Марика Полански – Хозяйка скандального салона "Огонек" 3 (страница 36)

Рэйвен откинулся на спинку кресла и сплёл пальцы на животе. В его позе читалось что-то хищное, как у кота, готового к прыжку. Или как у змеи. Пожалуй, змея тут даже ближе к дракону. Ввиду своей холоднокровности и чешуйчатости.

— Хочу предложить тебе сделку.

— Ещё одну? — Я театрально всплеснула руками. — Милорд, у меня уже есть с вами договор о попечительстве, который душит меня эффективнее любого корсета. Зачем мне ещё одна петля на шею?

— Потому что без этой петли, — холодно произнёс он, — ты протянешь максимум два месяца. А потом что? Будешь просить милостыню у ворот храма? Или вернёшься к папочке на коленях?

Удар пришёлся точно в цель. Я стиснула чашку так, что побелели костяшки.

— Спасибо за трогательную заботу о моём будущем, — процедила я сквозь зубы. — Прямо слёзы наворачиваются. Но, знаете, я как-нибудь сама разберусь со своими проблемами. Без вашей драконьей благотворительности.

— Правда? — Он приподнял бровь. — И как именно? Устроишь ещё один ночной дебош в порту? Или на этот раз решишь спалить дом президентши? Весьма эффективное решение проблем, ничего не скажешь.

Я вскочила с кресла так резко, что левая нога взорвалась болью. Но я не обратила внимания, вся дрожа от ярости:

— Вон из моего дома!

Рэйвен не пошевелился. Только усмехнулся, и ухмылка вышла кривой, почти жалостливой:

— Твоего дома? Напомнить, кто оплачивает счета этого дома? Кто покрыл ущерб за твои пьяные выходки? Кто вытаскивает тебя из неприятностей раз за разом?

— Я бы справилась сама!

— Да-да, конечно. Ты прекрасно справляешься. Салон разваливается, клиенты разбегаются, а ты сидишь и делаешь вид, что всё под контролем. Браво, Эвелин. Впечатляющее зрелище.

Ладони вспыхнули предупреждающим жаром магии. Искры забегали по кончикам пальцев, грозя сорваться и спалить всё вокруг.

— Если вы пришли только для того, чтобы потешиться над моими неудачами, — прошипела я, — то можете идти к чёрту. Вместе со своей сделкой, женой и сестрой, которую вы продали, как скотину на ярмарке!

Воздух между нами затрещал. Глаза Рэйвена полыхнули сине-зелёным огнём, а вокруг его сжатых в кулаки рук заклубился пар.

Несколько долгих секунд Рэйвен смотрел на меня снизу вверх. Внезапно я отчётливо ощутила, как на плечи обвалилась тяжесть, от которой задрожали колени.

— Садись, Эвелин, — тихо сказал он. — Пожалуйста.

Тело внезапно опутала вязкая, противная слабость, и я буквально рухнула мешком картошки в кресло. «Ну спасибо, что хоть не лицом по ковру», — угрюмо вспомнила я прошлый визит Рэйвена.

— Я пришёл не издеваться, — устало произнёс Рэйвен. — И не злорадствовать. Я пришёл помочь.

— Помочь, — повторила я скептически. — Из доброты душевной? Или у вас, как всегда, есть свой интерес?

— Разумеется, есть. Я же дракон. Мы ничего не делаем бескорыстно. Разве ты ещё не усвоила этот урок?

— Усвоила. Причём на собственной шкуре. Так какой у вас интерес на этот раз, милорд?

Рэйвен помолчал, разглядывая свои ногти.

— Не хочу, чтобы моя подопечная сдохла с голоду или от отчаяния, — наконец сказал он. — Плохо для репутации. Люди подумают, что я не умею заботиться о тех, кто под моим крылом.

— Ах, репутация! — Я откинулась на спинку кресла. — Как я могла забыть? Ваша драгоценная репутация важнее всего.

— Именно, — невозмутимо согласился он. — И твоя тоже, между прочим. Или ты думаешь, что слухи о том, что покровитель бросил тебя на произвол судьбы, пойдут тебе на пользу?

По сравнению со сплетнями о природе наших отношений эти были цветочками. И ведь самое обидное, что в том вранье не было ни слова правды.

Но я предпочла благоразумно прикусить язык.

— Что вы предлагаете? — сдержанно поинтересовалась я, лихорадочно ища повод выпроводить ван Кастера за пределы Дома.

Рэйвен достал из внутреннего кармана сюртука сложенный лист бумаги и положил на столик между нами.

— Контракт. Ты становишься официальным консультантом по магическим вопросам в моей компании. Фиксированное жалованье, офис в «Дракарион-Астер», официальный статус.

Я уставилась на бумагу, как будто она могла ожить и искусать меня.

— И что я должна делать взамен? Гадать вашим капитанам на ракушках? Или заколдовывать конкурентов, чтобы их суда тонули?

— Консультировать моих людей, — спокойно пояснил Рэйвен. — Многие моряки суеверны. Они верят в приметы, в проклятия, в морских духов. Иногда им нужен кто-то, кто развеет их страхи. Или подтвердит опасения. Ты будешь этим кем-то.

Я медленно покачала головой:

— Звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой. Где подвох, милорд?

— Подвох? Подвох в том, что ты будешь работать на меня и под моим контролем. И делать то, что я скажу. Без истерик, скандалов и поджогов складов.

— Заманчиво, — я скривилась. — Из упрямой ведьмы с собственным салоном превратиться в ручную гадалку на окладе. Нет, спасибо. Я как-нибудь обойдусь.

Рэйвен наклонился вперёд, опираясь локтями на колени:

— Обойдёшься? Правда? — В его голосе зазвучала сталь. — Списки твоих посетителей таят на глазах, Эвелин. И с каждым днём становится всё больше тех, кто боится к тебе подходить. А те, кто всё же приходят, крадутся через чёрный ход, как воры. Сколько ты протянешь в таком положении?

Каждое слово било, как плеть. Но я сжала зубы, стараясь не выдать своей потерянности.

— Достаточно долго.

— Врёшь, — холодно отрезал он. — И мы оба это знаем.

Он взял контракт и протянул мне:

— Перестань упрямиться. Прочитай и подумай. Условия более чем щедрые.

Но бумагу я не взяла. Где-то в глубине сознания рассудок буквально орал, чтобы я хваталась за этот шанс всеми руками и ногами. Но страх перед полной зависимостью от настроения и желаний ван Кастера страшил больше, чем полное разорение и перспектива стать изгоем общества.

— Вы хотите купить меня?

— Хочу спасти тебя от твоего же упрямства, — парировал Рэйвен. — Есть разница.

— Для меня — нет.

В глазах ван Кастера плескались золотистые искры — то ли раздражения, то ли другой эмоции, которую я не могла распознать.

— Почему ты так боишься принять помощь?

— Потому что ваша помощь выходит мне боком, — негромко ответила я. — Я уже один раз попалась на этот крючок, милорд. Не собираюсь повторять.

Рэйвен помолчал, потом неожиданно усмехнулся — коротко, без веселья. Поднявшись, он подошёл к окну и посмотрел туда, где за покрытым инеем стеклом простирался заснеженный сад.

— Знаешь, Эвелин, в чём твоя проблема? — произнёс он не оборачиваясь. — Ты слишком гордая. Ты предпочтёшь сдохнуть в нищете, но не примешь помощь от того, кого считаешь врагом.

— А в чём ваша проблема, милорд? — парировала я. — Вы не можете смириться с тем, что кто-то не желает плясать под вашу дудку. Вам нужен контроль. Всегда. Над всем и всеми.

Он обернулся, и в глазах его мелькнуло что-то похожее на боль:

— Может, и так. Но хотя бы я признаю́ свои недостатки. А ты продолжаешь упрямо твердить, что справишься сама, даже когда тонешь.

Я поднялась, опираясь на трость.

— Лучше утонуть само́й, чем цепляться за руку того, кто потом скажет: «Видишь? Ты ничего не стоишь без меня».

Слова повисли в воздухе между нами.

Рэйвен смотрел на меня долго. Потом медленно кивнул:

— Понятно. Значит, ты отказываешься?

— Именно.

— Упрямая дура, — он качнул головой и направился к двери.