Марика Полански – Хозяйка скандального салона "Огонек" 3 (страница 37)
— Циничный негодяй, — отозвалась я ему в спину.
Он остановился на пороге, но не обернулся. Пальцы сжали дверную ручку так, что та жалобно скрипнула.
— Когда всё рухнет окончательно, — произнёс он тихо, — а это произойдёт, даже не сомневайся, — не приходи ко мне. Потому что я уже не протяну руку. Не во второй раз.
— Ну прекрасно, — выдавила я, чувствуя, как перехватывает горло. — Я и не собиралась.
Дверь закрылась за ним с глухим щелчком.
Несколько секунд я стояла неподвижно, вслушиваясь в удаляющиеся тяжёлые шаги по коридору. Потом услышала, как хлопнула входная дверь внизу. Затем — цоканье копыт, удаляющихся по заснеженной мостовой.
Только тогда я позволила себе рухнуть обратно в кресло.
Глава 6.4
— Приехали, миледи! — Карл широко распахнул дверцу экипажа и выжидающе протянул мне руку.
Несколько долгих секунд я боролась с неуверенностью и сопротивлением, охватившем меня. Где-то в глубине души всё ещё бурлил неприятный осадок после вчерашнего разговора, и то, что я собиралась сделать, виделось мне по меньшей мере преступлением.
После того как Рэйвен уехал, меня пробрала дрожь. То ли от ярости, то ли от страха, то ли от того и другого сразу — поди разбери! Обхватив плечи руками, я зажмурилась.
— Идиотка! — Обхватив плечи руками, я зажмурилась. — Упрямая, гордая идиотка.
Рэйвен предложил выход. Работу, деньги, стабильность. Всё, что мне было нужно в тот момент. Но я отказалась из принципа и из страха снова оказаться в зависимости от него.
«Но разве ты уже не в зависимости? — ядовито прошептал внутренний голос. — Разве попечительство — это не зависимость? То, что ты ещё не плясала под дудку ван Кастера, это не твоя заслуга, а его недоработка».
Или его порядочность, мать её! Великодушие честного дракона по отношению к особо сомнительной репутации. Как бы мне ни хотелось демонизировать Рэйвена за все его предыдущие прегрешения, но сейчас он повёл себя благородно. И это цепляло и уязвляло ещё больше, чем любая изощрённая насмешка.
Судорожно вдохнув, я медленно выдохнула и открыла глаза.
На столике по-прежнему лежал контракт. Я была готова побиться об заклад, что, уходя, Рэйвен специально оставил его.
Бумага тихо зашелестела под моими пальцами. Прописанные условия оказались действительно щедрыми. Условия действительно были щедрыми. Жалованье в две тысячи сорренов в месяц — больше, чем я зарабатывала в лучшие времена салона. Кабинет, оборудованный всем необходимым. Официальный статус магического консультанта крупнейшей судоходной компании Норстрии. И в самом низу, мелким шрифтом: «
Я перечитала эту строчку дважды, не веря глазам.
Всего один год. Это не вечная кабала, а всего год. За это время я смогу накопить достаточно, чтобы переждать бурю. Тогда салон не загнётся окончательно, и мне не придётся распускать слуг или продавать последнее.
Но тогда я снова окажусь в его руках и снова буду ему должна.
Перед глазами встал образ печальной Лили на снимке в статье. А вслед за этим память услужливо напомнило о треснувшем зеркале. Всего этого могло бы и не быть, не прими я тогда помощь от Рэйвена в открытии салона.
Я отбросила контракт на столик, словно он обжёг пальцы.
— Гордость — штука забавная, — донеслось из угла. Ха-Арус материализовался из тени, присев на корточки возле камина. — Она согревает душу, когда всё остальное рушится. Но вот только сытости она не приносит. Как и денег на оплату счетов.
— Заткнись.
— Не заткнусь, — он покачал головой. — Я наблюдаю за твоей медленным разложением уже который день. И знаешь, что самое печальное? Ты даже не пытаешься бороться. Ты просто сидишь и ждёшь, пока всё развалится само собой.
— Я борюсь! — вспыхнула я.
— Правда? — Он округлил глаза и вывернул голову в своей привычной манере подбородком кверху, лбом вниз. — И как именно? Делаешь вид, что постановление Теплтон тебя не волнует? Считаешь убытки и прикидываешь, на чём бы ещё сэкономить? Отказываешься от помощи единственного, кто может реально что-то изменить?
Он поднялся и подплыл ближе:
— Это не борьба, моя дорогая. Это медленное самоубийство. Красивое, гордое, но самоубийство.
Я встретилась с его взглядом — чёрным, бездонным, в котором плясали серебристые искры.
— А что мне делать? — разозлилась я. — Скажи, раз ты такой умный. Что мне делать?
Ха-Арус присел на корточки рядом с моим креслом. Ледяные пальцы легли на мою руку, сжимающую подлокотник.
— Перестать бояться, — еле слышно проговорил он. — Перестать видеть в каждой протянутой руке ловушку. Иногда помощь — это просто помощь. Ничего больше.
— Ты веришь в это?
Он осклабился и фыркнул.
— Разумеется, нет. Но ты — не я. У тебя ещё есть шанс не превратиться в циничное чудовище. К тому же я не готов делаться с тобой этим гордым званием. Оно моё по праву рождения.
Он исчез, растворившись в воздухе.
Я осталась одна в библиотеке с контрактом на столике и тяжестью выбора на плечах. Смотрела на контракт и понимала: выбора, по сути, нет.
Гордость — это прекрасно. Но Ха-Арус был прав: она не оплатит счета, не прокормит слуг и не спасёт салон. А, значит, придётся наступить себе на горло.
— Миледи?
Я тряхнула головой, сбрасывая воспоминания вчерашнего дня, схватила Карла за руку и выбралась из экипажа.
Знакомое здание «Дракарион-Астер» высилось передо мной. Утреннее зимнее солнце пробивалось сквозь серые облака, ложась на запорошённые снегом крыши портовых складов бледными пятнами света.
Я поправила перчатки, расправила плечи и направилась к входу, стараясь не хромать слишком заметно. Спина прямая, голова высоко, трость — лишь элегантный аксессуар, а не жизненная необходимость.
Подписанный сегодня утром контракт лежал в ридикюле. Каждый шаг отдавался в груди глухим стуком: предательница. Предала свою гордость. Предала собственные принципы. Согласилась на помощь того, кого поклялась больше никогда не просить ни о чём.
«Но зато я выживу, — успокаивала я себя. — Небольшая передышка, чтобы привести свои дела в порядок. Это того сто́ит».
Я уже почти дошла до ступеней, ведущих к массивным дверям, когда из-за угла здания величественно выплыла фигура в тёмно-изумрудной пелерине с меховой оторочкой.
Брианна Теплтон.
Если боги решили испортить мне утро, то им это удалось с поистине извращённой фантазией.
Остановившись, президентша преградила мне путь. На губах играла холодная торжествующая улыбка, как у палача, наблюдающего за осуждённым на пути к эшафоту.
— Ах, леди Миррен, — протянула она, и в голосе её звенел плохо скрываемый яд. — Какая неожиданная встреча! И в столь пикантном месте.
Я остановилась в нескольких шагах от неё, опираясь на трость. Лицо моё оставалось безмятежным, хотя внутри всё сжалось в тугой узел от злости.
— О, Брианна, — также елейно ответила я, не без удовольствия отметив, как скривилось её лицо от фамильярного обращения. — Прогулка в портовом районе? Весьма необычный выбор для дамы вашего положения.
Брианна презрительно фыркнула:
— У меня деловая встреча с одним из компаньонов мужа. В отличие от некоторых, я здесь по вполне приличным причинам.
— О, разумеется! Кто же усомнится в приличности президентши Общества Добродетельных Жён?
— А вы, леди Миррен, полагаю, пришли умолять лорда ван Кастера о помощи? Как трогательно. Салон разваливается, клиенты разбежались, и вот вы здесь с протянутой рукой.
Я уставилась на неё, как на набитую дуру. Впрочем, почему «как»?
— Ну в отличие от вас мне точно нечего скрывать. А вот партнёрам вашего мужа будет весьма интересно узнать, что некая небезызвестная леди ведёт грязные игры за спиной, прикрываясь добродетелью. Интересно, если я покопаюсь как следует, то смогу ли найти достаточное количество недовольных вашим правлением Общества? По вашему лицу вижу что смогу.
Румянец пятнами проступил на щеках Брианны:
— Не льстите себе. Я просто слежу за тем, чтобы опасные элементы не навредили приличному обществу.
— Опасные элементы, — повторила я задумчиво. — То есть хромая ведьма с тростью представляет для вас бо́льшую опасность, чем, скажем, пьяницы в портовых тавернах или воры на рынке? Занятно.
— Не прикидывайтесь дурочкой, — отрезала Теплтон. — Вы прекрасно знаете, о чём я. Магия в неправильных руках — оружие. А ваши руки, госпожа Миррен, более чем неправильные.
Она подалась ближе, и от её удушающих духов заложило нос:
— Думаете, покровительство лорда ван Кастера спасёт вас? — голос её понизился до злорадного шёпота. — Как наивно. Драконы используют людей, пока те полезны. А когда полезность кончается… — она щёлкнула пальцами в перчатке, — выбрасывают, как использованный платок.