу сносит. Обычно мужчины думают, что сохраняют достоинство, если не будут добиваться женщину. Тем более, если удалось разок уложить на лопатки – на этом и останавливаются.

Но Иван не такой. Совсем. Я буду ненавидеть себя, если разрушу его жизнь.

– Даже если ты виновна, я почему-то уверен, что это было сделано либо по глупости, либо от страха. Ты далеко не глупая, раз умеешь скрываться и прятаться особо тщательно. Значит, ты боишься. Боялась тогда, раз совершила нечто такое, от чего тебя до сих пор колошматит. Боишься и сейчас, но возмездия, да?

– Да, – киваю. Он заботливо поправляет прядь волос, упавшую мне на лицо. В этом жесте столько нежности, что я медленно умираю. У меня перед глазами все расплывается. Я влюбляюсь. Так отчаянно и бесповоротно… дура, нельзя же, но разве могу контролировать себя?

– Моя сестра обожала мультфильм про Русалочку. Помнишь такой? – переключает мое внимание. Я снова киваю. – Ты конечно не точная копия, к счастью, а то я б не знал, что с хвостом этим делать. Кстати, меня до сих пор мучает этот вопрос…

– Ваня! – смеюсь сквозь слезы. Обнимаю его за шею и роняю голову ему на плечо. Как же хорошо в его руках! Тепло. Безопасно. Ну, относительно безопасно. Он гладит меня по бедру совсем не целомудренно. Ох…

– У нас с тобой, похоже, будет также? Я буду говорить, а ты подтверждать – да или нет?

– Мне так легче, – признаюсь. Потому что вывалить на него свое прошлое одним разом я точно не смогу.

– Хорошо. Пусть будет хотя бы так, – улыбается, будто только что в какой-то игре победил.

Сама не выдерживаю и целую его. Он притискивает меня к себе сильнее. До тесноты в груди, до жжения внутри. Я чувствую силу его желания.

Иван не перехватывает инициативу, позволяя мне пробовать и изучать его губы. Неспешно подчиняется, прикрыв глаза. У меня кружится голова от его горячего дыхания и робкого отклика. Я настойчиво двигаю языком, и Ваня тут же отвечает мне, запустив руку в мои волосы. Он сам перехватывает ведущую роль, скользит кончиком языка по моему, чтобы припечатать его как следует и жадно вобрать в себя. Поглощает меня, мой разум, мои чувства – Иван все забирает себе. Он не довольствуется малым. Потому и требует от меня откровенности.

– Афина, мне пофиг на твои критические дни. Хочу тебя, – оторвавшись на миг, шепчет с надломом, будто ему больно.

Я не знаю, как это будет?

– А так можно? – сомневаюсь, хотя от еще одного жадного поцелуя у меня темнеет в глазах и все полыхает внизу.

– Если ты хочешь, то можно все, – его сексуальный хриплый голос посылает по моей спине горячую волну.

Я ведь помню, нет, знаю, как хорошо мне с Иваном. Никогда не испытывала ничего подобного. Будто вместе с телом удовольствие получает и душа.

– Очень хочу, – соглашаюсь я.

Иван глухо стонет, врываясь в мой рот снова своим диким от желания языком.

Он отодвигается на стуле и поднимается вместе со мной на руках. Наши поцелуи не кончаются. Мы прерываемся лишь на дыхание, и то ненадолго.

– Блять, одного поцелуя достаточно, чтобы я уже захотел тебя раздеть и трахнуть, – ругается он почему-то.

Я смеюсь от его ворчания, но тут же перестаю, когда он бросает меня на аккуратно застеленную кровать. В спальне тоже открывается прекрасный вид на море, но вечер сгущается и мы погружены в полутьму, полностью сконцентрированные друг на друге.

– Надо избавить тебя от одежды и спрятать ее, – ловко справляясь с застежкой моих джинсов, продолжает ворчать Иван.

– Зачем? – от его рук на моем обнажившемся животе я выгибаюсь и задыхаюсь.

– Чтобы не сбежала, – отвечает мрачно, стягивая с меня водолазку через голову.

– Я не сбегу, – обещаю то, что не в силах исполнить.

– Ага, так я тебе и поверил, хвостатая, – отшучивается Иван, расстегивая мой бюстгальтер и обнажая грудь…

Глава 16. Иван

– Подожди! – стучит меня Афина по спине.

Между моими зубами ее сосок, по которому я скольжу языком. Руками жадно впиваюсь в ее бедра.

– Иван! – всхлипывает она от удовольствия, но с силой оттягивает меня, вцепившись до боли в волосы на затылке. – Подожди, пожалуйста.

Подожди?

У меня в ушах шумит от кипящей крови. Мне уже больно от жесточайшей эрекции.

Я как увидел ее сегодня, так и поправляю периодически член в штанах, чтобы она не заметила. Я, блин, и так с ней как подросток в пубертате. И эмоционально, и физически.

А тут – подожди?

Тяжело дыша, я отрываюсь от ее сладкой груди.

Я сраный герой. Рыцарь, блять, не в себе. Смотрю ей в глаза и понимаю, что мне конец. Вот так. Эта хвостатая будет держать меня в тонусе до конца моих дней. И да, я не могу, черт побери, игнорировать ее просьбы и желания.

Особенно в постели.

Особенно, когда она и так хреново доверяет мне.

– Афина? – хриплю ее имя, приподнявшись над ней.

– Мне нужно в ванную, – робко просит. Однако трепещет в моих руках, что меня не может не радовать.

– Не сбежишь по вентиляции? – шучу, кусая мочку ее соблазнительного ушка.