Марина Баранцева – Избушка на краю себя. Агата. Возрождение. Книга вторая (страница 1)
Марина Баранцева
Избушка на краю себя. Агата. Возрождение. Книга вторая
ИЗБУШКА НА КРАЮ СЕБЯ
Оглавление
Оглавление
Предисловие
Сказка о двух мирах: путь Агаты
Агата, или Как варить бульон воспоминаний
Один за всех и …всё…
СВИДЕТЕЛЬСТВУЮЩЕЕ ПРИСУТСТВИЕ, ИЛИ ПОЧЕМУ ИЗБУШКА ПЕРЕСТАЛА КРУТИТЬСЯ
НЕУНИЧТОЖИМАЯ АТМОСФЕРА ПРИНЯТИЯ, ИЛИ КАК ИЗБУШКА СТАЛА БИОСФЕРОЙ
СКАЗКА ПРО ПОРОГ, ПРО КОТОРЫЙ НЕ РАССКАЗЫВАЮТ В ОБЫЧНЫХ СКАЗКАХ
СКАЗКА О ТОМ, КАК ЯГА ПРОТОКОЛ АПОКАЛИПСИСА ВЕЛА
ГЛАВА ПЕРЕХОДА: КОГДА КАРТА СТАНОВИТСЯ ТЕРРИТОРИЕЙ
СКАЗКА ПРО САД, КОТОРЫЙ ЗАХОТЕЛ СТАТЬ ЛЕСОМ
Сказка о двух душах и обещании
СКАЗКА О ТОМ, КАК ЯГА КАРМУ НА ЙОГЕ РАСТЯГИВАЛА
Встреча с тенью
Цепь и Ключ
Феникс в клетке, или Как научиться жечь своим огнём.
Воевода и огненная вода.
РЕЦЕПТ ОТ ПЬЯНОЙ СТУЖИ, ИЛИ ПОЧЕМУ ИЗБУШКА КРУТИТСЯ
Сказка о Зеркальной Деве и двух лунах
Архивариус Пустых Страниц
Безупречность, которая отнимает дом
Высокомерие тёмной ламы, или Почему Леший завёл блог-жалобу
Молоко и метаморфозы.
Сказка о том, как Котофей нашёл свой магический бяз и чуть не устроил межмировой скандал
НАЙДЕННЫЕ ЗАПИСИ ИЗ ПЛЕСЕНЕВШЕГО БЛОКНОТА «ПОЛНОЕ СОБРАНИЕ КОШАЧЬЕЙ МУДРОСТИ. ТОМ 1-ЫЙ, И ПОСЛЕДНИЙ, СЛАВА БАЦУ»
ПРИЛОЖЕНИЕ К БЛОКНОТУ КОТА: «СУБЪЕКТИВНЫЙ ОТЧЁТ О ПРОВЕДЕНИИ ВНЕСЕЗОННОГО МЕРОПРИЯТИЯ ПОД КОДОВЫМ НАЗВАНИЕМ „ИЮЛЬСКИЙ ДЕД“
ПРИЛОЖЕНИЕ К БЛОКНОТУ КОТА: «ОТЧЁТ О ВРЕМЕННОЙ ИНТЕГРАЦИИ ГИПЕР-СУЩНОСТЕЙ ИНОГО ФОРМАТА, ИЛИ КАК Я ПОЧУВСТВОВАЛ СЕБЯ ПУШИСТЫМ ДИНОЗАВРОМ»
Предисловие
Это не сказка. Это – психотерапия, завернутая в магию, и магия, сплетенная из самой жизни.
Представьте Бабу-Ягу. Только не злую, а уставшую, мудрую, настоящую. Её зовут Агата. Она не крадёт детей – она спасает взрослых. В её избушку на краю волшебного леса приходят не Иван-царевичи, а сломленные горем, зависимые, потерянные, невыносимо одинокие люди. И каждому она находит своё зелье: не из лягушачьих лапок, а из правды, бескорыстия и тишины.
Здесь нет готовых советов. Есть глубокое путешествие в сердце человеческих ран – через измену, выгорание матери ребёнка, чей мир устроен иначе, зависимость от контроля и алкоголя, через поиск Бога в жуке и разговор с собственным страхом, сидящим за печкой в образе мудрого кота Котофея.
Почему стоит читать:
Если вы чувствуете себя «не такой/таким», как все, и ваша особенность кажется проклятием.
Если вы устали бороться с собой и миром и хотите понять, как перестать сражаться и начать жить.
Если вам нужна не инструкция, а волшебное зеркало, в котором можно увидеть свою боль преображённой в силу.
Если вы верите, что самые важные ответы звучат не громко, а тихо, и их можно услышать в шелесте леса, в мурлыканье кота и в собственном, наконец-то спокойном, сердце.
Это книга-причал. Для тех, кто живёт «на пороге» – между прошлым и будущим, долгом и мечтой, отчаянием и надеждой. Прочитайте её, чтобы наконец войти в свою избушку – то самое единственное место в мире, где можно быть собой. Без масок. Без оправданий. Просто быть.
Сказка о двух мирах: путь Агаты
Баба‑Яга проснулась от странного звука – будто кто‑то царапал стекло изнутри её головы. Она потянулась к посоху, но пальцы сомкнулись на чём‑то гладком и холодном. Огляделась – и похолодела.
Вместо избушки с резными узорами – белые стены. Вместо печи с шипящим зельем – аппарат с мигающими лампочками. Вместо привычного ворчания кота – тишина, нарушаемая лишь монотонным писком прибора.
«Это не мой мир», – подумала она, но тут же вздрогнула: мысль прозвучала слишком ясно, без привычного ведьминского шипения.
Перед глазами вспыхнули картинки: девочка с косичками прячет в портфель блокнот со стихами о лесе и ведьмах; учительница качает головой: «Агата, почему ты не рисуешь радугу, как все?»; мать, устало складывая руки: «Когда ты научишься жить как нормальные люди?»
Баба‑Яга схватилась за голову. Агата? Это имя обожгло изнутри, словно забытый пароль.
Она попыталась произнести заклинание – губы шевельнулись, но вместо магических слов вырвался тихий стон. В зеркале – обычном, больничном, без намёка на волшебные видения – отразилась не устрашающая старуха, а молодая женщина с тёмными кругами под глазами и ссадиной на виске.
– Это бред, – прошептала она. – Я – Баба‑Яга! Хозяйка леса, повелительница туманов!
Но голос звучал жалко, как у ребёнка, пытающегося напугать тень.
В углу шевельнулась тень. Из неё вышел кот – настоящий, с зелёными глазами, но без привычной наглости.
– Опять ты со своими фокусами, – сказал он буднично. – Пора принимать таблетки, тётя Агата.
Мир качнулся.
Картинки хлынули потоком. Школа: она стоит у доски, сжимает мел. На листе – чёрный дракон. Класс смеётся. Учительница вздыхает: «Ты опять в своём мире, Агата».
Первый рабочий день: коллеги перешёптываются – «Странная она… вечно что‑то бормочет».
Вечер у матери: та ставит на стол пирог – «Когда уже замуж? Когда внуков?» Агата молчит, глядя в окно, где деревья качаются, будто зовут её.
Ночь: она достаёт старый сундучок, доставшийся от бабушки. Внутри – засушенные травы, флакон с чернилами (на самом деле – сок бузины), тетрадь с «заклинаниями» (её стихи, переписанные «древним» шрифтом). Шепчет: «Если я не могу быть хорошей, буду страшной. Тогда не придётся нравиться».
Агата – она уже не могла отрицать это имя – села на край кровати. Кот свернулся у её ног.
– Это не безумие, – сказала она вслух. – Это… память.
Кот поднял голову:
– А ты думала, что прячешься в сказках? Нет. Ты жила там. Потому что здесь… – он обвёл лапой палату, – …было больно.
Она закрыла глаза. Вспомнила, как впервые ощутила силу: ветер послушно кружил листья по её воле; деревья шептали её детские стихи; даже дождь останавливался, если она просила.
Но потом пришли врачи. Таблетки. Диагнозы. «Галлюцинации», «расстройство», «необходимо лечение».
– Я создала мир, где могла быть собой, – прошептала она. – Но теперь… что мне делать?
Кот потерся о её руку: